Однажды я стану принцессой

Давно хотела вернуться в локацию Дивного сада. С ним связано несколько моментов в моей истории, и сегодня я покажу один из них. Идея комнаты пришла мне, когда случайно наткнулась на это фото в интернете. Тогда и поняла, что это была бы идеальная комната для Элли.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ:
1. 16+ (есть кадр с кровью и упоминание секты)
2. Графомания
3. Могут быть орфографические и пунктуационные ошибки, стараюсь вылавливать и исправлять, но мало ли))
4. Если вы религиозный человек, лучше не читать. Затрагивается тема сект.

— Однажды я стану принцессой! Да-да, мне так Сестра Дейзи сказала. Я вырасту красавицей и буду носить нарядное платье. А знаешь почему? Потому что я хорошенькая и трудолюбивая, как Золушка, Белоснежка и другие принцессы из сказок.
Девочка шагала по направлению к саду, пиная случайные камушки, встречающиеся на дорожке. Безымянный плелся следом, преданно таща инвентарь и ящик с удобрениями.

— Представляешь, когда-нибудь этот сад будет моим! Весь целиком, и даже лабиринт, — Элли засмеялась и закружилась на месте, раскинув руки, но, остановилась, спохватившись, — правда сейчас всё это принадлежит миссис Флоранс… Но ведь принцесса главнее, чем хозяйка Солнечного дома?
Мальчик ничего не ответил, впрочем, как и всегда. Дети принялись за работу.

Полив деревца и цветы, посадив новые саженцы и обработав листья от вредителей, девочка довольно оглядела вверенный ей участок.

Дивный Сад полностью оправдывал свое название. Сейчас здесь было не так красочно, как летом или осенью, но и в буйстве зелени была своя прелесть. Ветви живой изгороди, словно изумрудные змеи, извивающиеся и шелестящие, опутывали бамбуковую основу. А стены зеленого лабиринта будто сами собой передвигались, образуя все более причудливые коридоры и тупики. Элли готова была поклясться, что находила новые ответвления, хотя казалось, что изучила там все вдоль и поперек. Каждый день девочка со своим безмолвным другом проводила в саду все свое свободное от учебы время. Они ухаживали за зелеными насаждениями, искали редкие цветы, исследовали лабиринт и просто дурачились.

Однажды, из озорства, она даже приподняла бумажный пакет и подсмотрела, как же выглядит мальчишка.

«Красивый, — мелькнуло в ее голове, — жаль, что бедный и не разговаривает, никак не тянет на принца. Но вполне сгодится в качестве рыцаря. Может быть я даже позволю ему воспевать меня в балладах и защищать от опасностей, когда мы вырастем».
Вечером же Элли шла в свою комнату и продолжала заниматься любимым делом. Нередко компанию ей составлял Безымянный. Цветоводство настолько увлекало воспитанницу Солнечного дома, что ее комната больше напоминала маленькую оранжерею, чем обычное жилище.

— Принцессы должны любить цветы, ведь что может быть красивее? – часто повторяла она, высаживая очередного растительного питомца в горшок, пока мальчик, затаив дыхание, наблюдал за этим таинством. По правде говоря, Безымянный не любил цветы. А после того, как увидел, ЧТО иногда можно встретить в лабиринте, откровенно побаивался. Элли предпочитала этого не замечать. Рыцари не должны быть трусливыми. Иногда она будто невзначай пододвигала к мальчику кадку с цветком или просила переставить вазу с букетом, наблюдая из-под ресниц за его реакцией.

Нервозность Безымянного ощущалась чуть ли не физически, но он старался не показывать этого и мужественно исполнял просьбы. «Если у тебя только один друг, — думал он, — отказывать в помощи никак нельзя». Элли льстило такое поведение. Она не находила в этом ничего зазорного. Ведь кто, как не прекрасная дама должна вдохновлять рыцаря на подвиги? А странных цветов в Дивном Саду было предостаточно. И чем глубже идти в лабиринт, тем страннее. Встречались тут колокольчики, которые звенели на ветру, будто стеклянные. А недавно попались ромашки, сердцевины которых подозрительно напоминали человеческие глаза. Сильнее всего воображение Безымянного потряс темно-фиолетовый цветок, напоминавший не то орхидею, не то лилию, в сердцевине которого просматривалась самая настоящая клыкастая пасть.

Подруга же была в восторге и тут же приютила уродца у себя. Мальчик не знал, чем питался этот цветок, но рос он как на дрожжах и сейчас занимал целый угол комнаты. Больше всего в саду было роз самых разнообразных оттенков. От банальных белых, до экзотических голубых. Но всех их связывало необычное свойство. Когда цветок увядал, его лепестки становились блестящими, словно зеркало, тонкими и хрупкими, как хлопья сусального золота.

Эрна, видевшая как Элли несет увядающий букет, настойчиво рекомендовала его выкинуть, ведь странные лепестки могли быть ядовитыми. Маленькая садовница лишь хмыкнула. Она видела, что такие же розы собирала мисс Николь, а измельченные лепестки добавляла в свои сладости.

Пока никто не умер, а значит Эрна ошибалась. Почему-то эта мысль приносила девочке смутное удовлетворение. Маленькая мисс Всезнайка чего-то не знала, чего знала она, Элли. Неудивительно, что с этой занудой никто не дружит. Впрочем, у садовницы также не было контакта с другими воспитанниками. Конечно же мальчишки проявляли какие-то знаки внимания. По-другому и быть не могло. Но Элли не стремилась к общению с ними, ей это было без надобности. Вполне хватало Безымянного, кидавшегося исполнять даже самые абсурдные приказы. Да и Последователи Белой Девы очень тепло относились к девочке. Иногда она искренне недоумевала, почему ее друг так боится своей Семьи. Ведь с Элли они были всегда обходительны и ласковы. Видимо, нужно работать над смелостью личного рыцаря и дальше. Именно они рассказали красивую сказку, которая прочно засела в голове воспитанницы — о прекрасной Белой Деве, хранительнице лабиринта и повелительнице самой жизненной энергии.

Иногда девочке казалось, что именно Белая Дева помогает ей выращивать растения. Глупость, конечно, но вдруг? Безымянному эта сказка почему-то не нравилась, и он каждый раз показывал это всеми доступными способами. Элли злило такое поведение. Его отношение к истории поддерживали и другие воспитанники Солнечного дома. А Кейт однажды сказала, что видела ночью жуткий призрак белокурой девушки, тянувшей к ней руку.

После этого распространилась байка о том, что Белая Дева —призрак женщины, убитой в лабиринте, и жаждущей забрать с собой зазевавшегося ребенка. Зачем? А просто так, чтобы страшнее было. Дашь до себя дотронуться, и больше не вернешься из зеленого коридора. Первое время Элли спорила и яростно отстаивала ту версию, которую слышала от монахинь в противогазах. Но байка прижилась так хорошо, что девочка оставила попытки достичь справедливости. Она лишь снисходительно усмехалась, слыша от других ребят, как те мечтали увидеть жуткого призрака и даже поиграть с ним в салочки.

Особенно презрительных взглядов удостаивалась зачинщица Кейт. Если эта простушка не могла отличить прекрасное божество от банального призрака, то это точно не проблема Элли. В комнате девочка хранила у себя куклу, которую подарил ей Отец Безымянного, точно такую же, как ту, что была у ее друга.

Конечно же у Элли были и другие игрушки.

Но кукла занимала в ее сердце особое место, перед ней девочка испытывала смутное благоговение и даже не решалась лишний раз трогать.

Воспитанница очень дорожила ей и держала около кровати на столике, веря, что Белая Дева будет наблюдать за ней и оберегать от неурядиц.

После конфликтов со сверстниками, Элли и сама пыталась найти загадочную богиню. Она искала в дальней части сада, где по преданиям Деву можно было застать ночью в полнолуние на цветочных качелях.

Но качели найти удалось, а богиню нет.

Маленькая садовница обшарила каждый закоулок лабиринта, в который могла зайти, но ее постигала каждый раз неудача.

То ли сказочной Девы не существовало, то ли она просто не хотела показываться на глаза.

Еще оставалась надежда на закрытые части Зеленого Лабиринта. Да-да, такие существовали. И к удивлению Элли, иногда она даже получала ключи от них.

Странно, но ей казалось, что это как-то связано с тем, что приходится преодолевать ей при работе в саду. А преодолевать приходилось немало. То выходить загнивающее дерево, то расчистить площадку под новый куст. Каждый раз после сложной задачи Элли открывался новый сегмент лабиринта, и чем глубже она заходила, тем больше закрытых частей попадалось. Однажды на ее пути встретилась странная кормушка. Признаться, при виде нее, девочке стало дурно. Это была красивая старинная кормушка, вроде тех, что вешали в садах для колибри. Но вместо нектара из отверстий сочилось что-то алое и вязкое. На угощение слетелось несколько десятков крупных мотыльков. Они копошились, ползали, отпихивая друг друга от отверстий, елозили хоботками по измазанной поверхности, облепляли колбу.

Элли стремглав выбежала оттуда, лишь на уровне подсознания отметив, что за кормушкой был новый закрытый участок. Несколько дней она ходила сама не своя. Эти бабочки питались кровью? Разве такое бывает? Как оказалось, бывает, и своими мыслями она поделилась с другом.
— Ты знал, что калиптры питаются кровью? – буднично спросила Элли как-то вечером, задумчиво глядя в окно, в ту сторону, где располагался лабиринт.

Безымянный промолчал, но вопрос ему не понравился. Он понимал, на что намекает его подруга и очень не хотел, чтобы она туда шла. Однако, судя по всему, этого хотела его Семья, а мальчик не мог им перечить. Все, что он придумал, так это отвлечь Элли на что-то более безопасное. Он соорудил кормушку для птиц и принес ее в сад.

Элли была в восторге. Довольно быстро дети прикормили птиц и теперь могли каждый день за ними наблюдать. Некоторые пичуги настолько осмелели, что брали зерна прямо из рук.

Элли предложила поискать птиц по всему саду, ведь их здесь было такое же богатое разнообразие, как и цветов. Куда только ни забредали дети, и их поиски увенчивались успехом.

Вскоре маленькую садовницу и ее друга птицы совсем перестали бояться, и радостно слетались в поисках угощения.

Не все птицы вызывали у девочки теплые чувства. Ее друг давно заметил, что Элли боится ворон. Что ж, он со своей боязнью цветов прекрасно ее понимал, и всячески старался защищать свою подругу.

Время шло, но мотыльки никак не шли из головы девочки. И чем дальше, тем отчетливее Элли понимала, что ей нужно попасть в ту часть лабиринта. Вдруг от Девы ее отделяет всего одна преграда? В тот вечер воспитанница Солнечного дома снова пошла искать птиц, но уже одна. Не нужно ее другу видеть, для чего она это делает.

На следующее утро на пороге ее двери лежал новый ключ.
В открывшейся части Элли вновь никого не нашла, и от расстройства слегла с лихорадкой. Ей было горько от того, что пришлось сделать, и она невольно задавалась вопросом, правильно ли поступила или все же следует остановиться? О том происшествии Элли ничего не рассказала Безымянному, но он заметил, как изменилось поведение девочки. Она стала более замкнутой и грустной. А вечерами не выходила гулять, а сидела в своей комнатенке и раскрашивала окно цветной краской.

Эта привычка у нее появилась давно.
— У принцесс не может быть плохого настроения, они должны улыбаться и быть образцом во всем для окружающих. Поэтому, когда мне грустно, я раскрашиваю это старое окно, чтобы превратить его в цветной витраж. Ведь цветной свет — это так красиво, особенно на закате.
Девочка перебирала стеклышки, на которые наносила краску, чтобы потом выбрать ту, которая ложилась ровнее и выглядела ярче.

В свете заходящего солнца цветные осколки сияли будто драгоценные камни.

«Судя по тому, как пылает окно, принцессу часто посещают грустные мысли», — со вздохом подумал мальчик, отхлебывая из фарфоровой кружки.

Он поморщился, когда горячая жидкость обожгла ему язык.
— Приличные гости не воротят нос от угощения, — сердито произнесла Элли, изящно отпивая из своей кружки, — по этикету нужно брать за ручку пальцами вот так, а мизинец оттопырить…

«И улыбаться, даже если в чашке не изысканный чай, а обычный кипяток», — мысленно продолжил речь подруги Безымянный.
Солнце давно скрылось за горизонтом, и мальчик поспешил домой. Он не хотел нарваться на гнев Отца за то, что опоздал. В такие моменты Элли чувствовала себя особо одиноко. Даже несмотря на то, что ее иногда посещали ночные гости.

Она ощущала чье-то присутствие, но не видела, кто это мог быть. Садовница включала свою лампу и затравленно оглядывалась по сторонам.

Но, не найдя никого, постепенно успокаивалась и засыпала снова.
Спустя годы, девушка открыла почти весь лабиринт, как ни пытался препятствовать этому Безымянный.
«Прости, Элли, но не у каждой принцессы будет «долго и счастливо». Но как твой рыцарь, я обещаю тебе, что стану смелее и спасу тебя».


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори