Юлия
Перемирие. Сёстры Ч.
Всем добра! Серия странная сегодня, без событий, болтовня, как я ее называю. Не люблю такие снимать, но без этой не могу обойтись. Сегодня продолжение вечера, который был тут.
Их выступление прошло идеально и зрителям, судя по овациям, тоже понравилось.
Тамара ушла домой, так и не смогла убедить дочь пойти с ней. Айрин хотелось побыть одной и подумать. Сегодня она пришла к выводу, что зря послушала маму и избегала Глеба. Не было в этом смысла, они работают вместе и странно было надеяться, что встреч можно было избежать.
В памяти всплыл разговор перед концертом, теперь она жалела, что вообще стала ему говорить про эту Полину. Это выглядело глупо и, как претензия, хотя оснований для этого у нее не было, а он этот момент сразу просек судя по наглому виду… Что же теперь делать? Игнорировать? Или свести в шутку и общаться, как раньше? И пусть он гуляет хоть со всеми стажерками по очереди, так ей будет проще принять, что ничего у них не выйдет…
Так она сидела на сцене, погруженная в свои мысли.
Глеб наблюдал на сменяющимися эмоциями на лице девушки. Сейчас, глядя на Айрин, он понимал, что ему всю неделю не хватало этого общения, простых шуток, советов и взаимных подколов. Из утреннего разговора он был удивлен ее тщательно скрываемой симпатии к нему и это ввело его в некоторый ступор. Но длился он не долго, надо было как-то разрешить ситуацию.
— Сидишь одна? — раздался знакомый голос из темноты зала.
Глеб подошел к сцене и присел рядом.
— А ты чего не уходишь?
— Уже уходил, но вот тебя увидел. Хотел сказать, что вы прекрасно выступили сегодня.
— Спасибо.
Разговор не клеился.
— И правда, пора домой, — наконец, сказала она и спрыгнула со сцены, собираясь уходить.
— Может, чаю на дорожку?
— Не стоит, поздно уже.
— Айрин, — он осторожно коснулся ее руки. — Что случилось за эту неделю?
— Ничего, с чего ты взял? — спросила она, отстранившись и убрав руку, поскольку табун мурашек уже пробежался туда и обратно в панике.
— Мы же хорошо общались, я тебя чем-то обидел?
— Ты прав, — вздохнула она и ей показалось, что появился шанс всё исправить, не разворашивая внутренний муравейник…. — Извини. Просто замоталась с этими репетициями и сегодня вся на взводе. Я не против чая, если приглашаешь.
Она, улыбнувшись, посмотрела на него и Глеб не удержался и сделал шаг вперед.
— Тебе вообще-то не нужно приглашение, — он прошептал это так близко, что Айрин замерла, слушая стук своего сердца, а внутри велась борьба между тем, что давно хотелось и внутренним чутьем, что не стоит ему верить.
— Что ты делаешь? — с трудом таки смогла она произнести.
— А ты не этого хочешь? — Ответил он улыбаясь, но не отстраняясь, давая ей право сделать следующий шаг.
Она отстранилась, порадовавшись своему благоразумию.
— У меня дежа-вю. Мы это уже проходили.
— Это было давно, но почему сейчас нет?
— Потому что я не понимаю вдруг такой перемены. Подумал, что «птичка в клетке» и решил воспользоваться?
— Я рад, что ты дошла до этого сама именно сейчас. — Самодовольно сообщил он. — Айрин, ты достойна большего, а я одинокий волк и останусь им еще очень надолго.
Услышав это, Айрин собрав последние остатки терпения и засунув поглубже негодование, решила, что не доставит ему такого удовольствия и теперь пойдет в отказ до последнего.
— О, боже, у тебя мания величия. Чего ты там вообще нафантазировал себе?
— Да ладно. Всё очевидно, тебе кажется, что ты влюбилась в меня. Но это просто от того, что мы часто общаемся и рядом не было более менее достойных кандидатур.
— Да ну? Вот это самомнение…
— Да, ты пыталась не видеться со мной в надежде, что чувства остынут, но увы, встретившись вновь, всё вернулось на место.
— Тебе впору романы писать, такой талант пропадает! Огорчу тебя, но у меня просто не было времени, да и ты, знаю, не скучал.
— Что я слышу? Нотки ревности? А что это значит? — он опять довольно улыбнулся.
— Это значит, что у меня была неделя ударного труда с постановкой танцев, репетициями и прочим, а ты гонял чаи с Полиной и теперь спрашиваешь, почему я не приходила!
— С Полиной мы обсуждали ее проект, если уж тебе так интересно. Хотя о чем это я, тебе же всё равно. А вообще, если я тебе так неприятен, то не буду настаивать. — Резко ответил Глеб специально выводя ее на эмоции.
— Глеб, не в этом дело. Помимо прочего, я не хочу, чтобы из-за нашей дружбы любая моя высокая роль рассматривалась, как поблажка от покровительствующего начальника. Это не по мне.
— Твой талант очевиден, никто бы не сомневался в твоем назначении на роль. — Искренне удивился Глеб такому выводу.
— Это твое предвзятое мнение. Люди думают шаблонами и полны предрассудков.
— И кто тебе такое в голову вбил? — возмущенно спросил он. — Поговорят и забудут, завистники всегда найдут к чему придраться, не дело жить по их указке.
— Ты всегда такой самоуверенный?
— Да, так что держись рядом и мотай на ус. — Он улыбнулся и посмотрел на нее, решив больше не возвращаться в первоначальной теме. — Ну что, мир?
— Мир, — она протянула ему руку.
Он взял ее ладонь и чуть сжал в своей.
А потом спрыгнул со сцены и потянул за собой.
— В честь перемирия предлагаю все же выпить чаю, а лучше чего-нибудь покрепче, по-дружески. — Тут же уточнил он.
— Мне кажется, ты от меня сегодня не отстанешь, — засмеялась Айрин.
— И не только сегодня! Ты мне задолжала целую неделю, даже не знаю, как будешь наверстывать…
Они просидели до вечера, обсуждали текущие дела театра, природу-погоду, но больше не касались личных тем. Перемирие было установлено и закреплено.
Домой Айрин вернулась поздно, Тамара не спала, ждала дочь.
— Не спишь еще? — Айрин, устало села на диван.
— Как же уснуть, когда поздно уже, а тебя нет и нет.
— Мама, пора привыкнуть, что я не маленькая. И не надо караулить меня у окна. — Возмущённо высказалась Айрин.
— Я смотрела кино.
— Я видела тебя за тюлью!
— Ну и что. Да, я волнуюсь за тебя. Я видела машину, ты долго не выходила. — Она пристально посмотрела на дочь.
— Можешь быть спокойна, мы просто друзья.
— Неужели… — с сомнением произнесла Тома.
— Да и мне плевать на мнение сплетников. Кому что-то не нравится, пусть выскажутся лично.
— Какая грозная, это он тебе подсказал? — со снисходительной улыбкой спросила Тамара.
— Да, но я должна была сама до этого додуматься. А ты потакаешь им всем.
— Береги честь с молоду. Не зря говорят. Я надеюсь, что голова у тебя есть на плечах. Мне прошлого раза хватило, когда ты в депрессии месяц сидела.
— Давай не будем об этом, всё в прошлом, не тыкай меня этим каждый раз! — Раздражённо ответила Айрин, но ругаться сегодня больше не хотелось и, смягчившись, она добавила, — я устала, пойду спать. И ты ложись, завтра на работу вообще-то.
— Спокойной ночи, дочка. — Тома погладила ее по плечу.
— Спокойной, мама.
Женщина проводила ее взглядом и только покачала головой.
Дочь рвется сама набивать себе шишки, как бы ни было больно на это смотреть, но, видимо, придется не вмешиваться.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Их выступление прошло идеально и зрителям, судя по овациям, тоже понравилось.
Тамара ушла домой, так и не смогла убедить дочь пойти с ней. Айрин хотелось побыть одной и подумать. Сегодня она пришла к выводу, что зря послушала маму и избегала Глеба. Не было в этом смысла, они работают вместе и странно было надеяться, что встреч можно было избежать.
В памяти всплыл разговор перед концертом, теперь она жалела, что вообще стала ему говорить про эту Полину. Это выглядело глупо и, как претензия, хотя оснований для этого у нее не было, а он этот момент сразу просек судя по наглому виду… Что же теперь делать? Игнорировать? Или свести в шутку и общаться, как раньше? И пусть он гуляет хоть со всеми стажерками по очереди, так ей будет проще принять, что ничего у них не выйдет…
Так она сидела на сцене, погруженная в свои мысли.
Глеб наблюдал на сменяющимися эмоциями на лице девушки. Сейчас, глядя на Айрин, он понимал, что ему всю неделю не хватало этого общения, простых шуток, советов и взаимных подколов. Из утреннего разговора он был удивлен ее тщательно скрываемой симпатии к нему и это ввело его в некоторый ступор. Но длился он не долго, надо было как-то разрешить ситуацию.
— Сидишь одна? — раздался знакомый голос из темноты зала.
Глеб подошел к сцене и присел рядом.
— А ты чего не уходишь?
— Уже уходил, но вот тебя увидел. Хотел сказать, что вы прекрасно выступили сегодня.
— Спасибо.
Разговор не клеился.
— И правда, пора домой, — наконец, сказала она и спрыгнула со сцены, собираясь уходить.
— Может, чаю на дорожку?
— Не стоит, поздно уже.
— Айрин, — он осторожно коснулся ее руки. — Что случилось за эту неделю?
— Ничего, с чего ты взял? — спросила она, отстранившись и убрав руку, поскольку табун мурашек уже пробежался туда и обратно в панике.
— Мы же хорошо общались, я тебя чем-то обидел?
— Ты прав, — вздохнула она и ей показалось, что появился шанс всё исправить, не разворашивая внутренний муравейник…. — Извини. Просто замоталась с этими репетициями и сегодня вся на взводе. Я не против чая, если приглашаешь.
Она, улыбнувшись, посмотрела на него и Глеб не удержался и сделал шаг вперед.
— Тебе вообще-то не нужно приглашение, — он прошептал это так близко, что Айрин замерла, слушая стук своего сердца, а внутри велась борьба между тем, что давно хотелось и внутренним чутьем, что не стоит ему верить.
— Что ты делаешь? — с трудом таки смогла она произнести.
— А ты не этого хочешь? — Ответил он улыбаясь, но не отстраняясь, давая ей право сделать следующий шаг.
Она отстранилась, порадовавшись своему благоразумию.
— У меня дежа-вю. Мы это уже проходили.
— Это было давно, но почему сейчас нет?
— Потому что я не понимаю вдруг такой перемены. Подумал, что «птичка в клетке» и решил воспользоваться?
— Я рад, что ты дошла до этого сама именно сейчас. — Самодовольно сообщил он. — Айрин, ты достойна большего, а я одинокий волк и останусь им еще очень надолго.
Услышав это, Айрин собрав последние остатки терпения и засунув поглубже негодование, решила, что не доставит ему такого удовольствия и теперь пойдет в отказ до последнего.
— О, боже, у тебя мания величия. Чего ты там вообще нафантазировал себе?
— Да ладно. Всё очевидно, тебе кажется, что ты влюбилась в меня. Но это просто от того, что мы часто общаемся и рядом не было более менее достойных кандидатур.
— Да ну? Вот это самомнение…
— Да, ты пыталась не видеться со мной в надежде, что чувства остынут, но увы, встретившись вновь, всё вернулось на место.
— Тебе впору романы писать, такой талант пропадает! Огорчу тебя, но у меня просто не было времени, да и ты, знаю, не скучал.
— Что я слышу? Нотки ревности? А что это значит? — он опять довольно улыбнулся.
— Это значит, что у меня была неделя ударного труда с постановкой танцев, репетициями и прочим, а ты гонял чаи с Полиной и теперь спрашиваешь, почему я не приходила!
— С Полиной мы обсуждали ее проект, если уж тебе так интересно. Хотя о чем это я, тебе же всё равно. А вообще, если я тебе так неприятен, то не буду настаивать. — Резко ответил Глеб специально выводя ее на эмоции.
— Глеб, не в этом дело. Помимо прочего, я не хочу, чтобы из-за нашей дружбы любая моя высокая роль рассматривалась, как поблажка от покровительствующего начальника. Это не по мне.
— Твой талант очевиден, никто бы не сомневался в твоем назначении на роль. — Искренне удивился Глеб такому выводу.
— Это твое предвзятое мнение. Люди думают шаблонами и полны предрассудков.
— И кто тебе такое в голову вбил? — возмущенно спросил он. — Поговорят и забудут, завистники всегда найдут к чему придраться, не дело жить по их указке.
— Ты всегда такой самоуверенный?
— Да, так что держись рядом и мотай на ус. — Он улыбнулся и посмотрел на нее, решив больше не возвращаться в первоначальной теме. — Ну что, мир?
— Мир, — она протянула ему руку.
Он взял ее ладонь и чуть сжал в своей.
А потом спрыгнул со сцены и потянул за собой.
— В честь перемирия предлагаю все же выпить чаю, а лучше чего-нибудь покрепче, по-дружески. — Тут же уточнил он.
— Мне кажется, ты от меня сегодня не отстанешь, — засмеялась Айрин.
— И не только сегодня! Ты мне задолжала целую неделю, даже не знаю, как будешь наверстывать…
Они просидели до вечера, обсуждали текущие дела театра, природу-погоду, но больше не касались личных тем. Перемирие было установлено и закреплено.
Домой Айрин вернулась поздно, Тамара не спала, ждала дочь.
— Не спишь еще? — Айрин, устало села на диван.
— Как же уснуть, когда поздно уже, а тебя нет и нет.
— Мама, пора привыкнуть, что я не маленькая. И не надо караулить меня у окна. — Возмущённо высказалась Айрин.
— Я смотрела кино.
— Я видела тебя за тюлью!
— Ну и что. Да, я волнуюсь за тебя. Я видела машину, ты долго не выходила. — Она пристально посмотрела на дочь.
— Можешь быть спокойна, мы просто друзья.
— Неужели… — с сомнением произнесла Тома.
— Да и мне плевать на мнение сплетников. Кому что-то не нравится, пусть выскажутся лично.
— Какая грозная, это он тебе подсказал? — со снисходительной улыбкой спросила Тамара.
— Да, но я должна была сама до этого додуматься. А ты потакаешь им всем.
— Береги честь с молоду. Не зря говорят. Я надеюсь, что голова у тебя есть на плечах. Мне прошлого раза хватило, когда ты в депрессии месяц сидела.
— Давай не будем об этом, всё в прошлом, не тыкай меня этим каждый раз! — Раздражённо ответила Айрин, но ругаться сегодня больше не хотелось и, смягчившись, она добавила, — я устала, пойду спать. И ты ложись, завтра на работу вообще-то.
— Спокойной ночи, дочка. — Тома погладила ее по плечу.
— Спокойной, мама.
Женщина проводила ее взглядом и только покачала головой.
Дочь рвется сама набивать себе шишки, как бы ни было больно на это смотреть, но, видимо, придется не вмешиваться.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Обсуждение (51)
А набитые шишки… Ну что ж, без этого не бывает
Бедного Глеба четвертовали сегодня))
Эта серия тоже очень графична, получила удовольствие от минималистического решения сцены!
А может Глеб всё же прав, и она к нему привыкла до состояния влюблённости. Пусть дружат конечно.
Юля, а тетя Софа там замуж не собралась случайно?))
Я тоже не лезу в авторские, но тут шить как раз Вике собиралась. Но заболела и не поехала за тканью.
Злата — красотка, платье ей очень идет!
Глев бесконечно высокого мнения себе
Тоже понравилась ночная рубашка Томы, Юля, покажи целиком?
И, кстати, серия интересная, познавательная))))
Рубашка это практически первое, что я шила в первых сериях истории! Вот тут, если не боишься допотопных фото, то на Кристине она)
babiki.ru/blog/foto-istorii/155795.html
Она давно у дочки в куклах была, а тут на глаза попалась и я решила Тому приодеть))
Красавчик твой Глеб, не спорю, но харааактер… Короче, как у всех симпатичных мужиков
Хотя есть ещё совсем циничная версия. Глебу кажется, что такое подвешенное состояние полувлюбленности положительно влияет на актерские качества Айрин. Вот он и старается на благо театра. Нужно же всех сотрудников держать в тонусе
То «Глеб лапушка», то «вот засранец».
После этой серии «Засранец, но хорошенький»
А вообще я люблю серии болталки )
Не верю, что со стороны Глеба всё так просто, но Айрин, же что-то чувствует неладное?..
Вопросов стало ещё больше)
Юля, отличная серия! Жесты, позы — всё очень естественное.
А еще я думаю, что бы было, если б она не отвернулась…
Спасибо))