Городок. Глава 53. Месяц спустя

Глава 52.
Ферузи вышла на работу после больничного. Коллеги, в душе сочувствуя ей, стеснялись выражать соболезнования, только были предельно вежливы, услужливы и не нагружали работой.Новость о личной лаборатории всех шокировала.Ферузи морально приготовилась и к нетактичным вопросам, и к издевкам, и к колкостям.
Работать она продолжала на старом месте, параллельно начиная реализовывать новые идеи. Некоторые коллеги, пережив первое удивление от этой новости, стали интересоваться её планами и постепенно начал складываться круг её единомышленников.Оказалось, что многие хотели выйти за пределы согласованного плана, но не было возможности. Теперь у них были развязаны руки. Работа кипела.Люди горели своими идеями и планами. Новые рабочие помещения обустраивали почти всем старым отделом.Ферузи приходила домой очень поздно, но довольная.Её соседки и Стив, потихоньку наблюдая за ней, считали, что все идёт очень хорошо: интересная работа — лучшее средство забыть горе.

Прошёл месяц. Гипс сняли. Джейкоб ходил без костылей и не испытывал неудобств, но продолжал жаловаться лечащему врачу на боли в ноге. Всё ради того, что не приступать к самому унизительному в его жизни процессу — работе. Тем не менее его выписали, т. к. закончился максимальный срок больничного.
Отец был также непреклонен: денег не давал и, видимо, железобетонно решил проучить сынка-дармоеда.
Ферузи со страхом думала о дне, когда он опять предстанет перед ней с этой издевательской ухмылочкой. Она уже тысячу раз пожалела, что предложила папаше сделать Джейкоба уборщиком, но изменить свою просьбу не позволяло самолюбие. Она получила свою лабораторию, приличную сумму денег и этим вполне была удовлетворена. Мысли о мести всё реже посещали голову девушки, и больше всего ей хотелось никогда не встречаться с ним, если бы не одно но…
Ферузи знала, как лечат фобии. Она умышленно стала подходить к мужчинам и начала со Стива. Девушка приближалась к нему как можно ближе, старалась словно случайно коснутся. Во время совместного просмотра фильмов она садилась так, чтобы задеть его бедром.Мужчина это заметил, но понял всё правильно и не комментировал. Через неделю она решилась на следующий шаг. Как-то вечером она с виноватым видом попросила его снять рубашку.У Стива разрывалось сердце от жалости к ней. Если бы это помогло, он снял бы хоть штаны.
Ферузи медленно ходила вокруг него разглядывая торс.Через несколько дней таких процедур девушка поняла, что не боится его: слишком знакомый, слишком родной. Нужно было повышать градус самозапугивания.
Она перешла к более тесному общению с коллегами мужского пола.Медленно, но верно она заглушала в себе страх близости мужчины. Она ликовала.
Но вся радость рассыпалась в один миг. Девушка стояла в столовой, весело болтая с Лючией, набирающей десертов больше, чем основных блюд.Ферузи не увидела и не услышала, а почувствовала, что ОН стоит сзади.Не поворачивая головы, она убеждала себя, что это бессознательный приступ страха, и за ней может находиться абсолютно любой человек. В какой-то момент Лючия повернулась, и на её лице Ферузи прочитала ужас.Девушка сжала кулаки и медленно развернулась.На неё в упор смотрели дерзкие глаза, из-за которых она так часто просыпалась в слезах по ночам. Она опустила взгляд на губы, которые так уверенно и властно прошлись по всем уголкам её тела.По его часто поднимающей груди Ферузи поняла, что он тоже взволнован, и тут же в её воспоминаниях всплыли его поступательные движения и частое дыхание. Она пулей вылетела из очереди. Ферузи бежала домой. Слезы застилали глаза, она сталкивалась с люди, идущими толпой в столовую.
Очутившись у себя в блоке, она залпом выпила пол бокала вина. С лекарствами было решено завязывать, т. к. она приняла уже гору успокоительного. Но желудок нервно сжался, и она избавилась от всего съеденного за день.
В нервном истощении она лежала на кровати и рыдала. Жавшаяся к ней Люси иногда слизывала солёные слезы шершавым языком.Всё тщетно. Столько времени непрестанных трудов над своими страхами потрачено впустую. Она уже не боялась мужчин, но чуть не лишилась сознания, увидев его. Возможно, она никогда не встретит мужчину, похожего на Джейкоба, но что-то ей подсказывало, что плохо прополотые сорняки обязательно прорастут. Именно поэтому она решила, что только с помощью него она сможет преодолеть ужас, живущий в её душе.
Вечером, когда она более или менее успокоилась, Ферузи позвонила ему на телефон.
— Добрый вечер, Джейкоб. Как я поняла, ты здоров. Когда планируешь приступить к своей работе? — Никогда.
— Почему?
— Я не буду работать уборщиком.
— Какую ещё работу ты смог бы выполнять?
— Не знаю.
— Т. е. — никакую. Каким образом планируешь зарабатывать на жизнь? Или отец сжалился над социально-бесполезным отпрыском и подкинул средств?
— Зачем ты позвонила?
— В моей лаборатории грязно. Я хочу знать, когда там будут сверкать полы, постоянно будет чистое белье и идеально прозрачные пробирки. Не смотря на твою полнейшую неопытность, я сжалилась и дала тебе возможность пропитания.
— Это — начало твоей мести?
— Как ты можешь такое говорить? Я совершаю акт милосердия. Легче было бы взять уборщицу из города, но я любезно, так сказать по «хорошему» знакомству, предлагаю эту работу. Не умереть же тебе с голоду.
Он молчал. Она даже представила, как ходят его желваки.
— Ферузи, я хочу тебя увидеть.
— Конечно. Завтра в 8.30 выходи на работу, и мы будем видеть друг друга целый день. Каждый день.
Неожиданно его голос стал мягким и бархатным:
— А если я не смогу держать себя в руках? Ты также волнуешь меня.
Промолчав несколько секунд, ушедших на то, чтобы голос не дрожал, Ферузи спокойно ответила:
— Вряд-ли тебе со мной понравилось. Как ты убедился, я совершенно неопытна, а такие женщины тебя не интересуют. К тому же, нарушение порядка и дисциплины на рабочем месте карается материально, и поверь, для тебя это станет существенным аргументом.
Ферузи отключилась.
Раньше Джейкоб расшиб бы телефон об стену, но сейчас он понимал, что на новый у него нет денег.

Спасибо за внимание.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори