По ту сторону двери. Глава 4

Кран и прочие недоразумения

Монро долбилась в дверь квартиры №9 уже несколько минут.
— Мистер Пирс!
Ответа не было. Она снова постучала, на этот раз ещё сильнее.
— Рован!
За дверью по-прежнему царила тишина, скрашиваемая лишь издевательским журчанием воды.
Монро опять опустила взгляд.
Холодная, прозрачная, она противно хлюпала под босыми ногами.
— Прекрасно, — заявила девушка, обращаясь к запертой двери.
Постучала ещё раз.
Никакой реакции. Она уже собиралась развернуться и пойти за Ллойдом, когда из квартиры донёсся глухой звук. Что-то тяжелое упало.
Затем послышался торопливый топот и хлюпанье.
— Сейчас!
Голос был сонным. Монро закатила глаза. Он что, спал?! Вернулся ведь совсем недавно.
За дверью снова что-то зашуршало.

***
Рован тем временем действительно задремал.
Он сам не заметил, как уснул на диване. Последние несколько дней он почти не отдыхал: новые документы, старые газетные вырезки, поиски хоть какой-нибудь информации о пропавшей семье. В голове всё время крутились одни и те же имена. Семья Грей.
Маркус.
Сара.
Лили.
И… Монро?
Он открыл глаза, ещё не до конца понимая, где находится. Потом услышал очередной стук.
— Рован! Немедленно откройте!
Мужчина мгновенно проснулся, дернулся, упав с дивана, и плюхнулся прямо на мокрый ковер. Что случилось? Дремал минут пять по ощущениям. Нет. Ощущения были хреновыми, будто и вовсе не закрывал глаз.
И тут Рован увидел перед собой пробковую доску, которую так и не удосужился убрать подальше.
Фотографии.
Вырезки.
Красные нитки.
И записку, которую прикрепил сам несколько дней назад.
«Домовладелица мисс Монро. Что именно ты скрываешь?»
— Чёрт…
Он вскочил.

За дверью снова раздался стук. Рован быстро подошёл к доске и сорвал записку. Скомкал и сунул в карман.
Журналист стиснул губы. Потом посмотрел на мокрый пол так, будто впервые его увидел, а не грохнулся в лужу с высоты дивана.
— Только этого не хватало.
Он бросился к двери и так быстро как мог распахнул ее.
Монро стояла на пороге, скрестив руки на груди. Ногами в луже. Она посмотрела на него. Потом вниз. Потом снова на него.

— Вы устроили потоп.
Рован опустил взгляд на собственные босые ноги, стоявшие в воде, и растерянно ответил:
— Я заметил…
— Судя по вашему выражению лица, не сразу.
— Я спал.
— Это многое объясняет.
Мужчина провёл рукой по волосам. Теперь он окончательно проснулся.
— Мне очень жаль. Я не…
Девушка уже собиралась перебить его, но вдруг остановилась. На мгновение в её памяти всплыл голос Ллойда.
«Дорогая, ты уж не забудь парню из девятой сегодня настроить краны! Я сам и не помню что там крутить…».
Она должна была сделать это. В первый день. Но совершенно забыла. Монро на секунду замолчала. Она могла бы признаться. Могла бы сказать, что, возможно, часть вины лежит и на ней.
А зачем?
— Очевидно, — отрезала сухо.
Рован нахмурился.
— Что очевидно?
— …Ничего.
Девушка, хлюпая по лужам, прошла мимо мужчины в квартиру, направляясь в ванную. Рован последовал за ней.
— Что вы собираетесь…
— Настрою воду.
Он остановился.
— Вы знаете, как?
Монро обернулась.
— В отличие от некоторых, я знаю устройство собственного дома.
Она скрылась в ванной и захлопнула дверь. Видимо, не хотела чтобы постоялец видел как хозяйка ковыряется под его раковиной.
Через несколько секунд послышалось металлическое щёлканье. Дребезжание прекратилось. Тишина.
Дверь снова открылась, Монро выпрямилась и вытерла руки.
— Готово.
— Спасибо.
— Не за что.
Девушка вышла из ванной.
— Я принесу швабру. И не включайте пока свет, проводка местами проходит и под полом.
— Я сам всё уберу…
Она посмотрела на него как на полного идиота.
— Вы уже достаточно сделали.
Рован хотел возразить, но та уже вышла в коридор. Дверь её квартиры закрылась. Он остался один.
Несколько секунд мужчина просто стоял посреди комнаты. Затем огляделся – вода была повсюду. В углу лежали разбросанные отсыревшие бумаги. Несколько газетных вырезок промокли по краям. У дивана подобно яхте плавал пустой лоток от быстрорастворимой лапши. Рован тихо выругался.

В углу стоял небольшой стул, накрытый белой простынёй. Журналист подошёл к нему, бесцеремонно схватил ткань и сдёрнул её.
Простыня оказалась сухой только с одной стороны, которая не свисала к полу.
— Подойдёт.
Он бросил её на пол и начал вытирать воду. Через несколько минут дверь квартиры №7 снова открылась.
Монро зашла со шваброй, сделала несколько шагов навстречу…И остановилась.
Новый жилец, стоя на коленях, тщательно протирал пол. Её простынёй.
Девушка медленно посмотрела на ткань. Потом на него.
— Вы серьёзно?!

Рован поднял голову.
— Что?
— Это моя простыня…
Он посмотрел на грязный мокрый сверток.
— Да.
— И вы сочли отличной идеей вытереть ею пол?!
— Она оказалась под рукой.
Длинный, мучительно длинный выдох. Если бы хозяйка дома обладала способностью извергать огонь, в эту же минуту ничего не осталось бы ни от простыни, ни от квартиры номер девять, ни от в край обнаглевшего журналиста. Повисла немая пауза.
— Зато она хорошо впитывает! ,- нашелся мужчина.
—Отрадно что хотя бы кто-то в этой квартире способен делать что-то хорошо.
Рован усмехнулся.
— Кран со своей работой, кстати, тоже справлялся. Просто слишком старательно.
Девушка сузила глаза.
— Не смешно.
— Я стараюсь.
— У вас плохо получается.
— А вы всегда такая приятная?
— Только когда на ночь глядя мой дом превращается в заводь.
— В этом случае нам с Вами нужно лучше следить за водой.
Немой укор. Что-ж, даже справедливый. Новый сосед мог устроить целый скандал из-за опрометчивости хозяйки, но, очевидно, это было не в его характере.
Они продолжили убирать. Некоторое время слышался только звук швабры, скользящей по мокрому полу.

Рован работал молча. Монро тоже.
Она подталкивала воду к порогу, он вытирал её простынёй. Девушка замечала, что делает он это совершенно неаккуратно.
— Вы пропустили!
— Где?
— Там! — указала шваброй.
— Где?
Монро показала уже рукой.
— Возле стены!
Рован глянул лишь мимоходом.
— Это всего несколько капель.
— Это вода там, где ее быть не должно!
— Вы очень требовательный человек.
— Я хозяйка дома.
— А я жилец.
— К сожалению.
Рован усмехнулся.
— Вы часто говорите это слово.
— Какое?
— «К сожалению».
— Потому что оно часто подходит под ситуацию.
Он посмотрел на неё и вдруг улыбнулся:
— Эксперимента ради попробуйте заменить его на «к счастью»! Зуб даю, мир резко изменит краски.
— Скорее уж Вы останетесь совершенно без зубов.
Монро отвернулась. Ей совершенно не нравилось, что он не боялся её. Большинство людей после первого разговора старались держаться отстраненнее. А Рован — нет. Он мог ответить, мог пошутить. Мог даже спокойно смотреть ей в глаза.
Это раздражало.
Очень сильно.

***
Когда вода наконец была вытерта, Монро приставила швабру к стене.
— Всё.
Мужчина, выжав напрочь испорченную простыню в ведро, тоже поднялся.
— Спасибо за помощь, Монро.
— Постарайтесь больше не устраивать потоп.
— Постараюсь.
— И если кран снова начнёт дребезжать, сначала перекройте воду.
— Учту.
Прихватив швабру так, будто это был королевский скипетр, девушка направилась к двери.
Рован посмотрел на мокрую простыню.
— Простите за это.
Она остановилась.
— Что?
— За простыню. Я куплю Вам новую.
— Не надо.
— Почему?
— Потому что я не хочу потом объяснять Вам где купить нормальную.
Он улыбнулся.
— Хорошо.
Монро развернулась к двери, и тут журналист машинально включил свет. Мягкий и теплый, он залил всю комнату.
Девушка уже собиралась выйти, но её взгляд случайно скользнул вглубь квартиры…И остановился на пробковой доске.

Она увидела фотографии.
Сначала одну, потом другую. А затем центральную. И сразу узнала их.
Мистер Грей. Маркус.
Миссис Грей. Сара.
Лили.
Монро застыла. Внутри всё словно сжалось. На мгновение ей показалось, что воздуха стало меньше. Она смотрела на фотографию, которую не видела много лет. Лицо Лили. Её волосы. Улыбка.
Девушка заставила себя отвести взгляд. Она не изменилась в лице. Единственное что ее могло выдать – пожалуй, лишь глаза.
По крайней мере, ей хотелось верить в то, что гребаный мистер Беда-за-бедой Пирс не уловил этой перемены.
Рован стоял неподалёку и наблюдал за ней.
— Что это за хрень?

Монро медленно повернулась к нему. Голос был ледянее воды, с которой они только что расправились.
— Кто вы такой, мистер Пирс?
Он молча смотрел прямо ей в глаза.
— Я спросила, кто вы.
Мужчина понял, что дальше отмалчиваться нет смысла. Старина Ллойд так и не смог предотвратить это.

— Журналист. Профиль — розыск без вести пропавших людей.
Основание носа Монро слегка наморщилось.
Журналист. Вот откуда странные вопросы и не менее странный распорядок дня.
Девушка снова посмотрела на доску. В её голове мелькали обрывки прошлого, но она не позволяла им выйти наружу.

Рован продолжил:
— Я ждал момента, чтобы расспросить вас.
Хозяйка резко подняла глаза.
— Расспросить?
— Да. Послушайте…
— Нет.
Монро подняла руку перед лицом журналиста, ставя точку в этом разговоре.
— Если вы здесь для того, чтобы найти этих людей, то лучше уезжайте сразу.
Рован умолк.
— Они исчезли бесследно, — продолжила она.
— Вы уверены?
Тон домовладелицы стал еще более категоричным.
— Да.
— Вы их знали?
Тишина. Очень короткая. Но достаточная чтобы понять ответ.
Девушка отвернулась.
— Не ищите их.
— Почему?
Она снова бросила раздраженный взгляд на журналиста. На этот раз в её голосе не было ни сарказма, ни ярости. Только холод.
— Потому что некоторые вещи лучше оставить в прошлом.
Рован не ответил.
Он смотрел на неё, пытаясь понять, что именно девушка скрывает. Но домовладелица уже снова направлялась к выходу.

— Спокойной ночи, мистер Пирс.
— Монро…
Она вышла.
Дверь квартиры №9 осталась открытой. Девушка прошла несколько шагов до своей двери. Открыла. Зашла внутрь, и с силой захлопнула ее за собой. Щелкнул замок.
Рован остался один.
Он медленно повернулся к пробковой доске. К фотографии Греев.
Потом посмотрел на закрытую дверь квартиры №7. Теперь он знал две вещи.
Первая — хозяйка дома прекрасно помнила эту семью.

Вторая — она отчаянно не хотела, чтобы он узнал почему.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори