ВЕЧНАЯ ЗЕМЛЯ. 85. Король.

Рис проснулся с рассветом, битый час ходил из угла в угол комнаты на втором этаже постоялого двора, сочиняя речь для Лотара, но слова не шли на ум. Постепенно им овладевал липкий страх полнейшего краха. Рис мрачно подумал, что вот он — шанс сбежать. Никто не станет задерживать его, нужно бежать так далеко, как только возможно, ведь у него нет даже пленницы, которая могла бы умилостивить короля. Ничего у него нет! Рис хмыкнул, безрадостно, как обреченный на смерть, поглядел в маленькое окошко на серый грязный двор, коновязь, где уже сновали слуги. Нет, никуда он не побежит, как его проклятый отец! Останется, даже если впереди смерть.
Это решение придало ему немного спокойствия, но кусок не лез ему в горло, хотя хорошенькая подавальщица улыбалась ласково и многообещающе.

Машинально, скорее по привычке, Рис огладил ее округлые ягодицы, пока она терлась вокруг его столика. Девица засмеялась, вся изгибаясь перед его носом.
— Может, поднимемся наверх?
— Может, вечером, — отмахнулся Рис. «Если я вернусь».

До дворца он дошел пешком, оттягивая момент окончательного краха.
На свое счастье, он не встретил капитана стражи, только несколько солдат несли караул в пустых коридорах. Рис почти дошел до залы приемов, когда увидел лорда Нивена, тот ждал его и тут же отвел в сторону, подальше отслучайных ушей и глаз.
— Так и знал, что ты придешь сюда.

Рис не стал спорить, только молча кивнул.
— Слушай, Раттрей рвет и мечет, жаждет тебя повесить как дезертира.
На бледном лице лорда Лэнсборо не отразилось ни удивления, ни беспокойства, и это не понравилось Нивену. Ему хотелось хорошенько встряхнуть Риса, привести в чувство.
— Но королю сейчас нужны люди, каждый меч королевства, а твой меч стоит многих, Рис. Он сохранит тебе жизнь… Пока идет война.

Рис наконец взглянул на Нивена. Его старый друг и спаситель выглядел измученным и постаревшим. Рис вспомнил про захваченный врагами Нэрн.
— Значит, даже Раттрею нужен мой меч?
На миг лицо Хауэлла Нивена озарила знакомая, ироничная улыбка.
— Раттрею нужно золото, Рис, как и всегда. Все покупается и продается, вопрос лишь в цене.

И Рис наконец понял. Хауэлл Нивен свел его с королем, помог войти в этот опасный и блестящий придворный мир и всегда спасал его, когда мог. В своей запальчивости и самоуверенности Рис считал, что это его заслуга, но незримо всегда за ним стоял Нивен.
— Сколько? — хрипло спросил Рис. — Сколько ты ему заплатил?
— Это не важно, может статься, мы все скоро умрем. — Нивен улыбнулся, словно это заботило его меньше всего на свете.
— И я предпочту умереть, сражаясь рядом с тобой, а не с Томасом Раттреем. А теперь ступай к королю и будь с ним мил и услужлив, полон раскаяния и чувства вины. Король очень болен, Рис, не утомляй его.

Рис вскинул голову, поглядел на друга. Лорд Хауэлл улыбался. Давным-давно, в пору их знакомства Рис не мог понять, шутил лорд-хранитель печати или говорит серьезно. Он научился этому много позже.
— Я — само раскаяние, лорд, — в тон ему отозвался Рис, склонив темноволосую голову в шутливом поклоне. Лорд Нивен опустил ладонь ему на плечо, мол, ступай. Рука его дрожала.

В большой зале для аудиенций было тесно и душно, глухо звякало оружие, задевая скамьи, в спертом душном воздухе витали запахи пота, железа и навязчивый дух гниения.
Ждать пришлось долго, сперва король принимал лордов с Севера. На них смотрели сочувственно и любопытно, ведь земли их оказались под властью дикарей, и никто бы не поручился, что их семьи, людей и крестьян дикари не убили. Наконец настал и его черед.

Рис приблизился к трону, и увидел короля. Он отвел глаза, поклонился и уперся взглядом в носки своих сапог. Какого демона Нивен не сказал ему, что король не просто болен, а умирает! Не может же в самом деле этот полутруп в одеянии Лотара быть живым! Когда Рис отважился поднять голову, Лотар улыбнулся и поманил его к себе.
— Ааа… Лорд Лэнсборо, мальчик мой! Подойди поближе.

Годы при дворе приучили Риса скрывать истинные мысли под маской обаятельного и веселого царедворца. В науке притворства Рис преуспел, но сейчас ему понадобилось все его самообладание, чтобы не отшатнуться, не вскрикнуть, когда костлявая рука Лотара, вся в незаживающих язвах, протянулас к нему, как длань самой смерти. Рис едва скрыл потрясение и отвращение, натянуто улыбнулся и шагнул к трону.

Некогда Лотар был цветущим внушительным мужчиной, способным очаровать и умом, и статью, но сейчас трон занимал самозванец. Посеребренная маска скрывала верхнюю часть его лица, кожа посерела и так туго обтягивала скулы, что казалось, на придворных взирает череп, седые жидкие пряди волос облепляли лицо, покрытое язвами, и Рис отвел взгляд, чтобы не пялиться на это увечье. Дурная болезнь медленно сжирала короля, оставляя лишь гниющий скелет, который еще говорил, жил и повелевал.

— Ты плохо выглядишь, мальчик мой, — проговорил Лотар, протягивая к нему руку для поцелуя. С каменным лицом Рис коснулся губами кроваво-красного рубина на перстне короля, едва не отшатнулся, увидев язвы так страшно близко.

— Ваше Величество.
— Да-да, я все знаю… Хауэлл поручился за тебя, и вот ты здесь…
Я прощаю тебя, конечно, прощаю… — король улыбнулся прежнему любимцу, а Риса от этого оскала пробрала дрожь. — После аудиенции останься, хочу поговорить с тобой.
— Да, Ваше Величество.

— Вот и хорошо, ступай пока… — Лотар рассеянно махнул рукой, Риса оттеснили другие просители, и он, слишком ошарашенный увиденным, поспешил покинуть залу. Он вышел в коридор, где прежде провел так много часов в ожидании короля. Ждал позднего ужина, игры в кости, просто беседы, чтобы развлечь Лотара… Сейчас все это казалось Рису пустым и глупым. Значит, Нивен поручился за него. Вот почему Лотар принял его нынче. Рис подумал о короле, больше похожем на мертвеца, и липкий холодный пот заструился по спине.
— Черный бог меня забери! — ошеломленно пробормотал лорд Лэнсборо и принялся яростно вытирать губы рукавом.


Ждать Рису пришлось долго, пока один из слуг короля не пришел за ним.
В королевской опочивальне поставили большую лохань, доверху наполненную горячей водой, от которой шел густой пар. Поначалу Рис ничего не увидел, часто заморгал. Духота в алькове стояла невыносимая, его лоб взмок, пот покатился по вискам и за шиворот, но Рис не шелохнулся. Он слыхал, что лекари пользуют короля ваннами с киноварью. Король сидел в купели, погрузившись в воду по грудь, его руки, длинные и худые, лежали на краях лохани.

— Закрой двери, Рис, — велел король. — Мой лекарь говорит, нельзя упускать тепло.

«Жарко, как в пекле», — подумалось Рису, но вслух он ничего не сказал, приблизился, в ожидании, что Его Величество заговорит. Но король молчал, опустив голову на грудь. На мгновение Рису даже почудилось, что государь попросту уснул. Привыкнув к витающему в покоях пару, он украдкой разглядывал короля. Сколько он не бывал в Крастене? Не мог же человек так сильно измениться! Лотар был цветущим, крепким мужчиной, когда они виделись в последний раз. Ныне перед ним сидел старик с ввалившимися сизыми щеками, всклокоченной бородой и поредевшими волосами. Он страшно исхудал, сквозь бледную, туго натянутую кожу проступали кости и сухожилия. И хуже всего были багровеющие язвы на его плечах, руках и лице и провал на месте носа.

Король поднял голову, безрадостно усмехнулся.
— Ты мог бы не пялиться так, лорд Лэнсборо.
— Простите, Ваше Величество.
Худая костлявая рука поманила его ближе, Рису же показалось, сама смерть глядит на него. Будь его воля, никогда бы он не приблизился к больному королю, не подошел бы на поллиги! Рис остановился у самой купели, Лотар подался вперед, к нему, доверительно шепнул:
— Я скоро поправлюсь, мои лекари уверены в этом.

Улыбка короля была похожа на оскал черепа, Рис едва не отшатнулся, но привычное самообладание и на сей раз сослужило ему добрую службу. Он выдавил улыбку, надеясь, что она не слишком наигранная.
— Конечно, Ваше Величество. Вы в надежных руках.

Его самого, несмотря на духоту, прошиб холодный пот, перед глазами все плыло и качалось, глубоко внутри, в самом затылке заворочалась тошнотворная боль. Рис скрипнул зубами от подступающей тошноты.
«Он же живой труп! Почти что сгнил!» — Рис никогда не был особенно набожным, но сейчас истово взмолился Черному богу, чтобы эта аудиенция окончилась как можно скорее. Ясно одно — король умирает, про это ему и толковал лорд Нивен. Одна мысль, что ему придется прикоснуться к его гниющей, покрытой язвами плоти, вызвала у Риса приступ тошноты.
Лотар оперся о край лохани неверной рукой, провел другой по голове, по жидкими прядями липшими к лицу, и Рис с ужасом увидел, как целый клок седеющих волос остался у него в пальцах.
— Жизнь коротка, Рис. И чем дольше живешь, тем сильнее жажда пожить еще. Ты не понимаешь, слишком молод и самонадеян. А я цену жизни знаю.

Лотар улыбнулся страшной улыбкой, обнажив изъязвленные десны, и Рис увидел, что передних зубов у короля уже нет. Рис проглотил комок в глотке, уставился на носки собственных сапог, а в желудке все скрутилось в тугой узел.
— Я женюсь, лорд Лэнсборо. Что же ты молчишь? Порадуйся за своего короля.
Самообладание на миг покинуло Риса, он во все глаза смотрел на Лотара, слова застряли в горле, пустые и глупые. «Он сошел с ума! Обезумел от болезни…» — растерянно подумал Рис, отшатнулся, но Лотар этого не заметил.
— Женюсь на леди Раттрей.
— На сестре леди Ровены? — тупо пробормотал Рис. И снова Лотар рассмеялся, Рису казалось, он вот-вот умрет, захлебнется в кипятке, в котором купается. Жар стал невыносимым, он весь взмок, рубашка прилипла к спине.
— На леди Ровене, — поправил его король и хитро поглядел на своего лорда. Риса передернуло. Когда он убил первого врага в бою, вспорол ему брюхо мечом и горячие кишки вывалились наружу, тогда ему не хотелось блевать. Но сейчас он сжимал зубы до скрежета, силясь унять неудержимые позывы к рвоте. Знал Раттрей про это? Если бы его так не пугал вид короля, он бы наверное расхохотался от нелепости происходящего. Впрочем, может, старый лис и пожертвует одной из дочерей.
— Скоро война закончится, — проговорил Лотар. — Нашей славной победой, и мы отпразднует свадьбу…
Рис ошеломленно уставился на короля. Хотел было возразить, но прикусил язык. Нет, Лотар ничего не знает об истинном положении дел.

Даже в Дабх-Доу Рис наслушался о голоде, отсутствии нормального снабжения королевской армии, а хуже всего была грамота дикарей, в которой они обещали землю и почести любому, перешедшему на их сторону. Пока таких было мало, но солдаты роптали, а Раттрей ловко скрывает это от короля. Лкари пичкают Лотара лекарствами, а его лорд-командующий — искусной ложью. Рис понуро молчал.
Лотар поднялся в купели, кивнул Рису, и тот машинально подал ему нагретую у огня простынь, стараясь не коснуться королевского тела.

Лотар укутался, его впалая грудь ходила ходуном от этого малого усилия. Опираясь на плечо Риса, он добрел до кресла и рухнул в него. Отдышавшись, посмотрел на своего любимца, неестественно бледного и покрытого испариной. Костлявая рука потянулась к лицу Риса, и король небрежно потрепал его по щеке.
— Я знаю, вы с лордом Раттреем не ладите. Помирись с ним.

— Как прикажете, государь, — пробормотал Рис, и с огромным облегчением увидел, как Лотар милостиво кивает ему, мол, ступай. Закрыв за собой двери королевского алькова, Рис наклонился, и его вывернуло на каменные плиты пола остатками завтрака и желчью.

Кто-то из дворцовой челяди проскользнул мимо, не обратив на него никакого внимания.

Кое-как он выпрямился, не чувствуя облегчения, обтер рукавом мокрый лоб и побрел по коридору наружу.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори