Школа Добра и Зла /Мир без принцев /7 серия /Ведьмы составляют план /часть 1

1 серия «Софи загадывает желание» (часть 1)
6 серия «Еë зовут Яра» (часть 2)

– Итак, давай я подведу итог, – Эстер свирепо взглянула на нее, устраиваясь на гладком полу рядом с Анадиль. Обе были в мешковатых черных мантиях никогдашниц. – Тедрос хочет убить Софи. Софи хочет убить Тедроса. И если ты не обретешь свое «долго и счастливо» с кем-то из них прямо сейчас, все в этой школе погибнут?


Агата робко кивнула, опираясь на стену из слоновой кости. Они находились в башне Чести, в одной из уборных, с сапфировыми унитазами и раковинами. Агата никогда бы не подумала, что будет так рада встретить двух ведьм. В отличие от других школьниц, эти совсем не изменились. Черно-красные волосы Эстер казались еще грязнее, чем раньше, а татуировка рогатого дракона вокруг ее шеи снова стала яркой (в прошлом году после неудачного заклинания она потускнела). Анадиль между тем выглядела даже бледнее, чем обычно, если это вообще возможно для альбиноса с почти прозрачной кожей. Она сидела неподалеку от Эстер и дразнила трех своих крыс живой ящерицей. А крысы выглядели точно так же, как те, что погибли во время прошлогодней войны Добра и Зла.


– Принц и ведьма мечтают убить друг друга ради тебя, – скрипучим голосом произнесла Анадиль. – На твоем месте я была бы польщена. – Она наблюдала за тем, как ее грызуны распотрошили ящерицу и подняли на нее осоловевшие глаза. – Но, к счастью, я не испытываю никаких чувств.
– Сомневаюсь. Кто вместо умерших питомцев завел себе точно таких же? – проворчала Эстер.


– Послушайте, я голодная, грязная и не спала целую вечность, а армия юношей тем временем пытается убить мою лучшую подругу, – сказала Агата дрогнувшим от усталости голосом. – Я просто хочу домой.
– И тем не менее ты пожелала Тедроса, – заметила Эстер, как обычно глумясь над собеседницей. – Что позволяет сделать вывод, что на самом деле ты хочешь вовсе не домой.
Несколько секунд Агата молчала.
– Послушайте, просто скажите, что мне нужно сделать, чтобы никто не пострадал.


– Как будто мы феи-крестные, Ани, – хрюкнула от смеха Эстер, пуская колечки дыма ярко-красным кончиком пальца.
Анадиль нарисовала череп на мраморной стене своим горящим зеленым светом пальцем и добавила:
– Только не такие древние и льстивые.


– Пожалуйста! – умоляла Агата. – Вы же ведьмы. Вы должны знать способ отказаться от своего желания…


– Все так серьезно! – Эстер повернулась и обвела горящим пальцем отраженное в зеркале лицо Агаты, так что оно оказалось заключенным в рамку. – Только посмотри на эту маленькую, беспомощную, потерянную душу! До сих пор носит черное и пытается найти в себе старую Агату… Ту Агату, которая кидалась безголовыми птицами и любила свою драгоценную Софи больше жизни. – Эстер встретилась с Агатой взглядом в зеркале и усмехнулась: – Но ее больше нет, принцесса.


– Это неправда, – громко возразила Агата, но царапины, оставленные Потрошителем у нее на руке, полыхнули огнем, укоряя ее во лжи, так, будто были свежими.
– Надо же, когда-то мы хотели, чтобы ты присоединилась к нам, – сказала Анадиль. – И вот ты здесь, боящаяся навредить своей лучшей подруге из-за юноши.
– Приятно видеть, что вы обе ничуть не изменились, – глухо сказала Агата, направляясь к двери. – Я вспомнила, почему мы не были друзьями.


– В итоге только один из них сможет сделать тебя счастливой, – промурлыкала Эстер за ее спиной. – И вопрос в том, кто это будет.
Агата обернулась и обнаружила, что ведьмы вскочили с пола и кружат возле нее, словно акулы.
– Софи или Тедрос? – размышляла Эстер.
– Тедрос или Софи? – спрашивала Анадиль.


Обе ведьмы остановились рядом, плечом к плечу.
– Нужно серьезно пораскинуть мозгами, – сказала Эстер, повернувшись к Анадиль. И вдруг обе они уставились на Агату.
– ТЕДРОС! – крикнули ведьмы в один голос.
Сердце Агаты ушло в пятки, но она возразила:
– Но это неправильно! Мне не нужен принц!


Эстер одним движением скользнула к ней.
– Послушай меня, ты, пучеглазая бродяжка! Если ты не поцелуешь Тедроса, школа останется такой, как есть, – прошипела она, снова став похожей на опасную ведьму, которую так хорошо помнила Агата, – Поцелуй его – и все станет как прежде. Принц и его принцесса вместе, а ведьма исчезнет навсегда. Всегдашники здесь, никогдашники там. Школа Добра и Зла вернется на круги своя, и я стану старостой третьего года.


Агата скрестила руки на груди:
– Все ясно. Я беспокоилась о жизни моей лучшей подруги, а вы беспокоились о школе.
– Ты вообще представляешь, что ты сотворила с этим местом, безвольная трусиха? – прорычала Эстер. Ее черные глаза горели. – Ты знаешь, через что нам пришлось пройти из-за тебя?
Она достала из кармана сверток мятого пергамента и бросила его Агате. Девушка развернула изрисованное расписание:


Агата вытаращилась на пергамент:
– Но… Это все о…
– …о девушках, ты – непроходимая дура! Все в этой школе о том, как быть девушкой! – Эстер уже визжала. – Ты представляешь, как сильно я пыталась доказать, что я нечто большее, чем просто девушка! А теперь я должна жить в наводненном ими замке! Не получится никакой школы без юношей! Даже мы это знаем, хотя скорее убьем себя, чем дотронемся до кого-то из них!


– Вообще-то мы дотрагивались до них, когда танцевали на антибалу Зла, – уточнила Анадиль.


– Заткнись! – загрохотала Эстер, вновь поворачиваясь к Агате. – Никто не любит юношей! Даже те девушки, которые сами похожи на юношей, терпеть их не могут! От них воняет, они слишком много говорят, все портят и вечно себе на уме. Но это не значит, что мы можем обойтись без них! Это как стимфы без костей! Это как ведьмы без бородавок! Без юношей ЖИЗНЬ НЕ ИМЕЕТ СМЫСЛА!


Зеркала задрожали от звука ее голоса.
Агата взмахнула расписанием:
– И учителя не против этих новых правил?
– Почему, ты думаешь, их не было на вашей приветственной вечеринке? – пробурчала Эстер, немного успокаиваясь. – Они так же счастливы от всего этого, как и мы. Но у них нет выбора. Окажи они сопротивление – и кончат так же, как принцесса Ума.


Агата уже заметила, что учитель по общению с животными не упоминалась в расписании.
– Где же она?
– Декан заменила ее урок на занятия охотой, ведь девушки стали независимыми и не могли больше рассчитывать на юношей в поисках пищи. Это одно из пяти правил, – вздохнула Анадиль. – Ума отказалась вести такой урок, разумеется. Она не собиралась убивать животных, так как потратила всю жизнь на то, чтобы с ними подружиться.
Анадиль погладила своих крыс и подняла глаза:
– На следующее утро лестница вышвырнула ее из замка в лес.


– Там ей наверняка будет лучше, – пожала плечами Агата, невольно обрадовавшись, что больше не нужно изучать крики сов и лай собак с чопорной принцессой. И заметила, что Анадиль буравит ее взглядом.
– Ты вообще помнишь, кто находится в лесу?
У Агаты перехватило дыхание. Принцы. Мстительные, кровожадные принцы.
– Почему декан ее не спасла? – удивилась Агата. – Уму же убьют…
– Ты думаешь, это самое плохое? – рявкнула Эстер, снова вскипая. – Ты представляешь, как сильно никогдашники ненавидят ванные комнаты? Ты знаешь, что у нас желчь закипает внутри, даже если мы просто приблизимся к такой комнате? А прятаться одним в ванной, да еще с сапфировыми туалетами! Вот как сильно мы не хотим возвращаться в классы!
Она так свирепо уставилась на Агату, что та проглотила вопросы о дальнейшей судьбе Умы.
– Ты хочешь, чтобы Софи осталась жива? Хочешь избежать войны между юношами и девушками? И, наверное, хочешь, чтобы у всех вас наступило «долго и счастливо»? – глаза Эстер прожигали Агату насквозь. – Тогда поцелуй Тедроса.
Агата чувствовала, как сердце пытается выпрыгнуть из груди. «Это стало бы правильным завершением твоей сказки», – сказала тогда профессор Доуви.


Щеки Агаты покрылись красными пятнами. Предать лучшую подругу? Навсегда бросить Софи? После всего, через что они прошли вместе?!
– Я не могу, – хрипло вымолвила Агата и врезалась спиной в дверь туалетной кабинки.
Вдруг за дверью раздался кашель.
– Что еще? – оскалилась Эстер.
– Теперь я могу выйти? – пропищал знакомый голос.
– Ты останешься там, пока не признаешь, что ты предатель, которых все терпеть не могут, и тебе лучше самой перерезать себе глотку, чем показаться остальным, – прорычала Эстер.


Молчание.
– Агата, можно я выйду?
Агата вздохнула:
– Привет, Дот. Извини! Конечно.
Дверь кабинки медленно отворилась, и появилась всегдашница, которую Агата никогда не видела. Наружу вышла подтянутая обладательница узкой талии и золотисто-каштановых локонов. Агата недоуменно посмотрела на нее и заглянула в кабинку за ее спиной в поисках Дот.


Кабинка была пуста.
Агата медленно повернулась к незнакомке:
– Но ты же… ты…
– …постоянно голодная, – сказала Дот и заключила ее в долгие объятия, из которых Агата с трудом выбралась и уставилась на нее: Дот стала килограммов на пятнадцать меньше, на лице появился легкий уместный макияж: губы накрашены помадой, немного туши на ресницах.
– Ты ведь не собираешься разрушать эту школу? – забеспокоилась Дот, грызя что-то похожее на горсть сушеного салата кале.


– Ну, началось! – простонала Анадиль.
– Папочка всегда говорил мне, что я кончу толстой, одинокой и злой, как он, – сказала Дот, сверкая влажными глазами. – Но это место позволило мне стать той, кем я мечтала, Агата! Впервые в жизни я чувствую себя хорошо. А они заставляют меня переживать по этому поводу. Они так много смеялись надо мной, когда я была толстая… А сейчас они издеваются, потому что я худая!


– Поэтому тебе проще сдохнуть, – сказала Эстер.
– Ты просто завидуешь тому, что у меня появились новые друзья, – бросила Дот.
Дракон с татуировки Эстер отделился от шеи, наполнился жизнью, будто воздушный шарик, и с остервенением метнул в голову Дот шаровую молнию. Дот успела нырнуть в ванную, и шар взорвался о мраморную стену, оставив там приличную дыру. Дот поглядывала из ванной на Агату, перекусывая чем-то вроде морковных звездочек:
– Она злится, потому что всем остальным декан нравится.


– Мне нравится только то, что она не может заставить нас носить этот клоунский наряд, – сказала Эстер, бросив злой взгляд на синий корсаж Дот. – Профессор Шикс тайно обучила нас заклятию, из-за которого мы покрываемся заразными фурункулами, как только надеваем эту форму. После двух дней девичьего визга декан сдалась.
– Как получилось, что она стала во главе школы? – спросила сбитая с толку Агата.
– Не надо забывать, как скверно юноши и девушки начали относиться друг к другу после того, как вы исчезли, – ответила Эстер. – Самый распрекрасный принц проиграл свою принцессу лысой беззубой ведьме! После этого юноши вдруг стали считать девушек врагами, а девушки юношей – бандитами. Когда школа разделилась на школы девушек и юношей, это было такое же естественное разделение, как на Добро и Зло. Декан просто воспользовалась этим… и сделала все еще хуже.
– Но откуда она взялась? – спросила Агата. – Она говорит, что она сестра Садера…


– Мы знаем только, что в ту ночь, когда школа заново разделилась, профессор Доуви не смогла вернуться в свой кабинет, – ответила Анадиль. – Она и леди Лессо несколько часов пытались его открыть – и когда наконец открыли… за столом сидела декан Садер.
– Но как она оказалась внутри? – допытывалась Агата, нахмурившись. – И почему никто не выступил против нее?
– Ну, учителя-мужчины попытались, – пожала плечами Анадиль. – И бесследно исчезли.


Агата с недоумением уставилась на нее.
– Пока Доуви и леди Лессо хранили Сториана, у нас был шанс на мир, – встряла Эстер. – Но теперь твой поцелуй с Тедросом – наша единственная надежда. Потому что мы не сможем бороться с деканом.


Она заглянула Агате в глаза:
– Замок на ее стороне.

По книге Сомана Чайнани
Редакция текста: Anastasia1997

7 серия (часть 2) в ср в 17:00 по мск времени!

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори