О службе и дружбе

После насыщенной рабочей недели у Тонкс наступают выходные, когда можно поделиться с подругой последними событиями…


Для понимания, что вообще происходит у героев:


— Давай, рассказывай! Я уже второй день умираю от любопытства. Ну, как это было?
— Что именно?
— Как вы втроём задержали целую партию контрабандных тёмных артефактов!


— Постой, Скай, а ты откуда об этом знаешь?
— Как откуда? Из вчерашнего «Пророка», конечно! Ты разве не видела?
— Э-э… ещё нет.


— Да ладно! Возьми вот, посмотри. Там даже ыото есть. У вас вид настоящих героев! Даже не представляю, сколько человек вы втроём скрутили…
— Будешь смеяться, но всего-то одного.
— Серьёзно? И это он вас всех троих так отделал?
— Ну… не совсем.
— А кто тогда?..


— Ты уверена, что хочешь это знать?
— Да я уже полчаса жду, что ты расскажешь!
— Знаешь, Скай, это было одно из худших задержаний в моей жизни! Честно, я была уверена, что на этот раз меня точно уволят…


— Да ну, ты чего? На тебя это непохоже.
— Скорее, даже слишком на меня похоже! Грюм примерно так и сказал. В общем, если бы я не поспорила с ним, что на второй этаж лучше отправлять меня…
— Тебя?
— Да. Потому что я самая маленькая и лёгкая!


— Логично… А что не так?
— Грюму вечно всё не так, это ж Грюм. Так вот, прибыли мы все втроём на место. Срочно наложили на дом антитрансгрессию, пока оттуда никто не смылся. И перед тем, как проникнуть в дом, решали, как рассредоточиться.
— Так…
— Грюм сразу сказал, что Кингсли осмотрит первый этаж, а сам он пойдёт на второй.
— А ты?
— А я, видите ли, должна стоять на стрёме! Чтобы через дверь никто не проскочил.
— Хм…


— Ну, и мы поспорили с Грюмом, кто пойдёт наверх. Я ему доказываю, что лучше всего пойти мне, я точно не буду скрипеть по лестнице и пройду незаметно. А эти двое упёрлись, что ни в коем случае.
— Потому что ты девушка и это опасно?
— Они даже не захотели отвечать, почему. Но Грюма мне всё-таки удалось дожать!
— Да ты крута! Я в тебе даже не сомневалась. И что дальше?


— Дальше, значит, наложили мы все на себя маскировку и проникли в дом. Двигаемся, как договорились, потому что никто друг друга не видит. Я осторожно так, по стеночке, подбираюсь к лестнице на второй этаж… и тут БАХ!
— Что?..
— Как натыкаюсь на что-то невидимое! Оно с грохотом рухнуло… и как заорёт со всей дури!


— Ого!.. И что это было?
— Да постой… Я же тоже оказалась на полу! И срочно полезла за палочкой, чтобы заткнуть эту воющую штуку и посмотреть, что это… А тут кто-то несётся сверху по лестнице.
— О, чёрт… Спугнули преступника!


— А вот теперь просто представь картину: никого не видно, только пустая комната и лестница. И тут кто-то невидимый с грохотом спотыкается обо что-то невидимое, орёт в один голос с невидимой сигнализацией и сшибает с ног невидимого Грюма… И что-то круглое и твёрдое летит прямо в глаз невидимому Кингсли. Занавес!


— Твою мандрагору!..
— Во-во, Кингсли сказал примерно то же самое. Психанул и снял со всех дезиллюминацию. Оказывается, под ней прятались не только мы, но и чемодан с крадеными артефактами, и сам скупщик! Он почуял, что в доме кто-то есть, решил замаскироваться и проверить обстановку. А чемодан у него стоял прямо возле лестницы… Об него-то я и споткнулась. А в нём были сигнальные чары — будешь смеяться, от воров!
— О, нет!
— О, да…
— Значит, преступник сам споткнулся об этот орущий чемодан?
— Именно! И упал прямо на Грюма. Он, оказывается, такой здоровенный детина… Не глядя точным ударом вышибил грюмовский Грозный Глаз.
— Ааа… Кошмар!


