Школа Добра и Зла /Последнее "Долго и счастливо" /23 серия /Две королевы /часть 2

Экранизация романа С. Чайнани «Школа Добра и Зла: Последнее „Долго и счастливо“»

23 серия «Две королевы» (часть 1)

– Я готов стать королем, – сказал он наконец, продолжая тяжело ступать по тропе. – Пробыв много лет сиротой, я закалился и стал не похож на тех изнеженных наследничков, которые на троне думают сначала о себе и уже только потом о своей стране и своем народе. В моем королевстве необходимо навести порядок, после смерти отца и до моего совершеннолетия Камелотом правит так называемый Совет короля Артура, но эти бездари довели страну до ручки.


Тедрос глубоко вдохнул и продолжил:
– Мне вот-вот исполнится двадцать один, и тогда Совету придет конец. Хватит им морить мой народ голодом, казнить тех, кто смеет протестовать против их власти. Хватит им набивать золотом карманы. Я давно решил – как только стану королем, первым делом в тот же день отправлю всю эту шваль в тюрьму, а оттуда в суд и на виселицу, – он взглянул на Софи и добавил: – Мы возродим былую славу Камелота.


Софи вздрогнула, как от удара электрическим током.
– Мы? – переспросила она.
Интересно, что это было? Тедрос оговорился или обдуманно произнес это судьбоносное «мы»?
– Ну да, я уверена, что мы… ты… Да, конечно, я уверена, что слава… и все такое… О, это будет… Это будет… – залопотала Софи. – Но как же твоя мать? Ты говорил, что твой отец вынес ей смертный приговор…


– Вот уж что меня меньше всего волнует, так это смертный приговор моей матери, – отрезал Тедрос. – К тому же она, очень может быть, сама уже умерла. Во всяком случае, после того, как она бежала из Камелота, никто больше ни разу не видел ни ее, ни Ланселота.
– Предполагается, что ты должен казнить свою мать, а тебя это нисколько не волнует? – подняла бровь Софи.
– Послушай, Софи. Моя мать – самовлюбленная предательница с холодным сердцем, но никак не сумасшедшая, – тряхнул густой золотистой челкой Тедрос. – Так что Камелот – последнее место на земле, куда она может явиться, зная, что там ее казнит собственный сын. – Тедрос погрустнел и добавил: – Правда, ничто не мешает ей являться в мои сны.


О, Софи знала, что это такое, когда тебя постоянно преследует образ навсегда ушедшей матери.
– Скажи, какой она была, твоя мать? Ослепительной красавицей, наверное?
– Вовсе нет, представь себе. Отец был намного красивее ее, энергичнее, веселее. Мать же была нескладной, боязливой, замкнутой. Типичная серая мышка. По-настоящему оживала, лишь когда разговор заходил о книгах или об уходе за животными. Абсолютно не понимаю, что в ней нашел отец и почему другие мужчины так липли к ней, – поморщился Тедрос. – Короче, отец сам выбрал это сокровище, так ему, дураку старому, и надо. А Ланселот… Вот они с матерью были точно одного поля ягода. Ланселот человек бесхитростный, но, нужно отдать ему должное, рыцарь отважный и умелый. Я, собственно, что хотел сказать? Мать была заурядной женщиной, Ланселот – заурядным мужчиной. Вполне подходящая пара.
– Печальная история, – вздохнула Софи. – Скажи, а ты мог бы оставить яркую, красивую девушку ради другой, совершенно заурядной?


Она заметила, как Тедрос тут же напрягся и поджал губы, явно не желая продолжать разговор на эту тему.
И тут Софи поняла.
Тедросу не нужно было раздумывать о том, смог бы он оставить яркую красавицу ради серенькой мышки или нет. Он уже сделал это, когда предпочел яркой Софи заурядную Агату.
Софи вспомнила реакцию Тедроса, когда она упомянула имя подруги на холме в Гилликине. Сейчас, как и тогда, щеки принца покрылись красными пятнами.
И до Софи дошло.
Говоря «мы», Тедрос имел виду не себя и Софи.
Говоря «мы», он имел в виду себя и Агату.
И совершенно не важно, обещал он Софи дать ей еще один шанс или нет.
Для себя он все уже давно решил, и словами тут ничего не изменишь.
Сердце Тедроса по-прежнему отдано его неказистой принцессе.


– Я пытаюсь представить тебя на месте королевы, – негромко сказал Тедрос, словно неожиданно вспомнив о присутствии Софи. – У тебя наверняка появилось бы свое крыло в замке и два десятка служанок, чтобы готовить ванны из парного молока, бутерброды с икрой и скупать все огурцы в королевстве.
Софи оторопело уставилась на него.
– Да-да, Агата много рассказывала мне о твоих мечтах и привычках, – усмехнулся Тедрос.
– Рада слышать, что присутствовала в ваших разговорах кем-то вроде придворного шута! – крикнула Софи, и на глазах у нее заблестели слезы. – Вот, значит, как ты обо мне думаешь? Считаешь меня безмозглой блондинкой, куклой в красивом платье? Идиоткой, на которую и внимания обращать не стоит?


– Ну что тебе сказать насчет блондинок, Софи… Не обижайся, но в зимний поход по холмам ты отправилась в такой тонкой блузке, что даже смотреть на тебя стыдно.
– Я надела ее потому, что ты очень давно меня не видел. Хотела напомнить тебе, какой была девушка, которую ты когда-то любил! – не задумываясь, выпалила Софи, и Тедрос замер на месте.
– Ты обещал, что дашь мне шанс, – шмыгнула носом Софи, вытирая глаза. – Даже если ты по-прежнему любишь Агату. Все равно ты обещал, что дашь мне шанс!
Тедрос взял Софи за подбородок, заглянул ей в глаза своими честными немигающими голубыми льдинками.


– И я даю тебе этот шанс, Софи. Даю, как и обещал. Вот сейчас я же здесь, наедине с тобой, разве нет? И за все время, что мы идем, я ни разу не упомянул имя Агаты. Это ты о ней то и дело вспоминаешь. Но вместо того чтобы беспокоиться об Агате или о том, чтобы я не забыл, как эффектно ты выглядишь, ты бы лучше рассказала, что у тебя на сердце, на душе, – очень серьезно сказал Тедрос. – Итак, скажи мне, Софи из Гавальдона, что бы ты делала, став моей королевой?


С этими словами Тедрос повернулся и пошел дальше по освещенной угольками Мерлина тропинке.
Софи поспешила следом, слыша, как громко стучит в ее груди наполнившееся надеждой сердце. Она еще раз взглянула на имя, написанное у нее на ладони прямо под золотым кольцом. Вот и настал момент, которого Софи ждала с тех пор, как Тедрос предпочел ей Агату. Момент, когда она может показать своему принцу, как сильно его любит. И если Тедрос поймет, как глубоки ее чувства, может быть, что-то изменится в его собственном сердце?
– Прежде всего, как любая королева, я собирала бы фарфоровые сервизы, танцевала на балах и целовала детей, подносящих мне цветы во время праздников, – осторожно начала Софи.


– Но я помню, как смотрели на меня другие ученики, когда я была с Рафалом. Тогда я перестала быть прежней Софи – веселой и легкомысленной, я стала другой, новой Софи, которая добилась чего-то в жизни своими руками. По-моему, именно это всех и раздражало больше всего. Они никак не могли поверить, что кто-то вообще оказался способен на такое. Но никакой особенной я на свет не родилась, и волшебницей, как они, тоже не была. Просто у меня было хорошенькое личико и огромное желание пробиться в жизни. Увы, в погоне за роскошной жизнью я забыла спросить: а что собой представляет эта жизнь? Вот почему в конце концов я порвала с Рафалом. Да, он сулил мне бессмертие, безграничное могущество, неземную любовь… но это была злая любовь, а я, кто бы что ни думал, по-прежнему стремлюсь к Добру, Тедрос. Даже если при этом мне до конца дней придется бороться с самой собой.


Тедрос остановился, обернулся и посмотрел на Софи.
– Перед тобой две девушки, две кандидатки в будущие королевы, – окрепшим голосом сказала она. – Одна из них сомневается, нужна ли ей вообще корона. Выбери ее – и вы с ней всю оставшуюся жизнь будете ссориться, скандалить и подозревать друг друга. Почему? Потому что в глубине души она не хочет быть королевой, не хочет жить как королева, не хочет вести себя как королева.


Софи перевела дыхание и продолжила:
– Твой отец выбрал такую королеву и мучился после этого до конца своих дней. Теперь ты можешь вернуться к тому моменту, когда жизнь Артура покатилась под откос, и все исправить. Ты можешь выбрать девушку, которая хочет стать твоей королевой. Королевой, которая станет сражаться за свой народ так же, как сражается сейчас за право быть рядом со своим королем. Я отказалась быть рядом с Рафалом, потому что хочу быть с тобой и стать твоей королевой.


Тедрос смотрел на Софи так, словно увидел ее совершенно по-новому. Какое-то время они оба молчали.
– Если народ будет видеть, что их король и королева не верят друг другу, он потеряет веру в своего короля, – сказала Софи.


– Выбери меня – и твой народ увидит, как нужно относиться к королю: с любовью, уважением и преданностью. Никто не даст тебе всего этого больше, чем я, потому что, в отличие от Агаты, я никогда не сомневалась ни в тебе, ни в себе.


– Софи… – прошептал Тедрос, обнимая ее за талию.
– Неужели ты не видишь? Я уже была твоей королевой с того самого мига, когда мы впервые увидели друг друга, – так же шепотом ответила Софи, и потянулась вперед. – Наша старая сказка была единственно правильной, Тедрос. Теперь нам нужно лишь оживить ее и сделать новой.


Она закрыла глаза и потянулась губами к губам Тедроса…
– Софи…
Она открыла глаза и увидела, что побледневший Тедрос в ужасе смотрит ей за плечо.


Их было двое – наскоро заштопанных зомби, и они приближались по тропинке, выйдя на нее из лесной чащи.
Когда они слегка приблизились, Софи увидела, что у одного из них вместо левой руки блестит зловещего вида крюк.


– Вот те раз, сто акул мне в глотку! Искали Питера Пэна, а набрели на Злую Королеву, – криво усмехнулся капитан Крюк. – Правда, я слышал, что вы покинули свой пост, дорогая Королева! Расскажи ей, Сми, как мы поступаем с дезертирами на судне.
– А очень даже просто, – охотно откликнулся Сми, вытаскивая из-за пояса длинную острую саблю. – Прибиваем им голову к мачте. Гвоздиками. Во-от такими! А все остальное за нас сделают стервятники.


– Но хотя ты и дезертир, трогать тебя мы не станем, Директор школы вообще не хочет возвращать тебя, ни живой, ни мертвой, – сказал Капитан Крюк, внимательно разглядывая Софи. – Сказал, его Королева свободна и может делать все, что ей захочется.


Софи побледнела – она была очень удивлена. Что еще за новый фортель придумал непредсказуемый Директор?
– А вот насчет парня он ничего не говорил, – многозначительно добавил Крюк, переводя взгляд на Тедроса.
И оба пирата начали потихоньку подбираться к принцу.
Одной рукой Тедрос выхватил Экскалибур, другой притянул к себе Софи.
– Держись рядом со мной, – сказал он.


Софи тяжело сглотнула, глядя на приближающихся зомби.
Был уже, был в прошлом момент, когда Тедрос оказался в смертельной опасности во время Испытания, а она, Софи, стояла рядом и была слишком испугана, чтобы вступить в схватку. Именно с того момента все в ее судьбе и пошло кувырком.


Именно в тот миг она потеряла своего принца, уступила его Агате. «Вот он, мой настоящий второй шанс, – подумала Софи. – Шанс вернуться в самый важный момент прошлого и все переиграть именно так, как нужно, как правильно».


Все разворачивалось в точности так, как она сама совсем недавно говорила Тедросу, когда рассуждала о двух королевах. Теперь ей выпал шанс вступить в бой за своего принца, чтобы в конце получить награду – его долгожданный поцелуй.
Тедрос отодвинул Софи к себе за спину.


23 серия (часть 3)

«Дорогие мои и любимые зрители, если вы читали книги и знаете последующее развитие событий, то убедительная просьба быть осторожными в своих высказываниях в комментариях, чтобы не заспойлерить дальнейший сюжет другим людям! Пожалуйста давайте уважать друг друга, не будем портить впечатление от чтения тем, кто знакомится с произведением впервые!
Искренне ваша, режиссер Изольда"

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори