ВЕЧНАЯ ЗЕМЛЯ. 42. То, что принадлежит богине.

— И что же остается делать северным леди, если они не воюют, не принимают участия в управлении? — голос Стьерры обманчиво ласковый, но пронизанный жестокой насмешкой не над ним, над Севером, чей уклад так отличается от Пустоши. Они стояли во дворе Брунна, Стьерра прислонилась спиной к теплой каменной стене, искоса поглядывая на северянина.

Элла пожал плечами, щурясь от косых лучей вечернего солнца.
— Вести хозяйство, рожать детей…
Стьерра склонила голову на бок, солнце золотило ее темные волосы, блестевшие, как вороново крыло. Многочисленные тонкие косы, перевитые ремешками, падали ей на плечо.

— И все ваши леди согласны вести такую жизнь? — спросила она.
— Да, — ответил Элиас. Он любовался ее губами, не вникая в то, что они произносят. Стьерра насмешливо фыркнула, повернулась к нему.
— Свою жену ты бы тоже заставлял жить так? — она сразу посерьезнела, ни тени улыбки в темных глазах, устремленных на него.

Элиас вспомнил Мередит, но воспоминание это давно не вызывало в нем ни тоски, ни теплоты.
— Мередит знала, что составляет ее долг и обязанности.

Стьерра отвернулась на миг, ее губы исказила мучительная гримаса, а когда повернулась к Элле снова, лицо ее было безмятежно, темные ресницы притушили блеск ее глаз. Она слабо улыбнулась ему, протянула руку.
— Здесь не Север, здесь люди свободны.


… Он отошел от окна в тень комнаты, как будто они могли увидеть его. Но эти двое никого вокруг не замечали.

Медленно Ансгар разжал стиснутый кулак, пальцы были сжаты до хруста и отозвались болью. Но эта физическая боль немного отрезвила его.
Он знал, что так будет, Стьерра для него потеряна в любом случае. Стьерра — невеста мара Хаварта, не его. Противный тихий голосок внутри шептал: «Еще не поздно… Скажи всем правду! Вы сочетались союзом перед лицом Сестер, этот брак не рушим...»

Ансгар мотнул головой, силясь прогнать морок, но тщетно. Ночь за окном была тихая и ласковая, он видел, как Стьерра взяв Эллу за руку, скрылась в темноте. Они пошли в поля, подальше от Брунна. Раскаленной иглой кольнуло воспоминание об их единственном лете, но он поспешил задавить в себе темную злость. Ей нет нужды убегать, он сам отдал ее северянину, сам!
Ансгар открыл двери в коридор, где стоял страж.
— Позови Хильду, сейчас же!
Хильда — девушка из Брунна, миловидная и покладистая. Ее умелые руки утишают боль, податливое горячее тело греет его постель. И в минуту черного страшного одиночества он вспомнил о ней.
Страж исчез внизу, а он принялся мерять шагами покои, казавшиеся теперь неожиданно тесными и душными. Распахнул настежь окно, жадно вдыхая теплый воздух, но спазм сжал горло и грудь, внутри все горело огнем. Задыхаясь, неверной походкой он шагнул к двери.

Рванул с шеи многочисленные амулеты, и они, рассыпавшись, покатились по полу. Вошла Хильда, поклонилась мару, потупила большие темные глаза, комкая тонкими пальцами подол платья.


Ансгар поманил ее к себе, прижал тонкий девичий стан. Хильда прерывисто вздохнула, запрокинула голову, подставляя ему губы.

Он целовал ее грубо, почти что с ненавистью, ибо Хильда была не Стьеррой, а другой женщиной. Под его напором она охнула, но его ладони держали ее крепко.

Не выпуская ее из рук, Ансгар шагнул к ложу, Хильда на миг высвободилась из его объятий, зашептала сбивчиво:
— Я сниму платье, господин…

Подняла голову и с ее бледного лица на Ансгара глянули чернильно-черные глаза, полные болотной воды.

Лицо Хильды расплывалось, а сквозь ее черты проступали иные. Айлид усмехнулась, обнажив острые, как иглы, зубы, призывно глянула на него.
— Ты мой, — жарко шепнула богиня Топь.

И Ансгар, глядя в ее мертвенно-бледное лицо, с холодком ужаса осознал — они все еще на болотах, оттуда не выбраться. Победа, возвращение в Брунн, даже этот день — все привиделось ему в горячке. Они на Топях и там и останутся!
Ансгар отпихнул Хильду, отшатнулся, больно ударившись о сундук в углу.
— Господин? — Хильда, удивленная и испуганная его поведением, прижимала к груди платье, ее большие глаза были распахнуты и отражали огонек свечи. Карие, а не черные.

— Пошла прочь! — крикнул он. Хильда все мешкала, он рявкнул. — Прочь!
Она подхватила одежду и опрометью бросилась в коридор, дверь за ней захлопнулась, потушив свечу.
Ансгар, шатаясь, добрел до стены, прислонился к ней, чувствуя, как спазм, охвативший его минуту назад, повторяется. Он скользнул рукой по груди, но амулета там не было. Как слепой, он нашарил на полу камень с рунами, странно, но шнурок не оборвался и он надел его на шею.

Дышать сразу стало легче, и минуту он стоял, согнувшись, усмиряя бешено скачущее сердце. Под ногами волчья шкура, ласковое прикосновение длинного седого меха он помнит с детства, он опустился на пол, погладил ладонью жесткий мех. Я дома, в Брунне… Я здесь…Я дома… Я в Брунне…


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори