По ту сторону кинофеста. Барракуда возвращается

Приближается кинофест, и актёры-финалисты собираются в дорогу…
Кому близок формат мини-зарисовок из жизни персонажей, добро пожаловать!

(Внимание, это не сиквел, не приквел и не вбоквел детектива «Написано кровью»! Это эпизод из жизни не героев фильма, а актёров-исполнителей, сыгравших в нём.
И уточню на всякий случай, что героиня дымит как паровоз, поэтому избавьте себя и меня от негатива, если вас смущают подобные сцены.)

— Мам, ну ты точно не передумала?
Кажется, ещё вчера в запасе было так много дней до маминого отъезда в Париж! И вот чемодан уже собран, отец вот-вот приедет с работы и сразу же отвезёт её на вокзал, а у Дины так ничего и не получилось.


Миссис Астори уже в буквальном смысле сидела на чемоданах. Дина знала как никто другой, что в такие минуты она перестаёт кого-либо слышать, но что делать, если это самый-самый последний шанс попытать счастья?
— Ну мам…
— Нет, и ещё раз нет, — отрезала миссис Астори и решительно закрыла чемодан. — Дина, не зли меня. Мы с тобой уже обо всём договорились.


— Если бы договорились, я бы не спрашивала! Почему мне нельзя поехать с тобой?
— Потому что у твоей ноги постельный режим до конца месяца.
— Так это же у ноги, а не у меня, — попыталась отшутиться Дина.
— Ну, если найдёшь способ поехать отдельно от своей левой ноги, то пожалуйста!


Дина невесело улыбнулась. Вроде должно быть смешно, но так обидно! Умеет же мама ответить так, что на это и возразить нечего…
— Мам, ну я же не буду там бегать! Мне уже лучше, честное слово! Знаешь, как я хочу поехать с тобой? А вдруг второго раза уже не будет?


Миссис Астори обессиленно вздохнула и уселась рядом с дочерью.
— Об этом, Дина, надо было думать, когда тебя понесло на каток с Тео и Стефани.
— Но мама! Откуда же я знала, что Стеф совсем не умеет кататься… И что она сама упадёт, и меня за собой потащит…
— Что сделано, то сделано, — пожала плечами миссис Астори. — В другой раз будешь знать.


— В другой раз ты можешь и не поехать в Париж! А я так хочу посмотреть на кинофест…
— Так будет же прямой эфир, вот и посмотришь.
— Это не то, мам! Я хочу по-настоящему! Посмотреть, как снимают кино…
— Скорее, все остальные будут смотреть, как я снимаю тебя с Эйфелевой башни.
— Ну мам! Я честно не буду… Обещаю, я вообще не буду лезть куда не надо! И куда надо, тоже не буду. Ну пожалуйста!


— Дина, — с нажимом предупредила мать, — прекращай свои фокусы. Вообще-то учёбу никто не отменял, хоть ты пока и дома сидишь.
— Одно другому не мешает, — отмахнулась Дина. — И ничего не фокусы! Вообще-то я тоже немножко участник фильма! Кто Гектора дал для съёмок?
— Вот и хорошо, как раз с Гектором дома и посмотрите нас в прямом эфире. И Нора вместе с вами.
— Мам, ну ты как скажешь! Я же большая уже… А почему Нора не едет?
— Потому что она не набрала достаточно голосов и не вышла в финал.
— А я читала, что кинофест для всех!
— Боже, — устало выдохнула миссис Астори. — Дина, лучше бы ты училась с таким же рвением.


— Ну правда, мам! Почему нет? На кинофест вроде можно ехать всем, кто был в первом этапе.
— Твоя сестра считает, что это несправедливо, — развела руками миссис Астори. — Зачем,
говорит, тогда выбирать финалистов, если в итоге на красную дорожку попадут даже те, за кого зрители не голосовали?
— Так это же супер, наоборот! Это типа утешительный приз для всех, кто не победил. И вообще, знаешь, как было бы круто, если бы мы все поехали? Ты, я, Нора и папа…


— Вот как раз втроём дома и останетесь. Ты, Нора и папа. Уверена, скучно вам без меня не будет. Роберто, как всегда, будет разрешать вам лопать пиццу три раза в день, дурачиться и не спать, сколько вам вздумается.
— Тогда возьми меня с собой, если считаешь, что папа так плохо с нами справляется, — хитро прищурилась Дина.
— Дочь, не валяй дурака. Я уже сказала…
— Мамочка, ну ты же у меня самая-самая лучшая! Как говорит папа, piu bella del mondo!*
Не дожидаясь возражений, Дина уже приготовилась с горячностью повиснуть на материнской шее.

— Что тут за шекспировские страсти?
В комнату заглянула старшая дочь, пряча руку за спиной.


— Нора! — обрадовалась младшая, хватаясь за новый шанс на поддержку. — Пожалуйста, скажи маме, чтобы она взяла нас с собой!
— У меня уже нервы на исходе, — миссис Астори устало вздохнула и полезла в карман за сигаретами. — Ещё немного, и твоя сестра доведёт меня до инфаркта. Зато тогда мы все с чистой совестью останемся дома!


Неизвестно, чем бы закончился этот разговор, если бы его не прервал звонок в дверь.
— Это папа! Сейчас я его уговорю, — обрадовалась Дина. — Он всегда на моей стороне, и он точно разрешит мне поехать во Францию!


Забыв о больной ноге, Дина резко подскочила и тут же болезненно вскрикнула. До лестницы она кое-как босиком допрыгала на одной ноге, не обращая внимания на растрёпанную повязку, а там оседлала перила и с победоносным индейским кличем поехала вниз.


— Дурдом, — покачала головой миссис Астори.
— Дурдом, — согласилась с ней Нора. — И ты даже не представляешь, до какой степени.
Она наконец вытащила руку из-за спины и протянула матери свежий журнал.
— Я думаю, тебе лучше увидеть это до того, как ты уедешь.


— Что это?
Миссис Астори взяла журнал, чтобы рассмотреть поближе.
— «Эстреллита»? Нора, откуда и зачем это у тебя?
— Увидела на витрине сегодня, — пожала плечами Нора. — По дороге домой. Не смогла не купить. Думала, там триумфальное интервью…


— Точно, у меня же совсем недавно брала интервью одна девушка. Очень хотела успеть сделать это до кинофеста. Правда, я не помню, из какого она издания. Наверное, это оно и есть.
— Только не радуйся раньше времени, — кисло улыбнулась Нора, садясь рядом. — Там совсем не то, что ты ожидаешь прочитать.


Миссис Астори развернула журнал и пролистала до нужной страницы.
— Интересно… «Какие скелеты на самом деле хранит шкаф Гонории»… Хм, а здорово придумано! Подожди… Что?
Повисло молчание, наполненное возмущённым дыханием и сигаретным дымом.
— Что за чёрт? «Аннора Астори возвращается из небытия; страсть молодого режиссёра оказалась сильнее лап зелёного змия»? Нора, что это за бред?


— Мам, по-моему, ты не того спрашиваешь, — расстроенно вздохнула Нора. — Спроси об этом у той девушки, которая брала у тебя интервью.
— Подожди, это совсем не то! Да, здесь есть отрывки из нашего разговора… Чёрт, да тут же больше половины переврали! Я не слышала таких вопросов, и тем более не давала на них таких ответов! Что эта девица себе позволяет?
Миссис Астори крепко выругалась и раздражённо ударила кулаком по журналу.


— Вспомни, как её звали, — предложила Нора.
— Представилась она Лорой. Но не факт, что это её реальное имя, они же врут как дышат…
— Похоже на то. В конце статьи написано совсем другое имя: то ли Рози, то ли Джози.
— Погоди-ка…
Миссис Астори торопливо пролистала журнал до конца. Наконец она ткнула дымящейся сигаретой в угол последней страницы:**
— Так это же Барракуда! Тьфу ты, как я сразу не сообразила… Тогда это всё объясняет.


— Кто?.. — растерянно переспросила Нора. — Так ты её знаешь?
— Ещё бы, — саркастически хмыкнула миссис Астори и отложила журнал в сторону. — Это Мариса Барреда, главный редактор. Хотя прозвище Барракуда ей подходит намного лучше. Конечно, надо было сразу догадаться, кто бы ещё так выпендрился с испанским названием журнала. Да уж, она в своём репертуаре. Зелёный змий! Ни разу не свежо и не оригинально… Помнится, это уже было.


— Значит, я правильно подумала, — ещё больше разволновалась Нора. — А откуда ты её знаешь?
— Имела счастье пообщаться, когда она была ещё корреспондентом, — миссис Астори глубоко затянулась и уставилась в одну точку. — Дине около двух лет было. Я ещё не вернулась к работе, когда она настрочила статейку обо мне. Знаешь, как весело было узнать, что у меня, оказывается, послеродовая депрессия и крепкая наркозависимость?
— Кошмар!.. А что было потом?
— А потом у неё хватило совести на пресс-конференции задать мне в лоб вопрос, что за проблемы не давали мне вернуться в строй.
— И?..
— И я сказала ей всё, что думала. Прямо там. У неё хватило наглости выпустить в печать этот бред, а я должна была с ней церемониться?


— Жуть, — в ужасе выдохнула Нора. — Значит, она всё это помнит! Честно говоря, я сразу догадалась, что тут лично против тебя что-то задумано…
— С чего ты взяла?
— Сначала я подумала, что это какой-то жёлтый журналец.
— А что, не так?
— Ну, — замялась Нора, — вообще-то не совсем. Я сначала разозлилась, а потом решила почитать другие статьи. Вдруг там и остальным так же крепко досталось. Но представляешь, больше ни по кому не прокатились! Вот, например: «Знаменитый Дариан Пареос готовит новый проект». Нормальная статья, без провокаций. Написана адекватным языком, звучит интересно и похоже на правду. Или, например, статья о финансах. Я не понимаю в этом, но вроде бы всё прилично. И ещё интервью с…


— А там кто автор?
— Не помню точно, но вроде кто-то другой. Больше не видела нигде имени этой Рози… или Джози.
— Значит, эта Рози, или Джози, или Лора, или как её там, — миссис Астори выдохнула большое дымное облако и задумалась, — правая рука Барракуды. Спецзаказ выполнила. Представляю, сколько ей за это отстегнули…


— Мама, — осторожно начала Нора, — ты же понимаешь, что этого так оставлять нельзя? Тебе это сейчас совсем не нужно…
— Вот именно, — отрезала миссис Астори, — не нужно. Даже думать об этом не хочу. Лишь бы Роберт не узнал. Он же взбесится, с его темпераментом… Наивный, думает, что таким акулам можно заткнуть пасть. Только хуже наделает. Они только один способ понимают, но этого они точно не дождутся. И да, Дине тоже ничего не говори. Они с отцом одна горячая кровь. Этим двоим только дай точку опоры, и они перевернут мир вверх дном…


— Вообще-то я их понимаю, — призналась Нора. — Я сама её прибить готова. Она же специально ждала, чтобы перед самым финалом выкатить эту грязь! Только вдумайся, Джеральд вытащил тебя из запоя…
— Ну да, конечно, — хмыкнула миссис Астори. — Из небытия, точнее. Вернуться в кино из театра — это значит «из небытия». Вот дура набитая, хоть бы справки для начала навела, что ли.
— Мне кажется, это ещё не конец… Если её не остановить сейчас, она пойдёт дальше. До финала ещё достаточно времени.


— Куда уж дальше! Ну что она сделает? Напишет, что я и в жизни кого-то убила? Или что у меня труп лежит в тайной комнате? Хорошо, пусть приходит полиция с обыском, повеселимся вместе…
— Мама, я серьёзно!
— Успокойся, Нора. Сама знаешь, собака лает…


— Дорогая, ты идёшь? — послышался снизу голос мужа. — Давай, а то ещё немного, и Дина поедет зайцем в одном из твоих чемоданов!
— Нора, только не делай глупостей, — предупредила миссис Астори на прощание. — Выбрось этот бред из головы. Избавься от этого журнала, пока Дина и Роберт не видели. И пожалуйста, не разнесите тут дом без меня… И хоть иногда ешьте что-то ещё, кроме пиццы!


Нора расстроенно посмотрела матери вслед и растерянно задумалась. Что бы она ни говорила, такая антиреклама перед самым решающим моментом совершенно ни к чему. Но в одном мама действительно права: чем дольше сестра и отчим не будут знать об этом, тем лучше. Они слишком бурно воспринимают такие вещи. Пусть для них ещё продлится этот счастливый семейный праздник…



В это же время...

Оказывается, это так непросто — настроиться на целую неделю в полупустой квартире… Ещё недавно Маргарет совсем не ощущала этого. Ей нравилось это неспешное обживание семейного гнёздышка, её не смущали ни банки с краской в гостиной, ни частично распакованные вещи, ни кухня, ещё наполовину пустая. Каждая новая мелочь, появляясь в их общем доме, радовала и грела душу. А теперь она с досадой думает о том, чтобы возвращаться сюда по вечерам…


Конечно, можно было бы временно пожить у Адель. Но неловкость, повисшая между подругами после съёмок, отсекала любые мысли об этом.
Кажется, Марго раньше всех догадалась, что случилось. Догадалась, но виду не подала. И всеми силами старалась делать вид, что ничего не происходит. Пыталась отвлечь Адель, только теперь уже не съёмками, а от съёмок. Она ведь хотела как лучше! Это был отличный вариант вытащить подругу из затянувшейся депрессии. Ну и пусть они обе не актрисы, зато проще будет поддерживать друг друга и вместе учиться работать в кадре. И Джеральд с Беллой всегда помогут, для этого и нужны режиссёры на площадке…
Да, она сама её привела. Кто вообще мог подумать, что и такое может случиться? Нет, она и раньше слышала о подобном, но никогда не думала, что столкнётся с этим сама…


— Слушай, солнце, — на кухне появился Джеральд, уже почти одетый в выглаженный костюм. — Может, нафиг этот галстук? По-моему, и так будет нормально.
Марго оторвалась от разделочной доски и подняла голову.
— Ну… Думаю, да! А чем тебя смущает галстук? Ты же вроде подобрал бабочку под этот костюм.


Сооружая себе перекус на скорую руку, Джеральд попытался объяснить:
— Не смущает, но выглядеть будет именно так! Я в любом галстуке чувствую себя как удушенный. А там стопудово будет жарко. Ну и представь себе картину маслом: стою я весь такой краснее красной дорожки, хоть прикуривай, а наша Мадам Генерал, как всегда, подкалывает, что я перед ней смущаюсь как школьник!


Оба засмеялись, и напряжение немного разрядилось. Марго только головой покачала:
— Ты что, опять сухомятку на ходу жуёшь? Дождись, пока я всё приготовлю…
— Да ладно, я ещё всё попробовать успею! Помнишь, я говорил, что у меня перед дорогой всегда волчий аппетит?


После слов о дороге Марго снова расстроилась. Джеральд сразу почувствовал себя виноватым.
— Ну ты чего? Говорю же, поехали вместе! У меня два билета, я ничего не сдал обратно. Если бы Белла не заболела, всё равно купил бы третий.
— Да ну, — отмахнулась Марго. — Что я там буду делать? Меня вообще никто никуда не номинировал.
— Ну и что? Открою тебе страшную тайну: меня тоже никто никуда не номинировал, — отшутился Джеральд, не сдаваясь. — Но наш проект просто взял и прошёл по своей номинации. И я как режиссёр всего этого безобразия не могу не поехать. Тем более, что Белла теперь никуда не попадёт.
— Вот видишь, у тебя всё равно есть причины ехать. А что я?


— А я? Я для тебя уже недостаточно большая и важная причина?


Марго почувствовала, что вот-вот расплачется. Ну нельзя же так! Надумывать себе всякие глупости, разводить сырость на пустом месте, расстраиваться из-за предстоящей недели вдали друг от друга. Это же всего неделя! Только дуры так себя ведут. А она не хочет выглядеть такой. С мнительностью надо бороться… Знать бы только, как.
— Но кто-то же должен остаться дома! За кошками присмотреть…


— Это вообще не проблема, — улыбнулся Джеральд, — я бы договорился об этом.
— А работа?
— Тоже не вопрос. Никуда бы не делись твои хвостатые пациенты за эту неделю. Ну давай, решайся! А то возьму и отнесу тебя в аэропорт…
Марго неловко улыбнулась, поправляя ворот рубашки.
— Я уже решила. Ты поедешь, а я буду ждать тебя дома. А по вечерам мы всё равно будем созваниваться и видеться, правда?


Джеральд осторожно обнял её и внимательно посмотрел в глаза. Вот глупая! Это же Париж… Туда съедутся самые представительные мужчины из мира кинематографа. У прекрасной половины просто глаза разбегутся! А она, глупышка, ревнует его! Простого парня, худого и долговязого, ничем не примечательного. Что за странная штука эта женская логика?
— Ты хорошо подумала?
— Да, — Марго доверчиво обняла его за шею. — Останусь здесь и буду тебя ждать. Это же всего неделя!
— Ну, смотри… Только обещай, что не будешь волноваться ни о чём. А я обещаю, что буду каждый вечер говорить с тобой, пока ты не уснёшь. Ты же веришь мне?


Теперь уже она посмотрела на него открыто и доверительно. Ну как тут не волноваться? Это же Париж… Сколько их там будет, прекрасных и знаменитых! Но это правда, нужно верить друг другу. И выбросить глупости из головы. Наверное, они и так у неё на лбу написаны.
— Верю… И обещаю.


А пока у них есть ещё несколько часов в запасе до вечернего рейса…


* Самая прекрасная в мире (итал.)
** Использован промо-кадр с Марисой Model Of The Moment; все права у Mattel


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори