ВЕРХОВНЫЙ МАР. Женщины мара.

Короткое жаркое лето пролетело скоро. Еще вчера дни были долгие и ласковые, а сегодня с предгорий Шуттеркрона тянуло холодом и туман над водами Сейланн не развеивался даже с рассветом. Все чаще мар уходил из ее объятий, проводил почти весь день среди воинов в сопровождении верного Кадвана, и Исилд пришлось отпустить его. Наступила осень, а значит, пришло время похода. Но на Сорст они не идут, хотя тот был истощен сражениями с ближайшим соседом, маром Кробх-Дара. Вместо этого армия Дромахэра и люди мара Эссы двинутся в обход его земель на Луэйх.
В один из вечеров, когда Бальдрик и Кадван пили за высоким столом, мар велел позвать лекаря. После того случая, когда Руперт застал своего господина с ведьмой, он всячески избегал мара и трепетал перед ним. Вот и теперь, едва войдя в залу, Руперт поклонился, все такой же неловкий и нескладный.

Бальдрик кивнул ему на место подле себя за столом.
— Садись.

Ослушаться Руперт не посмел, сел, сложив руки на коленях.
— Ешь и пей.
— Д-да, господин. Благодарю.
Кадван усмехался в свою бороду и мар тоже развеселился.
— Не благодари, лекарь. Ты все это отработаешь.

— Господин?
— Возьму тебя с собой в осенний поход, — сообщил мар с недоброй ухмылкой, глядя, как побелел Руперт.
— Г-господин, ежели Вы полагаете, что я недостаточно усерден в службе…
— Я полагаю, что ты — лекарь, так ведь?
Мар все еще улыбался, но его сощуренные глаза смотрели зло и торжествующе.
— Д-да, господин.
— Славно, Руперт, славно. Мне как раз нужен лекарь в походе. Поверь мне, ты вернешься совсем другим человеком, — мар хлопнул его по плечу, и Руперт покачнулся. Он был уверен, что из похода не вернется, что мар хочет убить его, но возражать более не посмел.


Как только был собран урожай, мар выступил. Ясным погожим днем Исилд простилась с ним во дворе Дромахэра. Она не знала, сказал ли ее мар хоть словечко своей настоящей жене, во дворе Мирна так и не показалась. Ее же он крепко обнял на глазах всех своих воинов и поцеловал.
— Если со мной что-то случится, Кадван поможет тебе уехать, — тихо шепнул он, отпуская ее.

Исилд посмотрела на него и покачала головой.
— Ты не падешь, я это точно знаю! — страстно возразила она. — Ты вернешься ко мне победителем.
Он тоже улыбнулся.
— Как всегда.

Его мозолистая ладонь легла на ее живот и таким выразительным было лицо мара, что у Исилд не хватило духа сказать, что никакого ребенка у нее не будет, и она промолчала.
— Бальдрик… Возьми свою победу не кровью, а золотом, это мой тебе совет.
Он кивнул ей на прощание, и отвернулся к воинам. Вот он вскочил в седло, отдал команду. Всадники гуськом двинулись к воротам, потом выехали на тракт, где в десятке лиг их ждало войско мара Эссы.


Дромахэр опустел, казался Исилд притихшим и вымершим. Не было больше гомона голосов, толкотни во дворе, звона мечей и тренировок воинов. Исилд занималась обычными своими делами, и изрядно удивилась, увидев, как во двор спустилась Мирна. Она шла, подобрав подол платья, оглядывая все и щурясь от яркого солнца. Поравнялась с колодцем, из которого Исилд брала воду, но та продолжала свою работу, не обращая внимания на жену мара. Мирна поморщилась.
— Что ты делаешь?

— Набираю воду… госпожа.
— Для своих зелий? — с ноткой презрения и затаенного страха спросила Мирна. Исилд снисходительно улыбнулась, взяла полное ведерко.
— Нет, госпожа. Это вода для ужина.

Ведро было тяжелым и оттягивало руку, Исилд не стала останавливаться, чтобы говорить с Мирной, и той пришлось бы догонять Исилд. Мирна осталась во дворе, растерянная и обозленная, а Исилд скрылась в доме, на кухне, где уже хлопотали поварихи, разжигая в очаге огонь.


Мирна спустилась и к ужину. Исилд видела, что она тщательно нарядилась, надела украшения и переплела косу. Кадван неловко встал, поклонился ей.
— Госпожа.

Щеки Мирны порозовели. Она милостиво кивнула командующему, поглядела требовательно и на Исилд. Но та взяла кубок и мелкими глотками пила вино, не обращая на девчонку никакого внимания, и Мирне пришлось это проглотить.
В своем новом платье она села, прямо, высоко держа голову. Ели они в полном молчании.


Обычно Кадван рассказывал что-то смешное из жизни крепости, когда заканчивалось обсуждение похода и иных насущных дел, но сегодня командующий явно чувствовал себя неловко, все больше молчал и наконец откланялся.
— Простите, госпожа, мне нужно проверить караульных.

— Ступай, — разрешила Мирна, и они с Исилд остались за столом одни. Мирна смотрела на нее, словно в нерешительности, и вдруг заговорила.
— У меня есть золото, доставшееся мне от отца, мои брачные монеты. Я отдам тебе их все! Моего мужа сейчас нет, так что уезжай! Оставь его, слышишь?

Мирна выложила из поясного кошеля на стол тяжелые неровные монеты, они и впрямь были золотые. Исилд на них даже не взглянула, ее светлые глаза глядели на Мирну, глядели чуть насмешливо и строго.
— Я не уеду, и тебе не советую еще раз предлагать подобное. Мар разгневается на тебя.

Девчушка покраснела, потом побледнела при упоминании Бальдрика, сгребла монеты назад в кошель.
— Я не свободна, так же, как и ты. — Исилд сомневалась, что Мирна поймет, о чем она, но сказала:
— У каждого человека, большого и малого, своя судьба, госпожа. И моя, и твоя судьба привела нас сюда. И я не знаю никого, кому удалось бы изменить предначертанное.

Мирна порывисто встала, глянула на нее темными большими глазами. И столько в них было ненависти, ревности, страха перед Исилд, куда только девалась испуганная мышка, дрожащая, едва заслышит голос мара? Нет, перед ней была дочь мара Даннотара, кровь от его крови.

— Если ты не уедешь, судьба рассудит нас по-другому! Вместе мы не можем жить под одной крышей! — голос у Мирны срывался, но в нем звучала решимость.
Исилд кивнула ей, медленно поставила чашу на стол и взяла ломоть свежего, еще теплого хлеба, отщипнула мякиш тонкими пальцами.
— Да, — согласилась она с полуулыбкой. — Судьба правит всем.


Мар вернулся накануне Долгой ночи. Со смотровой площадки на восточной стене, насквозь продуваемой злыми ветрами, ей видно было, как растянувшись на добрую лигу движется войско и обозы, груженые добром. Исилд беззвучно прошептала слова благодарности Праматери и бегом бросилась вниз, встречать Бальдрика.


Он с усмешкой спрыгнул с лошади, высоко поднял ее над землей. Отстранившись, Исилд жадно смотрела на него. Он весь зарос бородой и всклокоченные волосы его отросли, в глазах сталь и уверенность мужчины, видевшего смерть и убивавшего не раз, но ей он улыбнулся. Поставив ее на землю, мар тоже оглядывал ее с макушки до пят. На миг по его обветренному лицу пробежала гримаса разочарования, когда он увидел ее тонкий стан и плоский живот. Исилд прикусила губу и во рту стало солоно от крови. Она ясно видела, как жаждет ее мар, ее мужчина и возлюбленный, сына. Но ему ни к чему знать, что месяц назад она вытравила плод. Она посмотрела на него, погладила колючую щеку пальцами.
— Пойдем в дом, господин. Мы ждали тебя сегодня.

Ее светлые глаза смело встретились с его жадным голодным взглядом, и Исилд поняла — нынешней ночью мар к жене не пойдет.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори