Противостояние. Глава 2

Глава 1.

Вивьен не собиралась лично сообщать мужу о беременности, но этого и не требовалось. Человек оставленный наблюдать за порядком в доме во время отсутствия Уильяма знал каждую новость, прозвучавшую в его стенах.
Отложив остальной отчет на потом, Уильям отправился в спальню Вивьен. Она стояла у распахнутого окна, вдыхая свежий воздух, тошнота только начала отступать. Айла стояла рядом, с сочувствием глядя на госпожу.

Новость о возвращении Уильяма еще не успела добраться до спальни. Как только он вошел, девушка смущенно опустила голову и сделала несколько шагов в сторону от Вивьен. Уильям приблизился, она даже не повернулась, догадавшись по реакции служанки, кто зашел в комнату.
— Это правда? – он скользнул по ее фигуре, еще ничем не выдающей новое состояние.

— Что? – спросила она безразлично.
— Ты ждешь ребенка?
— Раз тебе и так все доложили, чего ты у меня спрашиваешь? — она скосила на него злой взгляд.

— Да, доложили, — спокойно ответил он, — не хочется еще раз ощутить себя полным идиотом.
Вивьен вновь отвернулась, не испытывая ни капли раскаяния. Для обоих контрастом легли обе беременности, словно совершенно разные жизни. Уильям кивком головы показал Айле следовать за ним и вышел из комнаты. На глаза Вивьен нахлынули слезы. Сейчас она многое бы отдала, что бы ребенок, живущий у нее под сердцем, был не его.
На вопрос о состоянии Вивьен девушка красочно описала Уильяму тошноту и редкие головокружения беременной, мягко добавила, что в таком состоянии лучше больше двигаться для хорошего самочувствие и едва сдержалась от просьбы выпускать Вивьен хотя бы в сад. Просьба была излишней, Уильям сразу отменил ограничение передвижения жены по дому и двору, о чем Айла вскоре радостно передала госпоже.
Вивьен не стала медлить и покинула комнату в ту же минуту. Утренние и вечерние часы наполнились прогулками в саду, лишь днем приходилось спасаться в доме от жары.

Однако открылась и другая стороны медали — неизбежно Вивьен стала пересекаться с Уильямом в общих комнатах. Она, по-прежнему, всем своим видом показывала нежелание идти на контакт с мужем, откровенно игнорируя его.
На любой вопрос звучал односложный ответ, и Вивьен покидала комнату. В столовую, где стоял привычный стол, она тоже отказывалась приходить, продолжая завтракать, обедать и ужинать в своей комнате. Возможность передвигаться по дому нисколько не смягчила ее. Уильям не сделал ничего особенного, просто вернул ей ее право, такое же естественное, как быть рядом со своим сыном.

Вторая беременность протекала тяжело, эмоционально истощая частой тошнотой. Обычные ситуации выводили Вивьен из себя. Особенно встречи с Уильямом. Однажды при выходе из комнаты он задержал ее за руку.
— Поговорим?
Но Вивьен резко вырвала ее и сделала шаг назад. Послышался звон встретившегося с полом кувшина, что был за спиной девушки. Она испуганно обернулась, но потом пришла в себя и подняла на Уильяма холодный взгляд.
— Не смей трогать меня, — и покинула комнату.
Больше попыток заговорить Уильям не предпринимал, ревность подкрадывалась все ближе. Это с ним Вивьен начала отношения из-за определенного положения вещей, однако с Альком… все выглядело по-другому. Он вспомнил ее обиженные взгляды на брата в замке, его фразу – «Ты думаешь, я бы принял ее после тебя?» Воспоминания стали наводить Уильяма на мысль, что Вивьен продолжала любить Алька, несмотря на то, что он ее отверг. Так казалось Уильяму, а другой информации у него не было.

За время беременности он два раза уходил в плавание, по возвращении ситуация в доме не менялась. Она больше походила на поле боя, чем на тихий очаг. Уильям взял всю свою волю в кулак, чтобы не сорваться. Меньше всего ему хотелось причинить вред ребенку. Возможно, его рождение что-либо изменит.
Когда малыш стал толкаться, Вивьен ощутила еще одну прелесть второй беременности. Иногда ей казалось, что внутри у нее поселилось веретено, которое не устраивало сидеть в столь замкнутом пространстве. Вивьен пыталась отвлечься чтением книги, но буквы смазывались, вызывая головную боль, все чаще читала вслух Айла, чтобы хоть как то отвлечь госпожу.

Ночью становилось хуже, Вивьен металась по кровати, не находя удобного положения. Прогибалась, сжимая простынь и кусала губы, испытывая томление в теле. Как ни пыталась она бороться, воспоминания о руках Уильяма не хотели покидать ее. Она поднималась выпить воды, но губы пересыхали не от нехватки жидкости, и так и не сделав глотка, она в гневе ставила стакан обратно на стол.
В темноте так легко представлялось, как он покрывает поцелуями ее шею и плечи, обхватывает грудь и затем берет на руки, мягко опускает на кровать. Хотелось эмоциональной разрядки, но Вивьен скорее сошла бы с ума от желания, чем пошла к Уильяму. Несколько раз она опускала ладонь на ручку двери, но невероятным усилием воли замыкала ее и закидывала ключ в темноту выдвижного ящика. Уильям знал, что Вивьен запирается по ночам в комнате, но все понимал по-своему.
Легче стало только ближе к родам, тошнота резко пропала. Желания тела отпустили. Вивьен ощутила забытое спокойствие, полностью сконцентрировавшись на предстоящем событии.

Прогулки в сад стали реже, она больше сидела у открытого окна, вдыхая свежий воздух и слушая воодушевленные рассказы Айлы об очередном столкновении с предметом ее мечтаний. Вивьен знала, о ком говорила девушка – Асхад ибн Джалил, помощник Уильяма и один из его капитанов. Время от времени он приходил к ним в дом, иногда просто ждал у входа.

Вивьен пугал этот суровый мужчина, в том числе и его имя, но Айла под любым предлогом старалась выйти из комнаты, чтобы из окон второго этажа незаметно понаблюдать за мужчиной. Когда же в доме они сталкивались, он смотрел на девушку или, о великое блаженство, улыбался ей, Айла десятки раз в подробностях описывала каждую долю секунду этой встречи, вызывая улыбку Вивьен.

В этот раз роды начались в срок. Ночью. Вивьен медленно села на кровати, придерживая живот. Ее бросило в жар, смогут ли в этой неизвестной стране принять роды как следует? Добравшись к окну, она распахнула его и, вдохнув полной грудью, стала продвигаться вдоль стены к выходу.

Дергать за шнурок и ждать, когда придут, у нее не хватило бы терпения. Лучше самой пройтись по дому, время пролетит быстрее.
Как на пути возник Уильям, Вивьен не помнила, только прошептала:
— Началось.
Он растерялся, постарался поддержать ее за руку, но она покачала головой:
— Мне не тяжело стоять, но лучше позвать кого-нибудь, если ты не хочешь сам принимать роды.

Уильям кивнул и тут же испарился, а Вивьен продолжила идти по коридору, пытаясь расслабиться. Вскоре в доме не спал никто. Айла, наспех натянувшая платье с едва приглаженными волосами ходила за своей госпожой, ожидая малейшей просьбы. Вскоре у Вивьен было одно желание – чтобы ее оставили в покое. Все, не участвующие в родах были выставлены вон.
Вновь для Уильяма начались долгие часы ожидания, он думал, что самая тяжелая ночь в его жизни закончилась. Он сотни раз обошел комнату, даже по совету одной из служанок сходил на корабль по прохладе раннего утра, выпил несколько чашек кофе, прежде чем услышал плач ребенка и рванул в комнату Вивьен. Бессонная ночь и напряжение дали свое, как только она приложила к груди ребенка, тут же впала в легкую дрему.

Малышка поела, и нянька протянула ее отцу. Уильям боялся неловким или неумелым движением причинить боль, потребовалось время, чтобы удалось хоть немного расслабится. Девочка, закрыв глаза, довольно сопела. Долго он разглядывал ее маленькое, сморщенное личико, время от времени бросая взгляд на спящую Вивьен, пока усталость не взяла свое.

Нянька для ребенка прибыла рано утром и, как единственная, отдохнувшая за ночь, осталась рядом с колыбелью. Все остальные получили заслуженный отдых.

Глава 3.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори