Вампирская сага-4, серия 30. Эсфирь. Трапеза

Предыдущая серия
Архив

Внимание! Замена актрисы:

16+

Суматошный день подходил к концу, огонь в камине уже догорал, мерцая вспыхивающими углями, когда в дверь тихонько постучали. Каллум Антуан, развалившийся в небрежной позе на своей кровати, томно велел войти.

Двери распахнулись и на пороге предстала темнокожая служанка — Розабет, что встречала Ариадну с дочерью и ее подругой. В руках ее поднос с графином красного вина и тарелкой фруктов. Так же тихо Роза вошла и заперла за собой дверь на засов. Одета она была не как другие слуги, более вольно, а диковинно красивым лицом, высокой статной фигурой со стройными длинными ногами походила скорее на подиумную модель, нежели придворную обслугу.

Служанка оставила поднос на комоде, бережно подняла с пола разбросанные им вещи, переложила на стул.
— Добрый вечер, мой Господин, — кротко вымолвила она. Её оленьи глаза переполнены затаённой радости, она кусает губы, с любопытством косясь на своего хозяина, но тут же смущённо отводит взгляд, уже догадывается, чем закончится предстоящий вечер.

Он отрывается от своего телефона, пристально разглядывает её сверху вниз. Слышит грохочущее сердце в человечьем теле, горячую кровь, гонимую по тонким жилам.
В повиновении она склонила кучерявую головку перед ним. Всё проходило как обычно, сама Графиня направила ее к нему. Розабет — его персональная постельная рабыня.
Он неспешно выпрямился перед ней, провёл рукой ей по волнистым волосам. Взор ее уткнулся в мужскую рельефную грудь, вздымающуюся из под чёрной атласной рубашки, и Каллум приподнял за подбородок лицо девушки к себе.

— У меня подарок для тебя, — он отступил от нее, на что она тут же ощутила лёгкую досаду, достал небольшую коробку и положил на кровать.
— Не хочу видеть тебя в этом, — с долей брезгливости поморщился вампир и приказал переодеться в его ванной.

Роза быстро прошмыгнула в смежную комнату и через минуту, босая, вышла к нему, не успев даже оценить себя в зеркале. В дорогой шёлковой сорочке нежного перламутрового цвета, обрамлённой тонким чёрным кружевом она сделалась ещё более соблазнительной и «вкусной».
Каллум протягивает полный до краёв бокал с вином, она послушно выпивает до дна, затем второй. С пристрастием он следит за ней немигающим взором. Ее лицо краснеет, в глазах появляется хмельной блеск. И наконец мужчина приобнимает ее, притягивает к своему телу вплотную, шепча в самые губы:
— Соскучилась по мне? Моя Мелания… (от греч. — «Чернота»)

Ему почему то хотелось услышать, что эта женщина здесь действительно его ждала и тосковала. Розабет успела лишь раз кивнуть, как оказалась во власти сильных стальных рук. Пальцы его тверды, причиняют скорее боль, нежели удовольствие. Но Роза с упоением выдыхает, ей терпелось, она даже желала этой больной, нещадной ласки.
Резким движением он распустил каштановые с огненными рядами волосы и они хаотично рассыпались по смуглым плечам, стянул сорочку, оголяя торчащую пышную грудь. От полученных эмоций Антуан захрипел, разорвал несчастную вещь на рабыне до бёдер.

Настало время пиршества. Ему предстояло насладиться прекрасным девичьим телом, а в завершении вкусно отужинать предложенной живой тёплой кровью, оставив носительнице самую малость для поддержания жизни. Он владел ею долго, с иноземной страстью, какая присуща его существу, оттягивая лакомое на десерт. За вечер споил почти весь графин благородного терпкого напитка, а после надкусил её пульсирующую, такую манящую яремную вену.
И лишь изредка, занимаясь своей давней жертвой, он в помыслах уносился к завтрашнему дню с коварными догадками того, что принесут ему новые знакомства.


НА УТРО.

С вечера Эсфирь пришлось поставить будильник, чтобы завтрак, о котором предупредила Графиня, не проспать. Не хотя, с львиной доли лени она заставила себя выползти из кровати, наскоро умыться, одеться и даже заглянуть в Инсту.
Уже через несколько минут внучка Луцифера лицезрела у себя в комнате разодетую подругу, отчего её пробило на смешок.

— Аха-ха, ну ты вырядилась! Кесении точно придётся по вкусу твой яркий прикид.
— Ну что такого, мы же в деревне. Да и нет у меня другого, сама же знаешь. Или ты предлагаешь у бабули твоей антикварное тряпьё одолжить.

— Нет конечно. Думаю сойдет.
— Между прочим, у меня новости, — Дарла присела рядом. — Окна моей комнаты выходят на парадную территорию дома. И знаешь, кого я там обнаружила? Там красуется тот самый Бентли!

— Да не может быть. Нас так быстро нашли?! Весело.
— А мне что-то не очень..., — скисла Дарла, как тут в дверь громко постучали, так, что девы аж вздрогнули. Не дожидаясь ответа, в дверном проеме появился мёртвого вида слуга с вытянутым серо-морщинистым лицом и велел им немедля пройти за ним.
Первой оторвала свою попку Дарла, за ней Эська, и кровать скрипуче отозвалась, качнулась за ней.
— Бля**! Эта гробо-койка меня с ума сведёт. Мы никогда не подружимся =(


Большая обеденная зала из черного блестящего камня с колоннами встретила пронизывающей прохладой и тонкой струйкой диковинных запахов, доносящихся с кухни рядом.
Дракулия сверкнула на девушек осуждающим взглядом и недобро покачала головой. Надо было сразу объявить им строгий дресс-код, пусть стреляют ляжками у себя на пляжах.
— Утро доброе, девушки. Поторапливайтесь, занимайте свои места.

Кесения указала, где им следовало сесть и подружки послушно исполнили ее волю.
Вскоре появился хозяин, за ним наследник — подтянут, ухожен и красив. Каллум Антуан действительно выглядел хорошо и даже прекрасно выспался после вчерашнего.
Луцифер добро поприветствовал всех присутствующих, Кесения представила сына и девушек ему. Все разместились по местам, и слуги торопливо подали аперитив.
Потом Луцифер поинтересовался у Эсфирь как ей гостится в родовом замке, снова вспомнил, что мать в ее годы сложно было на месте удержать, тянуло на приключения, что ему пришлось даже слугу за воротами к ней приставить. А уж современные дети в далёкой цивилизации куда более свободолюбивы, рассудил он.

Каллум разглядывал их исподтишка. Девицы казались ему совсем зелёными, но по мере того, как отвечала племянница, какими выразительными взглядами они обменивались с подругой, он понял многое. Такие мАлые соплячки, а нахальная дерзость, непримирение в перемешку с некультурием видны за версту!


На Эсфирь же новознакомый дядя произвёл двоякое впечатление. «Лондонский Денди», заключила она, наверняка под каблуком у мамочки, живёт по чужим наставлениям.
Дарла же, хоть и была от роду вампиркой, всё равно покрылась липкими мурашками от тёмных родственничков Эськи. К тому же из-за раннего пробуждения оказалась жутко голодна и сейчас кроме еды ни о чём не думала, даже о загадочном проблемном Бентли успела забыть.

— Представляете, дорогие мои родители, — начал со смакующим удовольствием свою речь Каллум. — Только я вчера заехал в наш городок, как неизвестные смяли мне передний бампер, пока я отсутствовал, и нагло скрылись с места аварии. Я даже не успел рассмотреть транспортное средство негодяев, не говоря уже о номерных знаках.

На лице его злая торжествующая усмешка от своего лукавства, и смотрит он только прямо — на Эсфирь. Они встречаются глазами, она чувствует ком подступившего волнения в горле и как щёки предательски заливает румянец, тут же отводит взгляд, осознавая, что Он знает о них. Ну конечно! Такая дорогая тачка в округе могла быть только этого суперсноба Каллума!
Быстро дошло и до Дарлы. Она вдруг закашлялась, побледнела и поторопилась запиться поданным вином.
Неловкую паузу нарушил Луцифер.
— Не повезло тебе, сын. Нынешняя молодежь такая не воспитанная, особенно городская.
— Да, наверняка это были не местные хулиганы, а приезжие, — вторила ему Графиня. — Местные бы просто побоялись сбежать! Забудь, Антуан. Эти ничтожества и волоса твоего не стоят.

Из-за поднесённых блюд никто не обращает внимания, как божок этого дома по-прежнему упрямо сверлит притихшую Эсфирь, и она уже не знала, куда от него прятать свои бесстыжие янтарного цвета глаза.

Все приступили к трапезе. Эсфирь с Дарлой определяют странный вкус. В бокалах уже не столовое виноградное вино, а кровь. Густая и более насыщенная. Живая настоящая кровь!
— А это, простите, что? — первая сдаётся Эсфирь, глядя на варево в своей тарелке, из которого вдруг вынырнули человекоподобные пальцы рук.

— Это, милая, суп из молодых косточек. Коронный рецепт нашего повара и любимое блюдо твоего дедушки, — с восторгом поясняет Кесения.
— Суп из человечины?! — с ужасом выпалила потрясённая Дарла. — А кровь в бокалах… тоже?
— Ну конечно. Самая что нинаесть свежая.
— Меня сейчас вырвет, — брюнетка отодвинула тарелку, схватившись за рот.


— Что за манеры, милочка? Не забывайте, что вы в гостях, — Кесения без тени улыбки смотрела то на одну, то другую. — Имейте уважение к хозяину дома и цените пищу, что щедро преподнесли вам.
— Да, мэм. Извините, мэм, — Дарла поспешила прикусить свой острый язык, но было очень тяжко не возмущаться.
— Дарла не думала вас обидеть, — заступилась за подругу Эсфирь. — У нас давно существуют заменители, мы выросли на них.

— А мои родители вообще вегетарианцы! — снова пискнула Дарла, глаза которой были уже на мокром месте.
— Ну какие заменители, девочки, — заговорил наконец Граф. — Здесь о таком даже не слыхивали. Да и зачем, когда у нас есть всё необходимое для полноценного, правильного, — он особенно выделил это слово, — питания.


— Но… ведь мы ТАМ не едим людей. Мы живём среди людей, работаем, учимся с ними. У нас все равны. И законодательство строго запрещает нашему роду…
— Здесь наш Господин — есть ЗАКОН, деточка, — перебила Графиня Эсфирь. — Мы довольно консервативные, суеверные носферату. Просим уяснить это!

Каллум с усмешкой отмалчивался. Чинно откинувшись на стуле, он хитро следил за происходящим со своим интересом.
Принесли второе. Брюнетка несмело поковыряла у себя вилкой и ей премило оттуда вылез человеческий глаз.
— Нет, я больше не могу, простите, — Дарла вновь отодвинула тарелку. Ей немедленно захотелось бежать из столовой, из этого адского дома прочь, но найдя в себе последние силы, не посмела бросить такой вызов и подставить лучшую подругу.
— Ну кто бы мог подумать. Девица вегето-вампир! — не сдержался и ядовито отпустил злую шутку Антуан.

— Может мне покормить тебя с ложечки, очаровательная Дарла? Глядишь втянешься, откроешь новые горизонты, любимые блюда для себя, — цинично предложил молодой мужчина. — Ну а ты, Эсфирь? В тебе же оборотня гены. Ведь ты и твоя мать не можете обходиться без мяса, — он твёрдо уставился на племяшку.
— Верно, не можем. Но мы не каннибалы. Всё требуемое животного происхождения имеется и в продаже.


Ей не по себе от колючего взгляда дяди. Он снова смотрел лишь на нее, долго, внимательно, изучая, ни разу не моргнув. Как хищник на диковинную зверушку. И Эсфирь уловила, как окрас его изумрудно редких очей сменился на страшно тёмный, почти чёрный, и она не способна была боле вынести этого жуткого демонического зора.

***


И просто фотосет с прекрасной Розабет в сорочке 🤗




Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори