Сила искусства

Итак, на воскресенье профессор назначил Малефисенте обещанную встречу с мастерами по живым портретам…

Снейп ждал её как можно дальше от посторонних глаз. Почти на самой окраине Хогсмида, где улица спускалась вниз, в луга, уходя в противоположную сторону от станции и окрестностей Хогвартса.


Она появилась так внезапно и бесшумно, что кажется, всё это время была здесь и молча наблюдала за ним. В какой-то момент профессору показалось, что так оно и было.
— Точность — вежливость профессоров, — сообщила она, чуть заметно улыбаясь одними уголками губ.


— Насколько мне известно, то королей, — подчеркнул Снейп, — к которым я себя никак не могу отнести.
— И это прекрасно, — она спокойно кивнула головой. — Если бы короли действительно имели хоть каплю вежливости, чести или совести, меня бы сегодня здесь не было.

Снейп едва ли понял, что Она имела в виду, но даже такое странное поощрение его приятно удивило.


Сейчас Она выглядела как-то иначе, чем обычно. Тот же высокий головной убор, который был на ней раньше, с наглухо закрытой шеей. Но сегодня из-под тёмных одеяний выглядывали яркие зелёные рукава, отчего её глаза казались горящими, как у кошки. А может, они действительно горят предвкушением чего-то несбыточного?

— Прежде чем мы будем на месте, хочу напомнить вам, — снова заговорил профессор, — не ждите от этой встречи слишком многого. Вряд ли сила искусства настолько велика, чтобы выполнить невозможное.


Она повернула голову и посмотрела мимо него куда-то вверх по улице.
— Сэр, мы ведь с вами договаривались только об одном: устроить встречу с художниками. Будет очень неплохо, если вы избавите меня от своих скептических замечаний. Просто скажите мне, где они живут и почему вы назначили мне встречу в этом месте?


Вместо ответа Снейп протянул ей раскрытую ладонь:
— Дайте мне руку.
Она сразу же строго нахмурилась:
— Это ещё зачем?
— Для Непреложного обета, — саркастически хмыкнул профессор. — Вы знаете, где находится Оттери-Сент-Кэтчпоул?
Вопрос застал её врасплох. Не желая отвечать, она с сомнением прищурилась.
— Вот поэтому, — продолжил Снейп, — хоть вам это и не нравится, но без меня вам туда не попасть.


Она всё так же с сомнением протянула ему руку, и профессор сразу же сжал её покрепче:
— Держитесь, пока мы не будем на месте.

Снейп уже не помнил, когда в последний раз применял парную трансгрессию, и вряд ли бы поверил, что однажды ему придётся это делать при таких обстоятельствах.



Наконец оба вздохнули свободно, оказавшись прямо напротив уютного коттеджа с соломенной крышей и ухоженными клумбами по обе стороны от дверей.
У окна, опираясь на подушки, сидел улыбчивый бородатый волшебник. Увидев гостей, он приветливо помахал им рукой.

Снейп кивнул головой в сторону окна:
— Вижу, нас уже заметили. Это Арчибальд Эверс, тот самый потомственный мастер по портретам для Хогвартса. Сейчас он и его дочь Магдалена работают над портретом нашего директора.


Окинув быстрым взглядом и дом, и окрестности, она вопросительно уставилась на него:
— Где мы?
— Далеко на юге. Небольшая деревушка, здесь волшебники живут практически под боком у маглов. Эверсы, например, очень хорошо маскируются под обычных художников.


— Спасибо, что проводили, — Она кивнула головой в знак благодарности, — не смею отнимать ваше время, сэр.
— Не волнуйтесь, я никуда не тороплюсь.


Она неодобрительно сощурила зелёные глаза:
— Надеетесь подслушать то, что вас не касается?
— Всю жизнь только и мечтал об этом, — нарочито серьёзным тоном ответил Снейп. — Я подожду вас здесь, на улице.


Повисло молчаливое напряжение. Она вздёрнула бровь с нескрываемым недоверием:
— Вы же всё равно не верите в успех этой затеи. И у вас наверняка есть дела и поважнее, чем тратить своё время на такой вздор.


— Если бы я не верил в это до конца, вряд ли бы мы сейчас были здесь, — невозмутимо пожал плечами профессор. — И времени на этот вздор у меня более чем достаточно.


Дверь была уже открыта. Внутри послышались быстрые шаги и скрип, очевидно, деревянных ступеней. Приятный женский голос сообщил:
— Входите, я сейчас спущусь!
— Что ж, тогда прошу, — Снейп жестом пригласил Её войти первой.

Они оказались в небольшой прихожей, заставленной всякой всячиной. Пахло масляными красками, всевозможными растворами, лаком, и ещё внезапно чем-то вкусным.


Навстречу им, вытирая руки пёстрой замасленной тряпкой, спустилась Магдалена, по обыкновению лукаво поблёскивая глазами:
— Здравствуйте! Отец только что увидел вас в окно. Мы вас с самого утра ждём. Сейчас вымою руки и поставлю чайник.


Снейп покачал головой:
— Не беспокойтесь, мисс Эверс, я уже ухожу. Доставил вам гостью, как и обещал. Надеюсь, у вас получится решить все вопросы.


— Мы постараемся сделать всё, что сможем, — решительно пообещала девушка. — Проходите, пожалуйста…

От Снейпа не укрылось, что Магдалена с интересом изучает гостью. Её лица при этом он не видел, но готов был поклясться, что таким живым вниманием её ничего не стоит вывести из себя. Поди узнай, как теперь пойдёт этот разговор…


Впрочем, разговор изрядно затянулся. Снейп мерил шагами расстояние вдоль забора, ожидая исхода. Судя по тому, что они до сих пор говорят, Эверсов всё ещё не испепелили.


Часов при себе у него не было, поэтому время казалось слишком медленным и тягучим.
Что можно так долго обсуждать? Неужели действительно есть какой-то шанс воплотить то, чего Она хочет?
Может, и зря он отказался остаться. Впрочем, выбора у него не было, всё равно бы этот разговор при нём не состоялся.


Снейп уже начал злиться. На Её упорство и нежелание слушать здравые доводы. Она хочет невозможного, ей прямо говорят об этом, но она всё равно упрямо стоит на своём.
А заодно злился и на себя за то, что всё ещё не ушёл. В конце концов, его задача — доставить её на место. Обратно она и сама может трансгрессировать…
Сейчас ещё выйдет и обрушит на него весь свой гнев и обвинения во всех смертных грехах.


Профессор был почти уверен в отрицательном исходе, и всё же пришёл в замешательство, когда Она наконец вышла из дома.
Она не произнесла ни слова, но во всём её облике было что-то такое, чего Снейп никогда ещё не видел.
Сжимая в руках посох и склонив голову, она медленно прошла мимо него. Лицо её застыло в горьком молчании. Сейчас она больше всего напоминала сломленную королеву, навсегда потерявшую нечто большее, чем власть.



Снейп не знал, как быть. Как обычно поступают в таких случаях? Пусть для него такой исход и был очевиден, её он явно застал врасплох. И, несмотря ни на что, он отнёсся к этому с искренним сочувствием.
Ободряюще положить Ей руку на плечо в знак поддержки было бы высшей глупостью. Сказать… А что сказать? Не добивать же человека своим «я же говорил», будь это хоть тысячу раз правдой.


Она положила руку на хрустальное навершие посоха. И Снейп уже почти протянул руку, чтобы коснуться её и ободряюще сжать, но в самый последний момент осёкся и набрал в грудь побольше воздуха.


— Мне жаль, — наконец проговорил он ровным, спокойным тоном. — Мне действительно очень жаль.
И это было чистой правдой.


Обернувшись, Она посмотрела на него, вскинув бровь в немом удивлении.
— Вы всё ещё здесь?
— Как видите.

Её лицо вмиг изменилось. Явно не желая быть пойманной в минуту слабости, она снова приняла свой невозмутимо-величественный вид.
— Что ж, я услышала ответ на свой вопрос. Спасибо вам, профессор. Вы сделали даже больше того, что от вас зависело. Искусство здесь действительно бессильно.


Они застыли, глядя друг на друга в вопросительном молчании. Снейп пытался понять, как быть дальше, а Она с сомнением смотрела на него.
Наконец её осенила догадка:
— А, вот оно что… Вы ждёте услугу за услугу.
— Я ничего не жду, — твёрдо возразил профессор. Что за чёрт? Как ей это в голову пришло… По правде говоря, он уже и сам забыл об этом.


Сунув руку в складки мантии, она принялась что-то искать. Снейп сразу догадался, что именно.
— Мне не нужны ваши деньги, — ещё решительнее возразил он, с трудом сдерживая негодование.


Она смерила его мрачным взглядом:
— Тогда прошу меня простить, сэр. Не сейчас. На днях я пришлю к вам своего посланника с ответом. А сейчас я попрошу вас оставить меня. Всего хорошего.


И не успел профессор ничего ответить, как Она растаяла в воздухе.
Да что за проклятье! От досады Снейп чуть не плюнул себе под ноги. Что ж, проявление хоть какого-то участия к людям — действительно самая неблагодарная в мире глупость.


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори