Лекарь. Глава 95. Свадьба Мурата.

Глава 94
Оглавление
До заключения никяха оставалось пару дней. Если бы это была полноценная свадьба, невозможно было бы ничего успеть. Гизем и Амани, перебирая пожитки Айлы, причитали, что в такой спешке брак не заключается. Хотя для скромных запросов невесты вещей было предостаточно, но всё же отсутствие обновок огорчало женщин.Из-за спешки и по иным соображениям, отдельный дом брать не стали. Комнат было предостаточно, Мурату было удобно располагаться в крепости. Он не исключал, что со временем захочется жить подальше от родни невесты, но пока ни желания, ни времени на обустройство собственного дома не было. К тому же при мысли, что менее недели назад Мурат подыскивал дом для Фарии, в груди начинало болезненно щемить.
Поэтому основными приготовлениями стали обустройство нескольких комнат, соединённых между собой, и перетаскиваем туда вещей новобрачных.
Айла выглядела как и положено счастливой невесте. Лёгкая улыбка часто мелькала на губах девушки, а взгляд был затуманен и рассеян. Когда же в поле зрения появлялся суженый, девушка начинала откровенно светиться от счастья. Подобного нельзя было сказать о женихе. Мурат ходил молчаливый, хмурый, с темными кругами под глазами. Мужчина нагружал себя любой работой, даже не соответствующей его статусу, лишь бы забыться, не пускать в голову осознание и неизбежность грядущего.
Одну из ночей он почти не спал. Собрав всё душевное мужество и менее обширное красноречие, Мурат писал письмо любимой.Смяв или разорвав несколько версий текста, он всё же поймал нужную волну и сообщил новость, окончательно разрушающую их семейное счастье.Как ни пытался Мурат уверить, что пойдет к имаму как на плаху, и что его сердце разрывается от горя, он понимал, что Фарие будет намного тяжелее.
Предчувствуя нечто плохое, Мурат написал второе письмо Дэзире, которое должны были вручить одновременно с письмом Фарие. Мужчина надеялся, что мудрая женщина окажется рядом во время тяжёлых душевных мук Фарии, и окажет моральную поддержку. Хотя кого он обманывал? Никакая поддержка не сможет унять боль несостоявшейся новобрачной, и Мурат банально боялся, что Фария наложит на себя руки.Долго, долго тянулась та ночь. Мурат исписал несколько листов, прежде чем понял, что сказать ему больше нечего, а бумага, как часть его души, перенесется на огромное расстояние и попадет в руки той, чью судьбу он вот-вот сломает.
Преодолев некую внутреннюю борьбу, Мурат всё же озвучил то, что предложила ему Айла: стать Фарие второй женой. Мужчина не особо верил, что образованная, независимая, состоявшаяся в профессии женщина согласится на определенное социальное падение, но озвучить единственный вариант их совместного будущего он был обязан. Как знать, возможно, в силу своей начитанности и широких взглядов женщина иначе посмотрит на двоеженство любимого мужчины и очередной раз осчастливит его своим великодушием.Судьбоносный день настал. Все материальные договоренности были оформлены и подписаны накануне. Айла оказалась не особо богатой невестой; Энгин всегда был честным правителем, живущим на государственное жалование, поэтому огромное приданое, к тому же повторное, собрать не смог. Основным приданным Айлы был махр, полученный при первом замужестве.
Материально Мурат ничего не выигрывал. Его столичное состояние было велико по местным меркам, и Энгин втайне радовался, что его единственная дочь не будет ни в чем нуждаться. Жених же, некогда сирота, бродяга и голодрань, роднился с древним родом, насчитывающим более двух сотен лет истории градоначальников Элькара. Ничего иного Мурат не обретал в этом браке.
Оставался лишь формальный обряд, требующий от новобрачных прилюдно выразить своё согласие.
По древней традиции города, идущей в разрез с мусульманскими обычаями, глава Элькара, кем уже официально являлся Мурат, должен был заключать никях прилюдно, на площади, на глазах горожан.
Айла нервничала; то дергалась, то заторможенно не могла понять, что от неё хотят Гизем и Амани, старательно украшающих невесту.Девушка машинально делала все, что от неё требовали, и совершенно не могла сосредоточится. Около двух лет назад, она вот также стояла посреди своей комнаты, и те же женщины украшали её перед выходом к жениху. Но на душе было совсем другое чувство. В первый раз, скрытая плотным свадебным покрывалом, невеста лила слезы, не заботясь, о внешнем виде, ведь ее лицо будет скрыто до позднего вечера и покажется жениху в лишь в сумраке их общей спальни. Сейчас же, также скрытая кружевным покрывалом, Айла нежно улыбалась, смущённо покусывала губы и немного радовалось, что вуаль скрывала её розовые щеки.Её сердце трепетало, волнительно билось и замирало от близости исполнения мечты. Девушка вспоминала тяжёлый взгляд из-под густых черных бровей, мужественное лицо, крепкие руки, крупный торс жениха; в ушах звучал его грудной голос, и тогда в душе распускались цветы и заливчато пели птицы. Скрытая вуалью Айла счастливо улыбалась и нервно теребила атласную ткань наряда.
Мурат сидел на кровати в своей комнате и смотрел в пол.С величайшим трудом он заставил себя одеть свадебный наряд, являющийся по сути официальным платьем, а не праздничным костюмом. Оно и к лучшему. Классический наряд жениха он не вынес бы.
Как судьба могла так жестоко поступить?Их отношения с Фарией были такими необычными, бурными, яркими, разительно отличающимися от общепринятых. Они сулили перерасти в крепкий брак с рождением детей, наделённых множеством талантов и способностей. Мурат так сильно хотел детей от Фарии, что мечтал даже о множестве дочерей, потому-что был уверен, что они, как и мать, вырастут неординарными личностями. А теперь что осталось от его мечты? Он любит и любим, но судьба, не остановившись на предыдущих испытаниях, разыграла решающий бой. Как бы он не надеялся, что Фария примет предложение стать второй женой, мужчина трезво оценивал ничтожность такого шанса. Как, как тогда жить без неё?Мужчинам нахмурился, закрыл глаза и плотно сжал зубы. До конца не верилось в происходящее, в необратимость нежеланного брака, в конец отношений с Фарией, в полное крушение всех мечт, планов, надежд. Мурат так и сидел, не в силах заставить себя подняться и направится к имаму как к палачу.
В дверь тихо постучали. В проеме показалось лицо Ирэя:
— Господин, все давно ждут тебя.
Совершив нечеловеческое усилие, Мурат тяжело поднялся и медленно пошёл навстречу жестокой судьбе.
Согласно древней традиции, брачующийся градоначальник должен был провести невесту по периметру всей крепости, тем самым замкнув условный круг духовной защиты города-крепости. Пока они не произнесли решающие слова имаму, жених держал руку невесты, спрятанную в множестве кружев. Не глядя ни на суженую, ни на торжественно молчащих сопровождающих, Мурат медленно вёл девушку по уже знакомым коридорам крепости, но мыслями был бесконечно далеко отсюда.Он представлял, как резвая птица, широкими крыльями стремительно рассекая воздух, мчится с долгожданным письмом к той, которая ещё не знает, что тонкая, почти невесомая бумага как острый, беспощадный меч сразит её, и неизвестно, как скоро она сможет оправиться от этой раны.Мурат вспомнил маленький уютный дом Фарии: крепкие, добротно сложенные когда-то стены; слегка потрепанную, но по прежнему красивую резную мебель; кухню с камином, память о которой он хранил с детства; хамам, попадая в который, он сразу начинал представлять хозяйку, завернутую в мокрый, соблазнительно облегающий тело пештемаль.
Но воображение жёстко выдернуло его из приятных воспоминаний и беспощадно нарисовало то, что вот-вот должно случиться.Мурат с невестой продолжали медленно следовать по узким, серым коридорам.
Сначала их процессия была небольшой, семья и ближайшие слуги, но постепенно присоединялись члены старых родов города; поодаль вставали наиболее смелые горожане, желающие поучаствовать в редком, но культурно значимом событии.
Айла счастливо улыбалась под покрывалом невесты.Мужчина, которого она полюбит всем сердцем, держит её за руку и ведёт к имаму. Она верила, знала, что его правление принесет процветание и новый виток развития любимому городу, ведь благодаря Мурату о них вспомнили в столице. Оборона крепости усилится; не будет гибнуть столько людей при осадах; они смогут снимать хорошие урожаи с полей; смогут разводить больше скота. Как дочь, достойная отца-градоначальника, Айла не разделяла своего личного счастья и благополучия любимого города, кроме которого, по сути, она ничего не видела.
Девушка робко поворачивала голову к жениху и рассматривала его сквозь плотную ткань.Её огорчало, что вид у мужчины был не радостнее, чем у человека, ведущего на плаху.Но она старалась уверить саму себя, что прошло слишком мало времени с момента их знакомства, и Мурат ещё не успел оценить её достоинства, особенно если он не особо старался их видеть, пытаясь сохранить верность женщине из столицы. Девушка лелеяла надежду, что произойдет то, о чем говорили все умудрённые жизненным опытом семейные люди: стерпится-слюбится. Оставались некие опасения, что несостоявшаяся невеста Мурата согласится стать второй женой, но девушка корыстно рассчитывала, что та гордячка не оставит столицу и свою работу.
Как не пытался Мурат вникнуть в суть происходящего вокруг, воображение снова и снова рисовало картины возможных событий в доме Фарии после получения злосчастного письма.Мужчина надеялся, что его любимой, не единожды проявившей жизнелюбие и мудрость, несвойственную её возрасту, хватит душевных сил стойко перенести ужасную новость.Он верил, что человек, неоднократно спасавший чужую жизнь и знающий её цену, также трепетно отнесётся и к своей.Ещё Мурат уповал на второе письмо, адресованное Дэзире. Важно, чтобы она была дома и прочитала его ненамного позднее, чем Фария своё.Несомненно, мудрая женщина найдет нужные слова, утешит как ребенка, проведет с Фарией первый тяжёлый день.Мурат знал, что мудрое, доброе слово любящего человека способно утешить человека, находящегося на краю. Он верил в силу убеждения Дэзире.Кроме того, рядом с Фарией есть Маришка и Ифе, в преданности и сильной привязанности которых Мурат убедился. Они тоже смогут морально поддержать и утешить девушку.Даже этот непутёвый Валк и высокий темнокожий молчун способны сказать хоть что-то утешительное.Собрав всё душевное мужество, Мурат убедил, обманул себя, что заботливые домочадцы силой слова и их любви к Фарие смогут успокоить девушку и помогут стойко перенести жестокий удар судьбы.
Шествие жениха и невесты, выросшее по мере продвижения по крепости в длинную процессию, завершило торжественный обход цитадели и вышло на городскую площадь, где было полно народу.
Щурясь от яркого солнца после сумрака узких коридоров, Мурат смотрел на горожан и не понимал их радости от совершения никяха по сути чужого для них человека. Молодые девушки и девочки, стоящие в первых рядах, кидали лепестки цветов на головы брачующийся. Под их ноги летели зерна, образуя золотистую дорожку на каменной мостовой. Люди радовались, улыбались, выкрикивали поздравления и пожелания.
С одной стороны, Мурату было приятно, что горожане доброжелательно приняли его назначение на место Энгина, ведь могли начаться волнения и бунты. Мужчина прекрасно понимал, что многие смотрят на него если не как на шпиона из столицы, то как минимум как на чужака, неизвестно как планирующего дальнее правление. Но ряд событий, произошедших одновременно с его назначением, по всей видимости, сгладили изменения в градоуправлении. Во-первых, приход отряда янычар с оружием и провизией. Невозможно предвидеть, какие проблемы со временем могут возникнуть во внутренней жизни города в связи с их появлением, но сам факт, что город обрёл несколько десятков профессиональных воинов, вселял надежду на более спокойную и безопасную жизнь. Во-вторых, очень важным с социальной точки зрения был никях чужака с дочерью Энгина. Все понимали, что власть остаётся в руках той же семьи; старый, проверенный временем градоначальник рядом, и он не позволит произойти существенным изменениям в жизни города. Поэтому, городской люд ликовал, радовался, весело гудел.
Для Мурата всё, что происходило вокруг, слилось в сплошной гул беснующейся толпы. Он не видел радостных лиц, не разбирал и не вникал в выкрикиваемые слова. Перед его глазами стояло лицо Фарии. Она смотрела с укором, обидой, а в огромных глазах, обрамлённый густыми черными ресницами стояли слезы.Как загипнотизированный мужчина медленно вел невесту к небольшой беседке последи площади, украшенной для торжественного события. Среди плотно завешенных тюлей виднелась фигура сидящего человека в тюрбане.Мурату хотелось отпустить руку Айлы, ринуться и растолкать плотную толпу, свиснуть верного Ворона и ускакать из проклятой крепости, где дважды произошла ломка его судьбы. Где он потерял абсолютно всё, что имел; где предложенные благи не имели для него абсолютно никакой ценности, потому что были не нужны. Но мужчина, знающий, что такое долг и приказ, продолжал медленное шествие навстречу навязанной судьбе.
Как в тумане он что-то отвечал имаму, лишь на миг замолчав перед решающими слова.Словно не его пальцы надели кольцо на белоснежную руку, протянутую из множества кружев. Мир вокруг стих. Неизвестно почему: то ли толпа торжественно замолчала, то ли он совсем потерял связь с реальностью.
Мурат немного пришел в себя, когда пришлось поднять головное покрывало невесты и посмотреть ей в глаза.Айла сияла. Её белокожее, с порозовевшими щёчками лицо, обрамление ареалом огненных волос, светилось внутренним светом, делающим девушку невообразимо очаровательной, пусть даже иноземной красотой.Она волнительно, трепетно смотрела на него, ожидая их первого поцелуя. Видела ли девушка, понимала ли, как сейчас несчастен жених — не известно, но лично её счастье захлестывало с головой и хватало на двоих. Мурат, лишь на мгновенье стиснув губы, стал наклоняться к невесте для скрепления только что произнесенных клятв. Айла прикрыла глаза и потянулась к нему лицом, подставляя нежные губы, сложенные причудливым цветком.Возможно, невеста ожидала более чувственного, жаркого поцелуя, но Мурат лишь сухо коснулся её.На лице Айлы мелькнуло разочарование, которое быстро сменилось вежливой улыбкой. «Это только начало. Впереди вся жизнь в его объятьях», — успокоила себя девушка и залилась стыдливый румянцем.
Всё остальное для Мурата происходило словно в тумане. Он смутно соображал, как местная свадьба отличается от столичных: пировал весь город. На площади были накрыты столы, разделенные условным проходом на женскую и мужскую часть. Сидя в окружении сановников города и слушая торжественные речи, Мурат лишь изредка смотрел в сторону своей молодой жены, окружённой какими-то женщина.Присутствие Гизем и Амани хоть как то могло бы приподнять его настроение, но видимо, служанки были оттеснены женщинами из знатных родов города.
Поздравления, смех, тосты, пожелания… Радость и веселье били ключом на центральной площади Элькара. Каждый житель радовался так, словно происходила свадьба его ближайшего родственника. Торжество было общим, объединяющим, словно вместе с новым градоначальником и его молодой женой должны были произойти значительные улучшения в жизни горожан.
Среди радостно беснующихся людей лишь один человек понуро смотрел или в свою нетронутую тарелку, или неопределенно в толпу, стараясь узреть в ней спасительный выход отсюда.Айла часто смотрела в сторону своего грустного жениха.Нет, не жениха — мужа! И от этой мысли даже его понурый вид не мог испортить девушке настроения. Он обязательно разглядеть её, полюбит, а от чужестранки останутся лишь воспоминания, которые померкнут со временем. Они будут счастливы, обязательно будут! Айла нарожает ему много детей, один из которых обязательно станет градоначальником, и их семейное дело продлится!Для кого-то в танцах, песнях, веселье день пролетел незаметно, а для Мурата он стал бесконечной пыткой. Мужчина безразлично водил взглядом по праздничной толпе и с надеждой поднимал взгляд на небо, следя за движением светила в сторону горизонта.Новоиспеченный муж понимал, что с заходом солнца его ждёт новое испытание не только духа, но и плоти. Всё, чего он желал, чтобы день величайшей трагедии его жизни закончился, и он забылся спасительным сном, ведь только туда он мог сбежать от реальности и только там встретиться с возлюбленной.

Спасибо за внимание.
Глава 96

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори