Готэмские сказки. История первая. Часть пятая

ГОТЭМ. СОРОК ПЕРВЫЙ.

Военные 40-е годы XX века. В таинственный город Готэм, осененный знаком Летучей Мыши, приезжает девушка, назвавшаяся журналисткой, с секретным заданием…
Демоны бегут, когда хороший человек идет на войну.©

Глава 5

Зимы в Готэме были не слишком холодными, но промозглыми, а в порту мокрый ветер с рыбным душком и вовсе пронизывал до костей. Фосфоресцирующие в свете редких качающихся фонарей лужи, однообразные беспросветно черные здания складов, старый кирпичный завод по переработке рыбы, ощерившийся дымящими трубами – старый порт производил удручающее впечатление и в хорошую погоду при свете дня. Ненастной зимней ночью он и вовсе выглядел инфернальным.

Они тихо проникли в запертое помещение склада, которое Бэтмен каким-то образом вычислил из сотни таких же строений. Впрочем, это был его город, его охотничьи угодья, его мир, неудивительно, что он легко ориентировался тут.

Они спустились уровнем ниже, пробираясь по темным помещениям в лучах переносного фонаря. Жестом Бэтмен остановил ее.
— Никакой стрельбы, — ровно сказал он. – Мне не нужна лишняя пальба в Готэме.
— А я-то тут причем? – огрызнулась Ганшот. – Мне мои принципы пострелять не мешают.

По незакрытой маской половине лице ничего невозможно было прочесть, но Ганшот на мгновенье показалось, будто в глухом голосе мелькнула нотка сарказма.
— Они у тебя есть?
Не обидевшись, она лишь пожала плечами.
— Я – солдат. Хороший человек иногда вынужден идти на войну.

Помолчав долю мгновенья она с горечью продолжила:
— И пока я воюю на чужих фронтах и на чужом континенте, вся эта дрянь потихоньку лезет в мою страну. Не все войны идут в окопах, и не все можно выиграть. Иногда я задаюсь вопросом, что я найду здесь, если вернусь из Европы. Будет ли мне вообще куда вернуться?

Он выслушал всю эту речь бесстрастно. На миг Ганшот вдруг стало неловко за свой порыв, ей несвойственный. Этот односторонний разговор с безмолвной черной фигурой, словно сгустившейся из теней Готэма и в них же готовой в любой момент раствориться, носил оттенок доверительности словно исповедь неживому объекту.
Ей подумалось, что нечто подобное она чувствовала с Брюсом Уэйном. Эта мысль ее немного повеселила. Интересно, когда миллионер ее хватится?
Словно эхом отвечая на ее мысли, Бэтмен, не оборачиваясь, сказал:
— Не будем терять времени.



Ни холод, ни темнота, ни общая неустроенность готэмского порта ни в малейшей степени не смущала Талию. Нервы у нее были великолепные, сомнения ее не мучили, и благодаря своей подготовки убийцы чувствовала она себя в убежище с мечом под рукой не менее, если не более уверенно, чем в прекрасном вечернем платье в дорогом кабаре.
Скоро все будет закончено, она выполнит свое задание, и ее отец получит желаемое.



— Что ты там мельтишишь? – едва скрывая нетерпение, спросила она Шина.
Ее комбатант бросил на женщину обеспокоенный взгляд из-за аппарата для чтения микрофильмов.
— Нас скоро найдут. Алеф расколется.
— Это неважно. У отца свои люди в Вашингтоне, они затормозят поиски. Нам нужно только дождаться парохода, и мы исчезнем раньше, чем нас найдут.


Шин кивнул, возвращаясь к отпечаткам с микропленки. Радио, притулившееся на столике между ними, было настроено на перехват полицейской частоты. Оно молчало, что подтверждало правоту слов Талии.
— Американцы казнят Алефа?



Она равнодушно пожала красивыми плечами.
— Никто не умирает в ямах Лазаря, — ответила Талия. – Отцу нужны пленки, и он их получит во чтобы то ни стало. Мне ничто не помешает.


Ну и разумеется, именно в этот момент за плотно прикрытой дверью в коридор мелькнул отблеск скрываемого света. В следующий миг дверь распахнулась, едва удержавшись на петлях, и в стену у головы Талии вонзился бэтаранг.



Все произошло так быстро, что Шин едва успел потянуться к оставленному под рукой, специально на случай нападения, пистолету.



Ганшот оказалась быстрее. Он все еще не изжила в себе злость за бездарно свернувшее не туда задание и погибшую связную. Злиться на себя было непродуктивно, и в целом она была рада получить другой объект для эмоций.



Бэтмен, конечно, требовал не стрелять, но о том, что нельзя бить людей переносными фонарями, он ничего не упоминал. Весила эта железная коробка несколько килограмм и весьма удобно ложилась в руку. Несмотря на свою кличку – Ружейный выстрел – снобизм был чужд Ганшот, и она вовсе не брезговала воспользоваться подручными средствами.



Удар весьма удачно пришелся снизу вверх в челюсть, и Шин отлетел в стену, как следует приложившись головой в районе экрана проектора.



Бэтмен сделал шаг вперед, возможно, собираясь вмешаться, однако уловил быстрое движение за своей спиной.

Талия оказалась зажата в углу склада, и места для маневра мечом откровенно не хватало. Тем не менее скорость и сила, с которой она обрушила на него закаленную сталь, впечатляла. Бэтмен уклонился, успевая блокировать удар, но руку пронзило болью.



Выбив меч из ее рук, он постарался зафиксировать Талию, но это было трудно.



Вывернувшись из его хватки словно капля ртути, она выронила микрофильм на пол. На мгновенье его это отвлекло, и этого момента было достаточно, чтобы женщина смогла сбежать.

Слегка поморщившись от боли в грудине, куда пришелся самый сильный удар, Бэтмен нагнулся и поднял упавшую микропленку.
Она лежала у него на ладони. Маленький невинно выглядевший кусочек пластика, за которым стояли многие жизни и смерти.



В этот же момент запыхавшаяся в пылу драки Ганшот выхватила пистолет и направила ему в сердце.
— Отдай, — коротко приказала она сквозь сведенные судорогой зубы.



Он даже не шевельнулся под дулом огнестрела, и голос его звучал абсолютно спокойно, разве что немного устало.
— Ты не выстрелишь. Ты не хочешь меня убивать.
— Я – солдат, — отрезала Ганшот, — я давно научилась делать то, что не хочу. Отдай.



— Ты не выстрелишь, — повторил он, разжимая вторую ладонь.
На черной ткани перчатки поблескивали пистолетные патроны.
Побледнев под своей маской, Ганшот вырвала магазин из пистолета.
Он скалился пустыми гнездами.


На мгновенье не справившись с собственным бешенством, Ганшот выругалась и швырнула бесполезный пистолет об пол.
— Отдай, — бессильно повторила она, глядя на черную бесстрастную фигуру перед собой.



Не говоря ни слова, словно зашевелилась статуя, Бэтмен разжал пальцы, протягивая ей пленку. Не веря самой себе, Ганшот забрала микрофильм.
Ей никто не помешал.
Медленно она выдохнула, чувствуя, как отпускает напряжение, на мгновенье натянувшееся до струнного звона.
— Что на пленке? – мягко спросил Бэтмен, и она оценила, в какой момент он задал этот вопрос.
— Имена, — выдохнула Ганшот, — участников Сопротивления. Связной, который осуществлял контакт, расстрелян гестапо. Его жена с ребенком бежала в США и согласилась передать списки в обмен на убежище. Если нацисты получат микрофильм, все эти люди будут обречены. Если мы лишимся пленки и не сможем наладить новую информационную сеть, эти люди обречены тоже.
— Спасибо, — коротко кивнул он. — Я должен связаться с полицией, чтобы передать ей шпиона и начать розыск той женщины.
— Тогда мне пора.



Она не ждала прощальных слов, и все же он заговорил, и это было правильно.
— Езжай в Европу, делай, что должна, и возвращайся живой. Ничего не бойся. Тебе будет куда вернуться. Ты не одна и за тобой не пустота. Я не иду на войну. Но она идет ко мне. Не все войны выигрывают в окопах, но эту мы выиграем.
Раньше, чем она нашлась, что сказать, Бэтмен отвернулся и снял телефонную трубку. Он не ждал ответа и не нуждался в нем. Их связывала общность глубже имен, лиц и слов.
Конец 5й части

ЗЫ Автор работает за еду, то есть за отзывы
ЗЗЫ Отличную подходящую к истории песню послушать можно тут . Это современное исполнение, аутентичное можно найти на том же ютьюбе по имени Веры Линн. Зато в этом клипе отлично можно посмотреть тот образ со всеми узнаваемыми чертами женщины 40х, которые я пыталась отразить в Бри — тут вам и юбки-карандаши, и манишки, прическа «Валики победы». В кукле они, конечно, утрированы, но сходство есть
ЗЗЗЫ Следующая часть будет последней

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори