Совсем другая история. Последняя интермедия

Итак, финишная прямая! Я очень хитро придумала, как не выйти за рамки 50-ти глав ;) Это предпоследняя часть. Остановились вообще тут, но этот кусочек был немного раньше того, на чём остановились… да сейчас сами всё поймёте!


… Злата вылетела в коридор едва видя, куда бежит. Почти у самой двери покоев Князя она наконец обратила внимание, что в руках у неё до сих пор окровавленная рубашка Яра. Она не спрашивала, он ничего не говорил, но почему-то версия произошедшего выстроилась в её голове сразу — и весьма точная. История повторяется? Едва ли. У неё была парадная горница — не то захламлённое помещение, где она оставила Яра, а предназначенное для приёма гостей. Там был опрятно прибранный рабочий стол у окна, пяльцы, небольшой резной книжный шкафчик, где книги радовали глаз золочёными корешками, а не отпугивали возможного читателя ворохом разноцветных закладок и пятнами на обложке, поставленными боги весть где и когда — не исключено, что в больничном морге. Туда Злата отнесла рубашку, расправила, рассмотрела при ярком свете. Да, аккуратная дырка как раз против сердца — если не знать, что Яр отличается от большинства людей. В принципе, можно отстирать и зашить, наверняка Яр так бы и сделал. Интересно, не наткнись она на него в коридоре, когда возвращалась от Верховного Волхва, что было бы? Злата отложила рубашку и снова направилась к Князю — теперь уже почти спокойно, хотя бы внешне. Впрочем, если бы кто-то сейчас мог заглянуть ей в глаза, то испугался бы.


Они столкнулись у дверей — Князь тоже откуда-то возвращался. Злата сразу обратила внимание на кинжал у него на поясе: бронзовая древняя рукоять была вычищена до яркого блеска. Чью кровь с неё смыли только что?
— О, Злата! А я думал о тебе.
— Как кстати. Надо поговорить.
— Да. Завтра приедут сваты — Велимир тебе сказал?
— Сказал. Могут сразу отправляться к лешему. Я ухожу.
— То есть? — Светел удивлённо приподнял брови.


— Я достаточно взрослая, чтобы самой решать, как мне жить. И я ухожу — из Терема, и может даже вообще из Аркаима.
— Куда ж ты пойдёшь? Зима же! Хоть до весны погоди!
— Не пропаду. В любом городе в любой больнице всегда есть работа, у меня действующий диплом врача. Или ты уже собрался передавать мне управление государством?
— Нет, но… — Князь заметно смутился, прежде она не позволяла себе разговаривать с ним в таком тоне.


— И не мешай мне, если не хочешь, чтобы я ушла насовсем. Это была отличная мысль — вырастить себе ручную богиню, вот только я не ручная, и никогда ей не буду! Что ещё? Ах, да — мне нужна твоя версия правды о моём появлении, Велимир свою уже рассказал.
— Любава была права… — задумчиво проговорил Светел, — Что ж, изволь: мои младшие брат с сестрой, Верес и Лесняна, вернулись с тобой из своего первого паломничества к Сердцу Севера. Нашли тебя на обратном пути, тебе было на вид лет шесть-семь и ты крепко спала. Весна в тот год была очень ранняя, и Велимир сказал… впрочем, это и так ясно. У нас с Любавой не было детей, и Велимир отдал тебя нам. Остальное ты вроде знаешь. После того, как Верес и Лесняна собрались к Сердцу Севера во второй раз с тобой случился припадок, ты пролежала в беспамятстве неделю, а они пропали во льдах — потом когда ты пришла в себя, то оказалось, что их ты не помнишь, и Велимир велел убрать из Терема все напоминания о них, чтобы не спровоцировать новый приступ. Мы заботились о тебе, Злата.


— Спасибо. А когда меня решили посадить на привязь?
— Да кто же тебя привязывает? — развёл руками Светел, — Ты вольна делать что вздумается — вон выучилась, волосы остригла, всё что угодно для тебя!
— Да. И заморские женихи. Почему ты так уверен, что история повторяется? Вообразил себя Солнцем? Так ты не отец мне. Если ты и похож на кого из легенд, так на Ящера — он тоже держал Весняну взаперти ради выгоды.
— Да разве я… — задохнулся Светел, — да как ты…
— Что, неправду говорю? А что ж ты делаешь в таком случае? Я выбрала Яра — почему мой выбор ставится тобой под сомнение? Какое вообще тебе дело до моего выбора?


— А самого-то его ты спрашивала? Ты выбрала, а он? Да где он вообще? — Светел осмелел, решив, что Злата ещё не виделась с Яром со времени возвращения в Аркаим. И может больше не увидится — даже если он жив каким-то чудом, капитан Лютый не имел привычки оспаривать княжеские приказы.
— Спрашивала — шесть лет назад, когда он понятия не имел, кто я. Он выбрал меня тогда — и ты напрасно думаешь, что сумеешь заставить нас отказаться друг от друга теперь.
— Ну… — Светел пожал плечами с видом оскорблённого достоинства, — … как знаешь. Я тебя не держу.
— И на том спасибо, княже.


Она ушла, и Светел позволил себе выдохнуть. Девочка выросла, осознала свою силу и сделалась опасной — ему как-то раньше не приходило в голову, что её нужно бояться. Богиня любви? Нежная кроткая Весняна? Может быть. Только Велимир, помнится, упоминал, что у Светозлаты было ещё одно воплощение: рвущая плотины вода, не терпящая препон на своём пути. Такие вёсны редки, но они случаются. Надо спрятать Яблоко и найти этого мальчишку-оборотня — и если жив, то…
Продолжение следует!

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори