Вампиры / 37 серия

Фантастический роман барона Олшеври
из семейной хроники графов Дракула-Карди
«Не любо, не слушай,
а врать не мешай».
***
Х
Назавтра Джемс собрал, как он выражался, военный совет. Совет состоял из доктора, капитана Райта, Карла Ивановича и самого Джемса.


Заранее Джемс познакомил Райта с приключениями прошедшей ночи, а от него взял разрешение рассказать о видениях в Охотничьем доме.

Совет заседал в комнатах доктора и после небольшого вступления Джемс торжественно произнес.
— Теперь вопрос, что мы должны делать? Опасность грозит каждому из нас, а главное, она грозит Гарри, нашему любимому товарищу, человеку, которому мы все так много обязаны.


— Джемми, ты хватил через край, какая опасность может грозить Гарри, он не нервная женщина, чтобы испугаться привидения из тумана, — протестовал доктор.


— Какая опасность, да самая простая, — ответил Джемс, — опасность умереть.

— Что за чепуха! — бормотал доктор.


— А ты исследовал ранки на шее Жоржа К.? Отчего они по-твоему? И опасны ли? — сыпал вопросами Джемс.

— Должен сознаться, ранки довольно странные, но отнести их к области болезней, а тем более опасных, уж, извини, не могу, — сказал доктор.


— А что ты скажешь, если у умершего на балу корнета Визе, нашего работника в замке и у трех поденщиков, умерших в деревне, были такие же ранки на шее? — продолжал Джемс.


— А кто их смотрел и кто тебе об этом сказал? — спросил доктор.


— Видели эти ранки мы сами, с Карлом Ивановичем, затем мы и на деревню ходили, чтобы проверить свои наблюдения.


— Да, мистер Джемс говорит правду, — подтвердил Карл Иванович.

— Ну, а какой вывод? — спросил доктор.

— А тот, что во всех пяти случаях смерти ранки были ее причиною и не подоспей мы вовремя, бедный Жорж К. был бы также мертв.


— Помилуй, Джемми, что ты говоришь, — вскочил доктор со своего места.


— Я утверждаю, понимаешь, утверждаю. Больше — виконт Рено, каменщик и слесарь погибли от той же причины, — серьезно сказал Джемс, — к сожалению, я не осматривал их шеи, но уверен, что ранки и там были…


Доктор озабоченно подошел к Джемсу и положил руки на голову.
— Жару нет, — прошептал он, — и пульс нормальный.



— Не бойся, голубчик, я с ума еще не сошел и не хвораю белой горячкой, — улыбнулся Джемс.


— Ну, а если ты нормален, так говори же, черт тебя возьми, в чем тут дело, не строй из нас дураков, — разозлился доктор.


— Сиди и слушай, — приказал Джемс.


— Итак, господа, у нас и в окрестности появилась смертность и очень странная: люди умирают, заметьте, молодые и здоровые, почти внезапно и единственный признак — две маленькие ранки на шее.


Ранки эти, мы с Карлом Ивановичем их осматривали, кровоточивы и с белыми краями, можно сказать, точно обсосанные. Кто-то или что-то их наносит и выпивает кровь.


Доктор сердито передернул плечами.



— Теперь вопрос, кто это? — продолжал невозмутимо Джемс. — Объяснение нам надо искать в тех письмах и дневниках, что читал нам Карл Иванович в Охотничьем доме, как сказки, и о которых все уже давно забыли.


— Джемми, я не могу, — не выдержал доктор, — ведь знаменитый Дневник учителя — не что иное, как бред сумасшедшего, он даже сам пишет, что на него надевали смирительную рубашку.

— Хорошо, ты прав, это сумасшедший, оставим его в стороне. Обратимся к письмам, — согласился Джемс.


— Если ты их так же внимательно перечтешь, как это сделали мы с Карлом Ивановичем, ты убедишься, что подобная смертность посетила уже здешний замок. И владелец замка прямо называет, что причиной были вампиры.


Доктор опять не выдержал:
— Джемми, Джемми, помилосердствуй, в наш XX век вампиры, эти средневековые сказки!


— Да, — прервал Джемс со строгим и холодным лицом. — Я утверждаю существование вампиров в наш XX век. И эти письма не средневековые сказки, а страшная, роковая действительность.


— Один раз уже поднимал я вопрос, что письма эти писаны из здешнего замка, и был отвергнут уже по одному тому, что тогда они физически не могли бы быть в замке. — Все еще защищался доктор.


— А разве ты не помнишь, что в последнем письме говорится о приезде друга в замок? — спросил Джемс.


— Что для его приезда готовится лесной дом, лежащий у подножия замковой горы, и наконец, что письма найдены Карлом Ивановичем в нашем Охотничьем доме. Не прост ли вывод, что адресат привез их с собой.


Доктор был сбит с позиции и молчал.


— Я думаю, вернее я убежден, — продолжал Джемс, — что подпись Д. означает не Джеронимо, не друга, а просто Дракулу, т.е. графа Дракулу, владельца замка.


— Но ведь у нас нет каменного гроба из Америки, ты сам говорил это, опять возразил доктор.


— Ну и дался тебе этот гроб, а второй склеп, где похоронены только отец и мать, так называемый «новый склеп», разве он не стоит американского гроба.


А обрыв, откуда видно озеро, и куда доносится вечерний звон из деревни.


А дамские комнаты в Охотничьем доме, приготовленные для невесты-итальянки, помнишь: прощай мечта и несколько тысяч дукатов.


А наконец, японская шкатулка, разве это не та самая шкатулка римской императрицы, что Дракула купил для своей Риты. Ведь яблоко, входя в клюв птицы, открывает крышку. Это тебе может и Райт подтвердить.


Спеша, сыпал фразами Джемс.


Райт усиленно курил и молчал.


Доктор, не находя поддержки, беспомощно смотрел на всех.


Молчание прервал Карл Иванович.

— В церковном архиве, — сказал он, — в книгах о похоронах эту местность два раза постигла эпидемия с большим процентом смертности, эпидемия в свое время не была определена врачами. Первый раз это было в год смерти молодой графини Дракула, а другой раз много позднее.


— Ну, а теперь, эта эпидемия наступила в третий раз, как и почему, вопрос другой, но она наступила, опасность налицо, и мы должны, мы обязаны бороться с ней, мы должны спасти Гарри, себя, да и окрестное население вправе ждать от нас помощи, — пылко говорил Джемс.


— Все это прекрасно, Джемс, но кто же враг, — спросил доктор.


— Да говорю же вам — вампиры.


— А что такое вампир? Где он? Как с ним бороться, воля твоя, Джемми, — я не понимаю, — печально произнес доктор.


ПЕРЕВОД КНИГИ

— Что такое вампир, дает объяснение до некоторой степени, конечно, вот эта книга о ламиях или живых мертвецах, — сказал Джемс, указывая на книгу в старинном кожаном переплете.


— А, да, это та книга, что подарил тебе Гарри, я знаю ее, — перебил Райт.



— Да, та самая. Мы с Карлом Ивановичем, по возможности, перевели ее, говорю, по возможности, так как, надо сознаться, это чертовски трудно. Она написана старым латинским языком, с кучей специальных выражений, да и толкует о предмете, для нас и так непонятном.



— Не мертвые, как она зовет их, для нас что-то необъяснимое, ненормальное. Но самое присутствие подобной книги на письменном столе владельца замка наводит на много мыслей и говорит само за себя.


— Ну, а что ты почерпнул из этой книги, — нетерпеливо перебил доктор.


— А вот сейчас, — сказал Джемс, — только повторяю, тут много нами еще не выяснено и даже не понято.



— К делу, к делу, — торопил доктор.


— Древние ламии — это такие существа, — начал Джемс, — вернее, это умершие люди, которые могут выходить из могилы, являться живым и принимать участие в жизни. В большинстве случаев вмешательство это злобное и приносит несчастье.


Продолжение следует

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори