Забыть нельзя влюбиться Глава 19. В мастерской

Начало здесь
Предыдущая глава здесь

— Ты теперь мой охранник. Вернее, ангел-хранитель, – улыбнулась я через силу, накрывая его ладонь своей.
— Осваиваю новую профессию, – гордо заявил он. – Выгонит меня твой папенька, пойду в охранники.
— С чего это ему тебя выгонять?
— За совращение любимой дочки, – хмыкнул тот.

— Обалдел, что ли! – воскликнула я.
— Не ори. Пошутил. Так куда мы едем?
— По проспекту до угла. А потом налево. Как ты узнал, где я?
— Меня София Андреевна отправила. Между прочем, я ехал следом. Сигналил, ты даже не остановилась.
— Порядочные девушки на автомобильные гудки не оборачиваются.
— Ясно. И как же мне привлекать внимание? – развеселился Сергей.
— Понятия не имею, сам думай. Все, мы приехали.
Я первая выскочила из машины и теперь в нетерпении приплясывала на месте, ожидая Сергея.
— Здесь живет очередная подруга? – поинтересовался он, приближаясь.
— Не угадал.
Мы долго поднимались на последний этаж, игнорируя лифт. Он такой старый и разбитый, что я стараюсь обходиться без него. Наконец я вытащила длинный ключ и открыла массивную железную дверь.
— Что это?
— Увидишь.
Пошарила рукой впотьмах. Щелкнул выключатель.
– Проходи, располагайся.


Я сбросила куртку и прошла в комнату, где, как я помнила, оставалась бутылка вина. Руки все еще дрожат. Мне сейчас просто необходимо снять стресс.
— Твоя потайная квартира? – удивленно спросил Сергей. Прекрасно понимаю его изумление. После нашего коттеджа, да попасть в маленькую квартирку в довольно-таки старом доме. С обстановкой я тоже особо не выпендривалась. Только самое необходимое.
— Бери выше! – засмеялась я. – Тут у меня мастерская. В этой комнате я отдыхаю, а там – я кивнула на соседнюю дверь – творю. Помнишь, я же тебе рассказывала.


— Помню. Только я представлял себе несколько иначе.
— Не знаю как ты, а мне сейчас просто необходим антистресс. Будь другом, открой, пожалуйста, вино.
— Может, у тебя еще и штопор имеется?
— А как же.

Пока Сергей возился с бутылкой, я сняла с полки коробку конфет, салфетки и два бокала.
— Можно посмотреть картины? – спросил он, подавая бокал.
— Смотри.
Я распахнула дверь в соседнюю комнату.
— Это мне папа подарил, – принялась я тараторить. – Видишь, какое гигантское окно? Днем комната утопает в солнечном свете.



У окна мольберт, вдоль стены расставлены картины. Толин портрет как назло на самом видном месте. Так и не успела презентовать. Я торопливо набросила на него ткань.



Сергей медленно ходил от картины к картине. Рассматривал каждую, словно ему было безумно интересно. В груди разлилось тепло. Никто никогда не уделял моему хобби такого пристального внимания.
— У тебя удивительная манера письма, – наконец сказал он. – Мне кажется, это гораздо серьезнее, чем просто увлечение.
— Ты так думаешь?
— Уверен.
— Знаешь, я еще никому не говорила. Ты первый. Блин, даже не знаю, с чего начать. Короче, мне предложили иллюстрировать детскую книжку.
— А ты что? – приподнял бровь Сергей.
— Еще не ответила. Только вчера позвонили. Я обещала подумать до пятницы. Как ты думаешь, у меня получится?


— Конечно. Ты талантливая. И все герои у тебя получаются очень добрыми. Давно сказать хотел, но все повода не было.
— Откуда знаешь? Разве ты раньше видел мои работы?
— Видел одну. Кота.
— Кота? – рассеянно переспросила я.
— Ну да. Как раз в тот день, когда ты решила отметелить грушу в спортзале. Ты так переживала, что кот не получается. Каюсь, любопытство взыграло.
Я же подарила набросок Толе. Неужели тот не взял? После встречи мы поехали в ресторан. Потом к Толе. За весь день я ни разу не видела портрета в его руке. Словно прочитав мои мысли, Сергей пояснил:
— Он валялся в гараже. А я нашел. Не удержался, отнес к себе в комнату. Уж больно кот хорош. На вашего Криса похож.


Сергей ободряюще улыбнулся. До чего улыбка меняет человека. Как будто помолодел разом лет на десять. Я провела рукой по его волосам, шее, плечам. Сергей не отрываясь смотрел на меня. Губы нервно дернулись.
— Спасибо. Для меня очень важно твое мнение, – мурлыкнула я.
— Почему именно мое?
Нет, он это нарочно.
— Потому что ты не будешь врать. Характер не тот. Если б моя мазня ничего не стоила, ты бы честно сказал об этом.


— Хочешь вина? – он поспешно отвел глаза.
— А ты будешь?
— Я за рулем.
— А мы «трезвого водителя» вызовем. Возле поселка пересядешь за руль.
— Отличная идея.
Он взял второй бокал. Поболтал в руке, понюхал. Интересно, все водители так выпендриваются, или только мой?

— Пьем за этот прекрасный день. Вернее, за то, что он благополучно закончился, – предложила я. А что, нормальный тост. Не за любовь же нам пить.
— Можно, я вытяну ноги? – спросил Сергей. – А то весь день в согнутом состоянии.
— Конечно. Садись как тебе удобно.
Он расположился на диване, ноги положил на соседнее кресло. Я присела рядом с ним, подогнув колени. Как спокойно на душе. Вот бы подольше так сидеть. Обмениваться пустяковыми фразами. Чувствовать тепло его тела…



Чем больше я смотрела на него, тем яснее становилась картина моего воображения. Античная туника, вьющиеся волосы украшает венок, вокруг цветы…
— Сережа, у меня к тебе просьба. Не мог бы ты посидеть так еще немного? — спросила я.
— Странная какая-то просьба.
— Ты так удачно сел. Я хочу сделать набросок. Ты ведь не будешь против?
Сказать по правде, мне плевать на его ответ. В любом случае будет портрет.
— Что я должен делать?
— Ничего. Просто сиди. Только голову чуть-чуть поверни влево. Можешь спать, можешь разговаривать. Только позы не меняй.
— Еще никто не делал моего портрета, – Сергей выглядел озадаченным. Я уселась по-турецки на полу и принялась делать наброски.


— Не шевелись, – попросила я, заметив, что он убирает ноги с кресла.
— Почему ты на полу? Садись нормально.
— Все в порядке. Мне так удобно. Расскажи что-нибудь интересное.


— О чем тебе рассказать?
— Как ты смотришь на то, чтобы превратиться в античного героя?
— Почему именно так?
— Не знаю, я так увидела, когда мы пили вино.
— Интересуешься историей? – усмехнулся он.
— В смысле?
— Меня изображаешь античным героем, а своего друга доблестным рыцарем.
— Увидел-таки.
— Я не специально. Стояла на самом видном месте.
— Не бери в голову, это прикол. Ну, типа Толик весь такой правильный, аж зубы сводит. А у рыцарей там целый кодекс чести был.
— Служить прекрасной даме? – подколол Сергей.
— Я вообще его Александром Македонским хотела. Толя наотрез отказался.
Сергей откинулся назад и принялся хохотать. Этот веселый беззаботный заразительный смех никак не вязался с тем образом, который я себе напридумывала в первую встречу. Я думала, он мрачный угрюмый тип. Как хорошо, что я ошиблась. Я рассмеялась в ответ.
— Не опускай голову.


Шло время, Сергей начал намекать, что у него устала шея и болят плечи, и вообще, не пора ли домой. Я грозилась выбросить эскиз и начать все сначала, это на время помогало. Наконец я представила его взору набросок.




— Это что, я? – просиял он.
— Не похож?
— Еще как похож. Умница! – он вскочил с дивана и крепко меня обнял. Не успела я предпринять ответные действия, как он тут же отстранился. А я-то размечталась, что вот сейчас он меня поцелует. Всю душу в портрет вложила.
На днях в поисках темы для будущей работы я перелистывала мифы древней Греции. Мне понравился бог Дионис, молодой веселый парень. Потому я изобразила Сергея именно в этом образе. И теперь, глядя в его горящие глаза и покрытые румянцем удовольствия щеки, понимала, что не ошиблась.
— Нравится? – спросила я, когда первые восторги поутихли. – Дарю.
— Можно автограф на память?
— Запросто. – Я поставила размашистую подпись в нижнем углу.
— Премного благодарен. – Сергей отвесил клоунский поклон. Я не удержалась и показала язык.
— Давай уже вино пить.


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори