Ать-два левой, ать - два правой

Дрим номер фо или на войне как на войне…
Осчастливленная исполнением мечт, долгие годы я все ждала и ждала свою генеральскую фею, которая сделает меня солдатом. И дождалась!
Как и полагается феям, она изменила свой облик и явилась перед моими очами в виде нашего военрука.
— Назначаю тебя командиром отделения! Мы едем на " Зарницу"
О, я стояла, онемев и окаменев от всей невозможности свалившегося на нас (и на меня лично) счастья. Всесоюзная военная игра и отряд оболтусов из сельской школы! Конечно, надо пояснить, что эта Зарница была всего лишь этапом отбора на поездку куда- то на запад( не помню, куда, абсолютно) и проходила в Приморском крае. В городе Уссурийске! И разрешили, во имя торжества социального равенства, пригласить несколько местных команд, чтобы на их фоне ещё ярче сверкали звезды столичных и околостоличных команд. Почему были москвичи, ленинградцы и, точно помню, ребята из Твери- не знаю, да это и неважно! Мы, простые деревенские зарничные подкидыши, думать об этом не думали, знать не знали, а были просто готовы ехать и побеждать!
Меня, как асса сборки — разборки автомата Калашникова и виртуоза мумифицирования нестерильный бинтом, назвали командиром и вкратце рассказали, что и в каком порядке мы будем делать.
Сразу смутило подтягивание- один из наших отважных Воинов мог подтягиваться и на одной руке, и на двух и сикось- накось, но остальные внушали серьёзные опасения в деле виртуозного покорения перекладины.
Ещё были вопросы по хим защите, но потом разберёмся!
День первый был посвящён заезду. Поселили нас в спортзале училища, порадовав двухэтажными хлипкими сооружениями, которые, по замыслу организаторов, сразу бы дали понять, что дальше будет хуже. Хуже стало сразу, как только стало понятно, что воды нет. Просто нет. И в туалетах тоже!
Но бойцы не должны страдать- и в наше распоряжение был предоставлен объект типа,, нужник", располагающийся всего- то в ста метрах от училища.
Организмы подростков окаменели! Они решили стоять насмерть!
Но нас ожидало невиданное до селе испытание- тушенная картошка с голубями. О том, что это были голуби, нам сообщил один любознательный воин, прочитав меню в столовой. Сообщил уже после тотального уничтожения этого коронного блюда. Побледневшие отряды, не соблюдая строя, стремительно дезертировали в близлежащие кусты.
Заметно постройневший отряд заполз на кровати и забылся неспокойным сном под устрашающий скрип двухэтажных колыбелей.
Утром, после двухсотметровой пробежки, вытерев лицо салфетками, смоченными в любезно предоставленных ведрах с водой, мы побрели в соловую. Внимательнейшим образом ознакомившись со списком, все выбрали сухую, не знакомую со сливочным маслом, гречку и, опустошив тарелки с хлебо, благополучно отбыли на полигон.
Не помню последовательность соревнований, буду бродить по сильно эмоциональным местам.
Калашников- я за себя была спокойна! Уверенно подойдя к столу, я снисходительно посмотрела на своих нелепых соперников- 19 секунд был мой рекорд! Да наш военрук всегда счастливо улыбался, когда я неспешной походкой направлялась к своему металлическому напарнику. Да что там, самому товарищу Калашникову я могла бы подарить несколько секунд счастья.
Один, два — на счете три я отработанным движением рубанула ребром ладони по шомполу… Свет померк и воздух поплыл горячими волнами. Как я не заорала, не знаю, видимо, просто подавилась воплем. Это был новый автомат!!! Не тот, родной, который тысячу раз колотили и там все вылетало и залетало от взгляда. Это был новый, закаменелый, не желающий расставаться ни с одной деталькой конгломерат, монумент, монолит. Кусок кожи содрался, закапала кровь. (Ладонь опухла, синяк не сходил недели три. ) Глядя куда- то внутрь себя, я онемевшими пальцами вяло разобрала, а потом так же вяло его собрала- за позорные 25 секунд! Положила окровавленный автомат на закапанный кровью же стол и пошла, сопровождаемая недоуменными взглядами инструкторов и судей.
Санинструктор. Ну вот что тут сложного. Перевяжи бойца, вынеси с поля боя и радуйся, наслаждайся своей победой! Но… Но — раненого нам выдавали, и место, куда попала пуля- дура или штык- молодец, говорили тоже.
Раненый товарищ нам сразу стал не товарищ. Такой откормленный сумоист — баскетболист. Он лежал на поле брани и недобро улыбался. Я и ещё одна горе- санинструктор заискивающе улыбнулись в ответ. Оставалась надежда на лёгкое ранение.
Увы, названное место ранения было нам абсолютно неизвестно. Нет, мы понимали, что это где- то на теле, но вот где? Немного посовещавшись, мы приняли решение, показавшееся нам единственно верным- бинтовать ноги полностью. Ещё немного поспорили насчёт: по — отдельности или вместе. Победил раздельный способ бинтование. Решительно раскрыв медицинские сумки и поправив косынки с крестом, мы вдвоём немного рыхло, но зато живописно украсили юношу всеми бинтами, какие нашлись. Немного не хватило и издалека казалось, что он в белых чулках.
Но ещё его надо было тащить на плащ — палатке. Живых вокруг не было- люди гибли от хохота, слезы лились ручьём, когда два согбенных карлика, со сверхъестественно выпученными глазами на бордовых печёных личиках, поволокли Гаргантюа!
Дорога до стола жюри, где над секундомером рыдал дяденька в зеленой форме, была бесконечной. По потному лицу вниз заскользила косынка и прямо красным крестом насмерть перекрыла направление движения. И так не очень складное движение превратилось в мелкие судорожные рывки.
Пациент, судя по коротким стонам, не испытывал облегчения. Более того, его мучения грозили затянуться. Поняв, что соприкосновения его тела с землёй приобретают системный характер, он сказал:" Да ну вас, дуры!", вскочил и побежал к столу, игриво перебирая белыми ногами. Мы от неожиданности этого манёвра рухнули по обе стороны плащ- палатки, не выпуская её, однако, из скрюченных ладошек.
Ещё потом оказалось, что надо было наложить шину на руку- фиаско, однако.
Хим атака. Ну тут мы просто с интересом понаблюдали, как люди совершают бессмысленные, на наш взгляд, действия. И команда тоже была бессмысленной. Ну, то есть её смысла мы не поняли, как и просто большинство слов в ней. Мы спокойно получили все возможные поражения всевозможных органов и пошли спать с чувством выполненного долга.
Ну подтягивания не подвели. Наш единственный -40. Двое — по 10, а Мишка подошёл, подпрыгнул, зацепился и -1 раз дотянул таки дородное тело. А норма — 5. Без слов. Остальные прыжки и бега прошли неплохо, а гранату мы так и вовсе метали с удовольствием и далеко!
Апофеоз!!!
Последний день. Цифровой!
Поддержка танковой атаки в полной выкладке.
Жара градусов тридцать. Размер ноги- тридцать пять. Размер сапог — сорок два. Количество портянок на одну ногу- четыре. Количество мозолей на одну ногу- пять.
На один танк- один взвод! Вес скатки( шинели), автомата, саперной лопатки, котелка, каски, сухого пайка- 12 килограмм. Вес бойца — ну 50.
Вот когда на меня- метр пятьдесят все это одели и сказали бежать пять километров за танком! Желательно с криками непрерывными типа " Урааааа! ", вот тогда что- то во мне и бойцах вверенного мне взвода сломалось. Танк взревели, воняя и чадя, ринулся бдить незримого противника, а мы, проковыляв метров десять, разулись, сняли раскалённые каски, бросили лопаты, автоматы и легли в траву. Где- то кто- то кричал «Ура!», раздавались выстрелы. Но все это удалялось. А мы лежали, ели галеты из нз и молчали. Сверху светило солнце, дул тёплый ветерок, пели птицы.
Мы проиграли и мы были счастливы. Грязные, искусанные комарами, соскучившиеся по родителям и домашней еде- мы были счастливы! Щурились на голубой небо сквозь пряди неделю не мытых волос, гладили траву пальцами с траурными ногтями — мы были счастливы! Мы верили, что войн больше не будет, что это все игра для игры- мы были счастливы!
Мы не могли знать, что всего через два года мальчишки, которые были старше нас всего ничего, поедут в Афганистан, и не все из них вернутся. Мы не знали этого- мы были счастливы! Мы были счастливы!

Смотрите больше топиков в разделе: Болталка и разговоры обо всем: жизнь, общение, флудилка