— Да не то слово! Ну, тут этому лосю и конец. Мы его обездвижили и доставили прямо в аврорат. Вместе с чемоданом.
— Офигеть! Ну и работёнка у вас…
— Да уж. Кингсли сказал, что если бы у него были волосы, они бы встали дыбом… по одному.


— Главное, что сами целы остались! Страшная штука эта ваша дезиллюминация. А если бы этот лось налетел не на чемодан, а на тебя?
— Мокрого места бы не оставил! Тут меня бы даже папа не собрал по частям. Но сама понимаешь, папе я этого говорить не стала. Он и так сразу видит на мне все синяки и ссадины намётанным глазом. Весь вечер потом залечивал на мне всякие пустяковины.


— Стоп, а эти у тебя тогда откуда?
— Кто?..
— Синяки. У тебя вся правая щека разукрашена…


— А, это… Да это уже ерунда. Это я сегодня немного не вписалась в шкаф у Кингсли.
— Это как же надо было умудриться?
— Скажи спасибо тому, кто придумал посылать письма-самолётики из отдела в отдел. Одно такое летело прямо мне в лицо. Я увернулась… ну, и с письмом разминулась, а со шкафом немного не получилось.


— Тонкс, ну ты просто ходячая катастрофа!
— Ха! Грюм сказал то же самое. Теперь, говорит, понимаешь, почему мы не хотели пускать тебя наверх?
— М-да… Ну вы даёте!
— Ага, то же самое сказал папа, когда мы в отдел вернулись. Тут если даже очень захочешь, всё равно ничего не скроешь, если твой отец — штатный целитель.


— Да уж… Ну, знаешь, Дора, уж лучше отец-целитель, чем отец-тренер. Когда вы не столько семья, сколько команда с многовековой историей. Сплошные амбиции и тренировки чуть ли не круглые сутки…
— Кстати, как у вас с ним дела после твоего переезда?
— Как ни странно, намного лучше! Он относительно спокоен, потому что Кэмерон — помнишь моего среднего брата? — живёт поблизости. Для папы я всё ещё девчонка, над которой нужен контроль, иначе я сразу отобьюсь от рук, потеряю форму и разучусь держаться на метле.
— Это ты-то?
— Я-то! Ты же знаешь моего папу… Если забудешь пообедать, он и не заметит. Но стоит закончить тренировку на полчаса раньше…


— А моя мама как раз с точностью до наоборот: можешь упустить преступника, но не забудь поесть как следует. И ей всё кажется, что мы с отцом слишком безалаберны, и без неё совсем бы пропали.
— Да ладно тебе, можно подумать, всё так плохо…
— В общем-то, оно так и есть. Я вот так и не научилась всем этим бытовым чарам, складывать вещи и мыть посуду по взмаху палочки. Мне проще сделать это всё руками…


— Бр-р, не напоминай мне о чарах! Чары, зелья и трансфигурация — кошмар всей моей учёбы. И если бы твоя мама тогда не согласилась подтянуть меня на каникулах…
— Мама добрая, она всегда рада помочь. И вообще, работа у неё такая — частное обучение. Ей было совсем не сложно, а наоборот, в радость.
— Да, но она не взяла с меня ни кната!
— Ещё бы! Друзья — это святое и даже не обсуждается.
— Мне до сих пор жутко неудобно…
— Да брось, Скай! Знаешь, как говорит Сириус: неудобно спать на метле, ноги не вытянешь и со всех сторон поддувает.


— А ты ему рассказывала ту историю с задержанием?
— Рассказывала! Он, кстати, единственный, кто не охал, а только смеялся до слёз. Говорит, у нас за один день можно пережить больше впечатлений, чем за двенадцать лет…
— … Прости! Прости, пожалуйста. Я поняла…
— Да ничего.


— Слушай, Дора… а почему Сириус не захотел пойти в мракоборцы? Если он такой, как ты говоришь… Смелый, рискованный, талантливый.
— Не знаю, что тебе сказать… Тогда, поначалу, для него это было слишком серьёзно, наверное. Это же не только риск, но и огромная ответственность. А сейчас его, к сожалению, уже никак не возьмут… сама понимаешь.
— Даже несмотря на то, что он оправдан?
— Даже так. Судимость есть судимость… закон один для всех. Хотя на самом деле он стоит десятерых таких, как некоторые наши.


— Эх… Но чем-то же он может заниматься так, чтобы не думать о пятнах на репутации?
— Может, конечно! Этого он и хочет. Так, чтобы о нём заговорили как о мастере своего дела, а не о бывшем узнике Азкабана.
— Даже так? И что же это за дело?
— Обещай, что никому не скажешь!
— Конечно, никому. Я буду нема как дементор!
— Сириус уже несколько месяцев собирается открыть свой бар.
— О, как круто… А почему так долго собирается?
— Да что-то там у него идёт не так. То ему обстановка не та, то оборудования не хватает, то на жуликов чуть не напоролся, так те еле живые убрались. Ещё и название не придумывается, хоть убей!


— Хм… Ну, если он такой деятельный, как ты говоришь, то рано или поздно у него должно всё получиться.
— Получится, обязательно! Ему просто спешить некуда, свободного времени достаточно, вот он и морочит голову сам себе. Хотя на самом деле у него всё почти готово к открытию.
— Это уже больше похоже на правду.
— Кстати, ты же придёшь на открытие? Я тебе обязательно дам знать, приходи!
— Спасибо!
— Как раз сама и узнаешь, какой он, Сириус. Не такой, как я говорю, а такой, каким ты его сама увидишь…
— Да ну, перестань! Это я просто так, к слову… И вообще, мало ли когда ещё это будет. Если у нас в этот день будет матч, то мне просто голову оторвут и скажут, что так и было.


— Да ладно тебе волноваться раньше времени! Конечно, если это и правда из-за матча…
— А из-за чего же ещё! Эти тренировки в последнее время просто пытка. Ненавижу осень… Ветер с дождём в лицо, руки-ноги мёрзнут, пальцы не слушаются. А если ещё играть в такую погоду!



— Скай, а ты никогда не думала, что квиддич — это не твой выбор, а семейный долг?
— Ещё чего! Никогда. Квиддич — моя страсть, мне кажется, я родилась с этим… Даже не представляю себя в чём-то другом. Но если бы ты только знала, как я ненавижу тренировки в плохую погоду… Если бы я умела колдовать как следует, я бы поставила какой-нибудь защитный купол над полем. Почему, кстати, этого никто не сделает?
— А ты права… И что, только в этом дело?
— Только в этом. И ещё… ты же знаешь, я не выношу, когда на меня давят. Папа, конечно, замечательный человек… Я люблю его несмотря ни на что. Когда мамы не стало, он отдал нам всего себя, всех нас вырастил. Но ты же знаешь… что касается нашей команды, он умеет перегибать.


— В этом ты почти как Сириус, он тоже не выносит давления и стойко сопротивляется. Знаешь, приём в аврорат включает тест на сопротивление чужой воле. Думаю, эту часть экзаменов вы бы оба прошли с успехом!
— Да брось! С чего бы мне сдавать эти ваши тесты. Какой из меня аврор, что я умею… Разве что ловить преступников при попытке бегства по воздуху.


— Возьми ещё что-нибудь. Тебе можно есть сколько угодно! Без опасений, что метла тебя не поднимет…
— Так уж и не поднимет! Ты же тоненькая, как мой левый мизинец. Скоро не то что за метлой, а за палочкой сможешь прятаться.
— А что, правый мизинец у тебя толще?
— Эээ… Самую малость. Он тоже сегодня немного не вписался в шкаф Кингсли.


— Тонкс, ты чудо! И как хорошо, что ты есть. С кем ещё можно вот так же легко поболтать о чём угодно, как с тобой!
— И при этом знать, что на тебя не заведут дело…
— Не заведут! Кажется, я ничего такого не успела натворить.
— Если не придёшь на открытие бара, я лично заведу на тебя дело!
— За что?..
— За несдержанное обещание!
— Ооо… Тонкс, ты невыносима! Как я могу пообещать такое… Говорю же тебе, нельзя просто так взять и поменять дату матча, если он уже назначен.


— А, ну и ладно! Я же всё равно буду знать, когда у тебя матч. Ты же позовёшь меня, я это знаю.
— И что?
— Да так… Знаешь, не всё в этом мире так строго привязано к датам!


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори