Школа Добра и Зла /Мир без принцев /3 серия /Хлебные крошки /часть 1

1 серия «Софи загадывает желание» (часть 1)
2 серия «Агата тоже загадывает желание» (часть 2)

В ту ночь огромный валун, вылетевший из леса, сначала сровнял с землей дом Рэдли, а затем врезался в башню с часами, которая, падая, издала последний тяжкий звон и обрушилась на кричащих жителей, разбегающихся с площади в разные стороны. Вскоре все улицы города были усеяны обломками. Родители, прижимая к себе детей, укрывались в колодцах и канавах, следя за тем, как булыжники метеоритами летают по ночному небу.


К четырем утра обстрел закончился, а от города осталась в лучшем случае половина. Дрожащие от страха жители увидели, как вдалеке осветился театр и огоньки на красном занавесе сложились в угрожающую надпись:


А Софи беспечно спала и даже не догадывалась о происходящем. Агата сидела с ней рядом, также запертая в церкви, и прислушивалась к крикам и отзвукам ударов. Отдать им Софи – и ее лучшая подруга умрет. Не отдавать Софи – и весь ее город погибнет. Агата сгорала от стыда. Она смогла вновь открыть ворота между мирами. Но для кого? Кто хотел смерти Софи?! И должен же быть способ все исправить. Если она смогла открыть ворота, она же их и закроет!
Для начала она попыталась заставить свой палец светиться, сосредоточившись на своей злости. Ее щеки раздулись от гнева на убийц, на себя, на свою глупость, но палец почему-то стал даже еще бледнее, чем был. Тем не менее она все равно попыталась наложить заклятие защиты на церковь, но чары, как она и ожидала, не подействовали. Она попробовала молиться святым на витражах, загадывала желание на восходящую звезду, потерла каждую лампу в церкви в надежде найти там джинна, и, когда все ее усилия не увенчались успехом, она выхватила розовую помаду из кулака Софи и написала на залитом лучами рассветного солнца окне:
Возьмите меня вместо неё


К своему удивлению, она получила ответ:
Нет


Буквы вспыхнули прямо в воздухе на опушке леса.
Агата заметила, как между деревьями промелькнуло что-то красное, однако разглядеть ничего не успела.
Она написала:
Кто ты?

Пламя из леса ответило:
Отдай нам Софи


Она потребовала:
Покажи себя!
Ответом ей было:
Отдай нам Софи
Агата наспех вывела:
Ты её не получишь!


Вместо ответа пушечное ядро разнесло статую Софи на куски.
Софи зашевелилась за ее спиной, бормоча что-то о связи плохого сна и угревой сыпи. Окончательно проснувшись, Софи сделала несколько упражнений из йоги, съела несколько миндальных орешков, натерла лицо сначала скрабом с грейпфрутовыми косточками, а затем чешуей форели. Закончила она свой моцион нанесением крема из какао.
Софи повернулась к Агате, все еще сонно улыбаясь:
– Доброе утро, дорогая! Какой у нас план?


Но Агата, ссутулившаяся у подоконника, не сводила глаз с разбитого окна. Софи встала рядом. Перед ней открылся город, который буквально сровняло с землей; люди, лишенные крова, выбирались из-под огромных валунов, а валяющаяся каменная голова ее позолоченной статуи сурово смотрела на подруг со ступенек церкви. Улыбка Софи медленно погасла:
– Так у нас нет никакого плана?
БАХ!
Дубовые двери задрожали от удара молотка, сбивающего висячий замок.
БАХ! БАХ!
– Убийцы! – завопила Софи.


Агата побледнела от ужаса:
– Но церковь – это святое место!
Доски захрустели; шурупы выпали, звякнув об пол.
Девушки попятились к алтарю.
– Прячься! – прошептала Агата, и Софи суматошно забегала вокруг кафедры, как обезглавленная курица.
Что-то металлическое лязгнуло в двери.
– Ключ! – завизжала Агата. – У них есть ключ!
Она услышала щелчок замка. Позади нее Софи беспомощно барахталась среди занавесок.
– Прячься сейчас же! – выдохнула Агата.
Дверь с грохотом распахнулась, и она резко обернулась к темному порогу. В слабом свете свечи можно было различить сгорбившуюся черную тень, которая крадучись проникла в церковь.
Сердце Агаты остановилось.
Нет!..
Кривая тень скользнула по проходу, мелькая в свете свечи. Агата прижалась к скамейке. Ее сердце стучало так сильно, что она не могла дышать.
Он же мертв!


Разорван в клочья белым лебедем и пущен по ветру! Перья черного лебедя осыпались мрачным снегом над школой в далеком-далеком царстве! Но сейчас Директор школы, вполне себе живой, крался к ней, и Агата, притаившись за скамейками, сжалась в комочек…


– Позиция уже непригодна для обороны, – послышался голос.
Голос совсем не Директора школы.
Агата выглянула из-за своей руки, за которой пыталась спрятаться, и ее взору предстал Старейшина с самой длинной бородой.
– Софи нужно отвести в безопасное место, – сказал Старейшина помоложе, выглядывая из-за его плеча.
– И она должна отправиться туда сегодня же, – добавил самый младший Старейшина, поглаживая свою короткую бородку.


– Куда? – выдохнул кто-то.
Старейшины подняли головы вверх и увидели Софи на мраморном фризе, придавленную статуей обнаженного святого.
– Так ты ТАМ пряталась?! – гаркнула Агата.
– Куда вы меня заберете? – спросила Софи главного из Старейшин, выбравшись из укрытия.


– Не беспокойся, все уже устроено, – ответил он, собираясь уходить. – Мы вернемся за тобой вечером.
– Но как же атаки? – крикнула ему в спину Агата. – Как вы их остановите?
– Все устроено, – повторил тот, что был посередине, следуя за старшим.
– В восемь вечера, – добавил младший, семеня след в след за средним. – И только Софи.


– Откуда вы знаете, что она окажется в безопасности? – запаниковала Агата.
– Все устроено, – повторил главный из Старейшин и запер за собой дверь. Ошарашенные девушки стояли молча, пока Софи не завизжала:
– Вот видишь? Я же тебе говорила! – Она сжала Агату в объятиях. – Все будет хорошо! Ничто не сможет разрушить наше «долго и счастливо»!

От облегчения у Софи будто выросли крылья, и она порхала, собирая свои кремы и огурцы в милый розовый чемоданчик. Ведь неизвестно, сколько времени пройдет, пока подруга сможет навестить ее с новой порцией трав. Она оглянулась на Агату, чьи большие темные глаза не отрывались от окна.
– Не тревожься, Агги. Все же устроено!
Но Агата смотрела на снующих меж руин жителей, которые кидали на церковь полные ненависти взгляды, и вспоминала те времена, когда, по словам матери, Старейшины все «устраивали»… Она могла лишь надеяться, что сейчас результаты будут лучше.


Перед закатом Старейшины разрешили Стефану зайти в церковь. Софи не видела его с тех пор, как он их запер. За это время он изменился: кожа приобрела землистый оттенок. Стефан явно недоедал, и у него не было двух зубов. Так как его дочь была под защитой Старейшин, жители города вволю вымещали свое раздражение на нем.
Софи изобразила сочувственный вид, но ее сердце ликовало. Не важно, какой доброй она пыталась быть – ведьма внутри ее все еще хотела, чтобы отец страдал. Она взглянула на Агату, которая грызла ногти в углу и делала вид, что не прислушивается к их разговору.
– Старейшины сказали, что это ненадолго, – сказала Софи.


– Как только те трусы в лесу поймут, что тебя перепрятали, они заявятся сюда, чтобы проверить. И я буду готов их встретить. – Он почесал свой весь в черных точках нос и заметил, как дочь передернулась от отвращения. – Я знаю, у меня тот еще вид.
– Тебе нужен медовый крем, – сказала Софи, роясь в своей сумке с косметикой, пока не нашла мешочек из змеиной кожи. Однако отец неотрывно смотрел на разрушенный город, и глаза его увлажнились.
– Отец?
– Горожане хотят выдать тебя. Но Старейшины сделают все для твоей защиты. Тем более под Рождество. Они гораздо лучше нас всех, – мягко произнес он. – Правда, никто в городе больше не хочет продавать мне еду. Как же мы выживем?..
Он вытер глаза.
Софи никогда не видела своего отца плачущим. – Ну, я в этом не виновата, – вспылила она.


Стефан выдохнул:
– Софи, самое главное – чтобы ты вернулась домой.
Софи крутила в руках мешочек с медовым кремом:
– Так, и где ты теперь живешь?
– Вот еще одна причина моей непопулярности, – ответил отец, потирая разбитый глаз. – Тот, кто охотится за тобой, снес все дома – кроме нашего. Лавка с продуктами разрушена, но Оноре все еще как-то удается кормить нас каждый вечер.
Софи сильнее сжала свой мешочек:
– Нас?
– Мальчики переехали в твою комнату до тех пор, пока все не уладится. Мы с Онорой ждем подходящего момента, чтобы закончить свадьбу.


Софи изо всех сил швырнула в него мешочек. Голодный Стефан учуял мед в креме и плотоядно уставился на ее сумку:
– У тебя есть что-нибудь, что мальчишки смогут съесть?
Агата заметила, что Софи на грани обморока, и немедленно вступила в разговор:
– Стефан, ты знаешь, куда Старейшины ее спрячут?
Он помотал головой.
– Но они уверили меня, что ни убийцы, ни горожане не смогут ее найти, – сказал он, наблюдая, как Софи тащит свою сумку на другой конец церкви, как можно дальше от него.


Стефан подождал, пока она удалится настолько, что не сможет его слышать.
– Понимаешь, нам нужно ее спрятать не только от этих убийц, – прошептал он.
– Но она не сможет долго продержаться одна, – беспокоилась Агата.


Стефан взглянул в окно на окружающий Гавальдон лес, ставший теперь мрачным и казавшийся бесконечным под заходящим солнцем.
– Что там с вами случилось, Агата? Кто хочет убить мою дочь?


Ответа у Агаты пока не было.
– А что, если план Старейшин не сработает? – спросила она.
– Мы должны доверять Совету Старейшин, – Стефан отвел глаза, – им лучше знать, что нужно делать.
Агата заметила страдание на его лице. «Стефан пострадал больше всех», – вот как сказала ее мать. Но что она имела в виду?
– Я позабочусь о ней, – виновато сказала Агата. – Софи будет в безопасности. Я обещаю!


Стефан наклонился и взял ее лицо в ладони:
– Мне нужно, чтобы ты сдержала это обещание. Они обернулись к Софи. Девушка сидела на алтаре, крепко прижав сумку к груди.


– Я буду дома к выходным, – пробурчала Софи, – и хорошо бы на моей кровати лежали свежие простыни!


По книге Сомана Чайнани
Редакция текста: Anastasia1997

3 серия (часть 2) в пт в 15:00 по мск времени!

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори