Марина
Глава 80. Помощь
Глава 1. Каменоломни
Глава 79. Прощание
Глава 80. Помощь
День уже клонился к закату, когда паж пропустил в кабинет советника запыхавшуюся служанку:
— Ваша Светлость, спешу доложить: роды начались.
Грей начал подниматься, но замер.
— Ведь еще рано. Как себя чувствует Элоиза?
— Рожает госпожа Эвелин, Ваша Светлость.
Эвелин согнулась от новой волны схваток и сжала руку верной помощницы:
— Джоана, Как же так? Ведь средство должно было помочь мне дольше выносить ребенка, но теперь я рожаю даже раньше!
— Сейчас не думайте об этом госпожа.
— Не подпускай ко мне никого чужого, слышишь?
— Вам сейчас лучше лечь поудобнее, — служанка поправила подушки за спиной Эвелин.
Вокруг уже суетились повитухи, которых герцогиня вызвала из дома.
— Живот совсем твердый, как камень, — сказала одна из них, взволнованно переглядываясь с другой.
Но Эвелин переживала лишь о ранних родах. Она стискивала в заледеневших скрюченных пальцах края одеяла и боялась появления Грея.
И тот не заставил себя ждать. Более того в сопровождении королевского лекаря.
— Что случилось? — уставился советник на одну из повитух. — Почему роды начались почти на два месяца раньше?
— Живот госпожи сильно окреп — это и вызвало ранние роды.
Грей сделал знак лекарю.
— Осмотри ее.
Но Эвелин встрепенулась. Ей тут же показалось, что супруг пришел избавиться от нее при помощи своего человека.
— Нет, меня будут смотреть только мои люди! Они принимали роды нашей дочери, справятся и сейчас!
— Что за ребячество? Сейчас не время для споров, — Грей бросила на Эвелин такой взгляд, что ее пробрал озноб.
— Тогда изволь покинуть мою спальню, — выдавила она.
В разговор вступила одна из повитух:
— Ваша Светлость, вам, действительно, лучше покинуть спальню. Если что-то пойдет не так, мы сразу же вам доложим.
Грей махнул рукой.
— Как знаешь.
В коридоре он бросил лекарю:
— Без осмотра ты, конечно, не сможешь ничего сказать.
— Вы правы. Однако… — магистр Ирбонс замялся, словно не был уверен.
— Что?
— Если бы я не знал о ранних родах, я был бы уверен, что госпожа рожает в срок.
Грей окинул его пристальным взглядом, не выдавая ни грамма эмоций. Лишь протянул:
— Что ж, посмотрим.
Он вернулся в кабинет, передал послание Элоизе не ждать его сегодня вечером, и принялся размышлять. Сегодняшнее утро могло наступить по-разному и было лучше рассчитать каждый вариант, и каждый ход: если Эвелин родит мальчика, если девочку и если… Вдруг слова окажутся лекаря окажутся правдой и она рожает в срок? Он не мог в это поверить, поведение Эвелин всегда было безупречным.
Время перевалило за полночь. Чепцы повитух сбились на бок, лбы покрыла испарина, но ребенок так и не сдвинулся с места. Каменный живот продолжал лишь приносить муки Эвелин.
Джоана сидела рядом, сжимая холодные пальцы госпожи.
— Он больше не приходил? — в страхе прошептала Эвелин.
— Нет. Нужно было согласиться на лекаря. Сейчас не время отказываться от помощи. Позвольте я его позову.
— Нет! Нет. Он не должен узнать.
— Боюсь, что он все равно узнает, но ваш отец не даст вас в обиду.
— Я одного не могу понять, Джоана, неужели это награда за мою верность? Я столько лет закрывала глаза на его измены, всегда была осторожной, и только однажды позволила себя испытать счастье. Почему же судьба так несправедлива? — протянула она уже совсем слабым голосом.
— Наши слабости на то и слабости, чтобы делать нас уязвимыми, госпожа. Вы женщина, и нам скрыть последствия связи намного тяжелее.
Эвелин закрыла глаза, ее рука обмякла.
— Госпожа, госпожа, вы слышите меня?! — Джоана затрусила ее за плечи.
Одна из повитух оказалась рядом и приложила ухо к груди.
— Она дышит? — служанка подняла встревоженный взгляд.
— Дышит, но леди измотана, она просто выбилась из сил. Роды очень тяжелые. Ребенок не идет, нужно попробовать помочь ему. Нужно заварить еще отваров и привести ее в чувство.
— Надо позвать лекаря. Я боюсь, что сами мы не справимся.
Повитуха кивнула и затем бросилась к другим делам. Эвелин продолжала лежать без сознания.
Когда в комнату вошли Грей и магистр Ирбонс, Эвелин металась по кровати, не реагируя на слова.
Лекарь не терял время. Ему сразу почудилось не ладное, но делать выводы лишь на предположениях он не любил. Попросив советника дождаться в стороне, он приблизился к роженице.
Грей скользил взглядом по улице.
Жизнь вне этой спальни текла своим чередом: луна продолжала проливать тусклый свет, лениво плыли черные облака, факелы едва разгоняли темноту на мостовой, а патрули стройным шагом обходили улицы ночного города, не заходя, однако, в самые злачные места.
— Ваша Светлость, — приблизился к нему лекарь, вытирая руки чистой тряпкой. — Мы успели вовремя, но нужно торопиться.
Советник не обратил внимание на спешку магистра.
— Прежде расскажи мне все.
— Сейчас на счету каждая минута, — замялся тот.
— Говори.
— На лицо признаки отравления: у леди Эвелин наблюдается ведьмина корча и леденеют конечности. Повезло, что я уже наблюдал такое и смогу помочь, по незнанию повитухи делали не то, что могло бы спасти вашу супругу. К счастью, отравление не достигло необратимого… — лекарь чуть помедлил и добавил, — хотя бы для нее.
— А что же со сроком? — Грей будто не замечал желание магистра Ирбонса скорее заняться делом.
— Роды, действительно, начались раньше срока и, как я предполагаю, из-за отравления. Однако могу сказать: не раньше, чем на пару недель.
— Вот как, — протянул Грей, но потом пожал плечами, — собственно, плевать. Говоришь, что сами повитухи не справятся?
— Нет, нужны не они, а врач. Только я сейчас смогу спасти леди, — уверенно подтвердил магистр Ирбонс, но блеск в глазах главного советника заставил его опустить глаза. Внутри зародилось нехорошее предчувствие.
К мужчинам подбежала служанка Эвелин. Сминая передник она посмотрела на лекаря красными глазами.
— Ваша милость, я должна признаться, потому как жизнь моей госпожи сейчас важнее тайн, — Джоана сглотнула, набираясь смелости. — Я знаю отчего у госпожи такой живот: она принимала спорынью.
— Что она принимала? — приподнял бровь Грей.
— Зачем? — нахмурился лекарь. — Впрочем, сейчас важно не это. Теперь будет намного проще понять, что делать. Вернее то, чего делать нельзя.
— Вы поможете ей? — взмолилась Джоана.
— Я сделаю все, что в моих силах.
Служанка кивнула и вернулась к кровати госпожи. Ирбонс хотел последовать за ней, но оказался удержан твердой рукой советника.
— Вы, несомненно, сделаете все, что в ваших силах, магистр. Я в вас не сомневаюсь. Повитухи ведь не знают, что делать, вы сможете их направить. Главное помните, куда следует это делать. Ваша помощь будет неоценима. Или оценима, но об этом мы поговорим позже.
Магистр медленно опустил взгляд на реку, сжимающую его плечо.
Нет, советник не шутил, он дал вполне четкое указание. И не стоило сомневаться: исполнение этого указание отразится не только на самом магистре, но и на его жене и детях, а возможно, и на всем его роде. Руки его светлости давно стали слишком длинными.
— Вы даже не хотите узнать, кто мог бы родиться у вашей жены? — только и спросил он.
— Нет, — покачал головой Грей и вышел из спальни.
Ночь у главного предстояла бессонная. Он зажег побольше свечей и стал писать одно письмо за другим: второе, третье… пятое. Одни он писал быстро, над другими сидел долго, иногда начинал заново, выбрасывая черновой вариант куда-то за спину. А рано утром, разослав сначала лишь часть писем, Грей покинул замок по самому важному делу в его жизни.
***
Они столкнулись за углом коридора.
Сигрид развернулась, чтобы уйти, но Эльзар перехватил ее.
— Сколько ты еще будешь обижаться? Три недели уже прошло.
— Оставь меня. Я занята.
— Чем? Своей гордостью? — Эльзар подтолкнул ее к стене, прижимая спиной к грубому камню. — Я знаю, как все выглядит с твоей стороны, и тем не менее у тебя нет ни единой причины для ревности.
Сигрид и хотела бы забыть, но каждый раз, закрывая глаза, видела поцелуй Эльзара и Айне под своими окнами. Злость, ревность, желание растерзать их обоих соединялись в безумную смесь, и пока она не могла говорить об этом спокойно.
Она продолжала молчать. Эльзар оставил попытки поговорить о том случае.
— Мне нужно уехать в столицу. Когда вернусь не знаю.
— Зачем?
— Пришло письмо от Грея. Он просит срочно приехать в столицу.
— От Грея? Вы же поссорились несколько месяцев назад, — Сигрид отчаянно пыталась унять бешеный стук сердца от близости Эльзара. Его дыхание почти касалось ее лица. Только мысли его были уже заняты совсем другим.
— Он ничего не сказал. Но дело касается Элоизы. Раз он решил прислать письмо, значит дело серьезное. Не откладывая я выеду прямо сейчас. А ты за это время постарайся определиться с тем, чего хочешь.
Эльзар сделал шаг назад, и бок Сигрид, где только что лежала его рука, обдало холодом. Она смотрела ему вслед, пока Эльзар не скрылся за поворотом, даже не зная когда он вернется. Почему же стало так трудно совладать с эмоциями? Ведь раньше она умела делать это безупречно? Во всяком случае во всем, что не касалось его.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Обсуждение (40)
Грей ужасен в своей власти.
Сигрид пышет
на фотосексуальностьюДаже когда обидаешься, надо, чтобы муж смотрел в нужную сторону
Но вот насчёт того, как шустро врач определил, что роды преждевременные как-то сомневаюсь, или УЗИ можно было не изобретать
Да, некоторые пожилые врачи/медсестры/лаборанты/ветеринары умеют, какое-то шестое чувство вырабатывали.
А уверенно он заявил уже после полного осмотра.
А какой у нее в итоге срок на момент родов? И какой сейчас у Элоизы?
Мне жаль Эвелин. Ненужная, нелюбимая, не ценимая жена, брошенная в самый уязвимый момент умирать(
Эвелин почти на девятом, немного не доходила, неделя 36-я примерно у нее. А Элоизе рожать через полтора месяца где-то.
Ее выдали не за того мужчину… Хотя могу сказать, что Эвелин и не пыталась стать любимой и нужной. В период, когда Грей видел в ней сходство с Элоизой, она могла что-то сделать, но дело в том, что и ей Грей не нужен был никогда. И в целом о других она не думала. Как о той же Айне, когда распустила о ней слух, не разбираясь ни в чем и тем самым перечеркнула Айне возможность вернуться в столицу. Если бы Эвелин призналась Грею в измене при отце, когда всем ясно от кого беременна Элоиза, она связала бы руки Грею. Но дальновидность не лучшая черта Эвелин.
Размер живота- это прям лотерея. У меня было и так, что я уходила в декрет, а мне не верили, думали, прикалываюсь. Это со старшим. А с младшим у меня был гигантский живот. Моя гинеколог, зав отделением и по совместительству главная узистка, сказала, что такого большого не видела никогда. Даже у тех, у кого была многоплодная беременность. Но у меня перед самыми родами диагностировали таки многоводие. Ну и да, крупный деть.
Так что размер живота- совсем не достоверный критерий.
Эвелин, канеш, сама подставилась знатно. Но, зная ее мужа (который и абсолютно невиновных без малейших угрызений совести изводил, когда ему это было выгодно), я вообще ожидала, что он воспользуется родами, чтоб ее уморить, ведь смертность рожениц при отсутствии антибиотиков и нормальных средств диагностики была колоссальной и не вызывала особых вопросов.
Почему она в такой ситуации не написала своим родным, не попросила отца приехать- для меня загадка. Не понимала, что он- безжалостный убийца, а она — помеха на пути к тому, что хочет лично он?
И это в наше время, когда уже все понятно, что же говорить про те времена?)
Было бы слишком много свидетей, а личную служанку убедить в этом было бы вообще невозможно. Грей любит лишь подправлять события, когда лично его след не виден.
Эвелин писала отцу, в одной из глав об этом было. Если бы отец мог предположить, что Грей осмелится на что-то подобное…
Жена должна быть при муже и все.
Ну она же лично не видела, это мы все знаем, а герои знают не все, что и мы. А то, что ей чудилось — это все уже от страха и отравления. Реальную угрозу в Грее никто не видел в отношении жены. Даже Джоана уже уверена, что он лекаря привел на помощь Эвелин.
У Сигрид и Эльзара страсти кипят. Айне все ещё между ними!
Ему очень жаль Эвелин, он даже не поверил сначала, но свои дети и жена ему дороже. Быть приближенным к человеку власти дело такое. Плюс ко всему Эвелин вряд ли потом кинется спасать его в ответ на помощь — это не в ее характере, а с Греем хотя бы есть уверенность: пока ему помогаешь, он тоже добр и щедр.
Если бы Айне узнала, она была бы в восторге)
Мне тоже жаль Эвелин, по глупости себя сгубила, а муж воспользовался ситуацией. Какое счастье, что мы не живём в те времена.
Эвелин просто раз за разом поступала не очень умно, поэтому к такому и пришло. С Греем, когда он благосклонен, а он был к ней в первое время благосклонен, вполне можно договориться. Шансы родить мальчика — свою защиту в лучшее время у нее были, но она тоже была за то, чтобы бы быстрее разъехаться.
Сигрид все больше дает власть эмоциям, эхх, влюбилась)
Мне кажется, при таком раскладе его можно только пожалеть…
Но Элоизе всех подробностей никто не расскажет — овдовеет Грей к всеобщему удобству. Если быстро все провернуть — ребенок Элоизы может даже успеть родиться в законном браке
Сигрид, конечно, обиженка ещё та, только как то сложно обижаться, когда Эльзара рядом не будет. 🤭
О да!
В открытую он не мог сказать «запудри им мозги и просто не делай то, что поможет», но лекарь уже достаточно знает советника, чтобы у него остались сомнения.
А иначе получается, что все свои интриги, всю жизнь Грей будет работать на чужого ублюдка
Он все узнает про Эвелин, сейчас прижмет и служанок и повитух. Ведь есть еще отец Эвелин, которого бы оставить на своей стороне.
Выигрышная позиция Грея в том, что он лишь подправляет события, а не строит их с нуля и придраться к нему тяжело. Ни Элоиза ни даже Эльзар даже не ожидают подобного поведения от Грея. Интуитивно Элоиза понимает, что ссориться с ним не стоит, потому и кинулась защищать брата, но даже смелые ее мысли далеки от реальности.
Хотя могу сказать, что Эльзару Грей ничего прям страшного не сделал бы)
Хорошо бы Элоиза никогда не узнала, как именно Грей пробивал и пробивает себе дорогу к ней.
Интересно, не связаны ли перемены в чувствительности у Сигрид с переменами другого порядка?
Нет, Сигрид по прежнему не забеременнела. У нее лишь старая ревность к сестре)