ВЕЧНАЯ ЗЕМЛЯ. 29. Свадьба в Хаффе.

Всадники гнали коней с рассвета без остановок. Далеко позади остались белые башни Старого дворца, стены Крастена, изъеденные ветрами и солью, вся его прежняя жизнь. Рис едва перебросился парой слов со своими молчаливыми спутниками — людьми короля, призванными стать свидетелями его брачного союза. Он скрипел зубами от бессилия и гнева, но поделать ничего не мог. Его вышвырнули из дворца. Как запаршивевшему псу, указали его место. Лотар даже не позаботился о том, чтобы отправить с ним кого-то другого. В иное время его разобрал бы смех: кастелян Крастена и один из королевских писарей, что ехали с ним в Хафф, прошлым летом так же прибыли в эту крепость, чтобы стать свидетелями на свадьбе Мередит Хафф и Элиаса! Но Рису было не до смеха, вдобавок его терзало жесточайшее похмелье и он, почти не скрываясь, прикладывался к кожаному меху в седельной суме, наполненному вином.
Вот и знакомая дорога, извивающаяся неширокой лентой среди зимних полей. Ворота крепости королевским посланникам открыли сразу же. Мередит Хафф вышла наружу, на промозглый ветер, кутаясь в шерстяной плащ, во все глаза глядя на гостей.

Глаза ее расширились, она едва смогла скрыть радостный возглас, увидев Риса, но он так и не смог даже заставить себя кивнуть ей. Кастелян спешился, протянул Мередит королевское письмо с печатью, но она не взяла его, лишь тревожно смотрела на посланника. Леди Хафф не умела читать и писать.

И он, поняв свою оплошность, развернул письмо и прочел вслух, что Его Величество король Севера Лотар I в своей милости дарует Рису ФицУоллесу, титул лорда Хаффа, а тот в свою очередь обязуется вступить в брак с вдовой, леди Мередит Хафф не позднее, чем через пять дней после того, как писана сия грамота. Под руку лорда Хаффа отходит крепость, угодья и владения, пять лиг леса, две лиги вдоль Уамурны… Мередит не слышала ничего, кроме гулкого биения крови в висках. Не чудится ли ей? Быть может, она спит в своей комнате и ей снится чудесный, невозможный сон? Как она тревожилась после отъезда Риса в столицу, боялась собственной участи. Ясно же, король найдет ей нового мужа, не позволит приграничной крепости остаться без хозяйского догляда. И Мередит, лежа ночами в своей одинокой постели позволяла себе мечтать, что Рис Лэнсборо попросит короля ее себе в жены. Ведь она даже сказала ему о ребенке, что растет теперь в ее чреве. Но мечты эти были робкие и несбыточные…
Наконец кастелян закончил читать, аккуратно свернул письмо и передал ей.
— Это правда?

— Разумеется, леди Хафф, — заверил ее старый кастелян. — Мы здесь для того, чтобы все выполнить по воле Его Величества.

Нет, не такую свадьбу хотела Мередит. Да полно, она вообще больше не хотела выходить замуж! Но сейчас ее не волновало ни отсутствие нарядного платья или угощений, ни то, что никакого торжества в их честь не будет. Рис схватил ее за руку, грубее, чем полагалось бы влюбленному, но Мередит сразу же простила его. Молча они прошествовали в большую залу Хаффа, и там, в присутствии двух королевских посланников и челяди крепости ….

Мередит казалось, все выстраданное ей прежде было залогом ее наступающего счастья. Звонким голосом она произносила брачные клятвы, и лишь на миг ее пробрал озноб — точно такие же слова она говорила почти год назад, клялась мужчине, которого не любила и знать не знала, в верности и послушании. А теперь этот мужчина мертв и Мередит не находила в своем сердце ни сожалений о нем, ни скорби, только трепетную радость.

Рис вслед за ней произнес слова обета, глухим тихим голосом, едва касаясь ее ладоней.

А после сразу же отошел прочь, переговорил о чем-то со спутниками и те тотчас раскланялись перед ошеломленной невестой, отказались от еды и эля и уехали.

Как ни поспешна была эта свадьба, а все же Бесси и ее помощницы успели накрыть нехитрый стол, водрузили на него вчерашний пирог с дичью, и груши в меду, и круги терпкого домашнего сыра, принесли из кладовой вино. Короткий зимний день уже клонился к вечеру, и в покоях зажгли свечи. Риса все еще мутило, но хоть ненавистные его спутники отбыли. Он мстительно не стал даже приглашать их отобедать, зная, что ехать им в ночь, в холод и непогоду. Они свое дело сделали, пусть проваливают! Он сидел за большим столом напротив Мередит и не находил ни одного слова для нее.

А она щебетала, рассказывала про урожай, про межевые споры с соседями, какие-то глупости о жителях деревни. Он слушал ее, стиснув зубы, чтобы не заорать: «Замолчи! Оставь меня в покое, наконец!» Но он только подливал себе вина, не притронувшись почти к еде, казавшейся безвкусной и пресной.
Наконец унесли последние блюда, Мередит посмотрела на него, зардевшись.
— Наверное Вы… Ты устал, муж мой?

Рис взглянул на нее с удивлением и долей брезгливости. Ее грудь оставалась соблазнительной, а талия тонкой, но в животе у нее ребенок, так она сказала.
— Ступай в постель.

Он криво усмехнулся, наблюдая, как ожидание на ее хорошеньком личике сменяется разочарованием.
— Неужели ты думала, я притронусь к тебе, пока ты носишь ребенка своего мужа?

— Ты теперь мой муж, — мягко поправила Мередит и это разозлило его. Да, он загнан в ловушку, и Мередит может так его называть!
— Оставь меня в покое! — рявкнул он, расплескивая вино на скатерть, с грохотом поставил полупустой кувшин на стол.

Под его тяжелым взглядом Мередит выскользнула из залы, и наконец-то он остался один.

Рис уже изрядно захмелел и ему казалось, Элиас все еще здесь, невидимый и бесплотный дух. Он мрачно приветствовал его, подняв кубок, опорожнил его несколькими большими глотками.


— Лорд Хаффа, — пробормотал он едко и вдруг швырнул пустой кубок на пол, тот жалобно зазвенел и покатился под стол. Когда поздней ночью слуги вошли, чтобы затушить свечи и убрать посуду, хозяин Хаффа спал мертвецким сном, уронив голову на стол.


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори