Моя красавица от Sandy McAslan

«Ой!» — моя первая эмоция при виде куколок от Sandy McAslan.
«Странные такие» — моя вторая эмоция🤭
«Мне таких точно не надо» — сразу решила для себя) но маме пожалуй покажу😁
«Подожди. А ведь что-то в них есть» — сказала мама.

Что-то мы точно в них нашли☺️ необычные, странные, для кого-то безобразные, для кого-то смешнючие, интереснючие.
Аслашки❤️ они вошли в нашу жизнь внезапно😅ворвались и заставили потрудиться, чтобы их найти и приобрести.

Мне повезло и однажды я увидела её, сейчас не поверите))) я была поражена её КРАСОТОЙ… её лицо, волосы, веснушки, легкая улыбка, но главное глаза… меня сразили наповал🥰 какая красавица!
Те самые ВАУ фото:
Её ручка была испачкана, словно ребенок шаловливо окунул пальчики в банку с чернилами🤭мне удалось приобрести эту озорную девчонку в свою коллекцию!
Ещё и Just One — в единственном экземпляре) ну конечно, такая милашка лишь одна в мире)) моя первая милая аслашенька❤️
А какая она тактильно приятная! Тельце мягкое, попа тяжелая 🤭берешь в ручки и обнимаешь сокровище такое🥰
Ну что могу ещё сказать?))
Ждём теперь подружек😉☺️
А пока покажу свою деловую красотку во всей красе:
Знаю, многие из тех, кто читает мои топики пока ещё не знакомы с творчеством Сэнди МакАслан. Ниже я выкладываю перевод статьи об этом невероятном авторе, о её кукольном пути (1990х-начало 2000х гг). Статью нашла на просторах интернета, было увлекательно и интересно её прочесть☺️ возможно, и вам будет интересно☺️
До новых встреч🌷

Девчонки-сорванцы, выворачивающие язык наизнанку
(источник: dollkingdomus.com, от 23.03.2020г.)
Фарфоровые творения Сэнди МакАслан закатывают глаза, выпячивают языки и морщат губы. Теперь её виниловые фигурки сделают то же самое.
Стефани Финнеган

Куклы МакАслан, безусловно, привлекают внимание. Они жестикулируют, хихикают и гримасничают; они щурят глаза и опускают губы. Другими словами, они ведут себя как типичный капризный семилетний ребёнок на школьном фотосессии.

«Я вижу своих кукол детьми от шести до десяти лет. «У многих из них зубы слишком большие, так что понятно, что им шесть или семь лет, и эти новые зубы растут, и они не подходят к их лицам», — объясняет МакАслан, мать троих маленьких детей — Девона, Моргана и Леннона. «И я начала делать некоторые зубы кривыми и накладывающимися друг на друга. Это выглядит как какая-то неуклюжая детская фишка».

Владелица магазина Patt & Billy's в Форт-Лодердейле, штат Флорида, Пэтт Сесса восхищается необычными мордашками МакАслан. «Не все дети такие красивые. У нас есть фотография моей сестры, когда ей было шесть лет. У неё не хватало двух передних зубов, а волосы были торчащими. Она ненавидит эту фотографию, но именно так она выглядела в этом возрасте. Куклы Сэнди МакАслан напоминают мне о ней, а теперь и о моих внуках. Они меня просто радуют».

Художница кукол из Кантона, штат Коннектикут, начала запечатлевать многочисленные детские настроения осенью 1989 года. Её сын Девон только начал ходить в детский сад, а она была дома с маленькой дочкой Морган. Она начала коллекционировать кукол, якобы утверждая, что хранит их для своих детей. По мере того, как её вкус в куклах становился всё более изысканным, всё больше склоняясь к изделиям, выпущенным ограниченным тиражом, МакАслан решила попробовать свои силы в создании коллекционных предметов. «Я была художницей по образованию. В подростковом возрасте я немного занималась скульптурой, но, скажу я вам, это был долгий и трудный путь. Прошло восемь месяцев, прежде чем я закончила свою первую куклу. Я пошла в библиотеку и поискала информацию, но там почти ничего не написано о том, как сделать форму для литья».

Опираясь на свой богатый запас изобретательности, она попыталась сделать форму, используя творческие методы. «Я не техник. Когда я рисую, я использую акриловые краски, а не масло, потому что у меня не хватает терпения ждать, пока краска высохнет. Я снова и снова пробовала срезать углы, пока наконец не поняла, что нужно делать всё шаг за шагом. Наступила весна 1990 года, прошло восемь месяцев с тех пор, как я начала, и я сделала свою куклу».
Она принесла свою первую куклу, Келли, в кукольный магазин, где подружилась с хозяйкой. «Я сказала ей, что моей семье нравится эта кукла, но что ты думаешь? Она посмотрела на неё и заказала пару. Она посчитала меня многообещающей». Затем МакАслан изготовила вторую куклу, Лизу, из того же самого личика. «Мы продали 25 или 30 первых кукол. Я даже шила им одежду, хотя шью я не очень хорошо. Поэтому я знала, что куклы станут только лучше, когда я перестану шить». МакАслан смеётся, подкалывая свою репутацию швеи в те дни, когда она была новичком.

Поначалу семья МакАслан воспринимала кукольное дело как любимое, приносящее удовлетворение занятие, наполовину хобби, наполовину бизнес. Однако это восприятие довольно быстро изменилось. В 1991 году Джима МакАслан уволили с руководящей должности в страховой компании. Он получил солидное выходное пособие, но не знал, куда обратиться за новой работой. Начинающий талант жены как кукольника казался рискованным, но потенциально перспективным карьерным путём. В том же году муж и жена объединили усилия.

«С самого начала мы с Сэнди хотели производить доступные куклы, даже если это означало бы сделать ещё несколько кукол, работать немного усерднее, прилагать много усилий для поддержания их разумной цены. Наша цель, помимо заработка на жизнь, — сделать куклы доступными, чтобы люди могли ими наслаждаться. Если цена слишком высокая, их всё равно никто не купит. Куклы не должны быть символами статуса» — рассказывает Джим МакАслан.
Кукольница вторит мнению мужа. «С философской точки зрения, я не согласна с идеей уникальности. Для меня кукла должна быть чем-то, что, если вам нравится или вы хотите быть коллекционером, вы должны иметь. Ведь это всего лишь кукла! Они просто не по карману обычному человеку», — решительно заявляет МакАслан. «Мне кажется, что мои экземпляры с языками и зубами действительно близки к стилю уникальности. Для каждой куклы мне приходится полностью переделывать глаза и рот. Так что каждая кукла получает персональное внимание. Мне нравится этим заниматься, потому что это интереснее, чем простое лицо. Это никогда не бывает скучно. У многих моих фарфоровых кукол веснушки. В детстве я всегда мечтала о веснушках, но так их и не получила!».

«Я вижу своих кукол как настоящих детей — без вычурных костюмов, просто девчонок-сорванцов. Поэтому у них такие же взъерошенные волосы, как у меня в детстве», — посмеивается МакАслан.

Анимированные лица в сочетании с удобным для демонстрации размером — фирменные знаки отличия МакАслан. Эти 15-дюймовые фарфоровые фигурки дебютировали на Американской международной выставке игрушек 1992 года, где произвели фурор. «Когда я только начинала, я думала, что большой размер означает реалистичный. Мои первые куклы в 1990 году, а затем в 1991 году были ростом 24 дюйма (60 см). В 1991 году я была беременна младшей дочерью Леннон. Она родилась 1 июля. У меня было много работы, и я начала сомневаться в размере больших кукол. Я сделала всего несколько, и мне некуда было их деть. Я начала задаваться вопросом, что с ними делают коллекционеры. Они действительно выставляются напоказ или хранятся в подвале? Они в коробках и меняются лишь изредка?
«Ну, было лето, и я обожаю держать на руках младенцев, особенно чудесных новорождённых. И я вылепила все конечности меньшего размера для той серии кукол 1992 года за те шесть недель, что держала на руках Леннона. Знаю, это звучит надуманно и выдуманно, но именно так появились 15-дюймовые куклы. Их было проще делать, когда я держала ребёнка на руках. Днём я лепила конечности, а ночью – лица. С тех пор я работаю с такими размерами. Мне кажется, они замечательные, потому что их можно держать наготове всё время. Они маленькие и удобные».
Леннон МакАслан также является автором потрясающих лиц своей мамы, которые вертят языком. «Когда я впервые изобразила это безумное выражение лица на своей кукле Кэсси, я подумала: откуда оно взялось? Эта кукла такая дикая. А потом, несколько вечеров спустя, мы сидели за обеденным столом, и Леннон тогда было два года. Она сидела на высоком стульчике и устраивала настоящий беспорядок, выделывая языком все эти дикие движения. Я подсознательно переняла это от неё».

Интуиция и инстинкты помогают МакАслан мотивировать руки, когда она создаёт свои первые работы из супер-скульптуры. «Когда я писала картины на холстах, все они были абстрактными. Мой любимый период в искусстве – абстрактный экспрессионизм 1950-х годов. Я художник действия, и, если хотите, скульптор действия. Я работаю над лицом до тех пор, пока оно не перестанет меня устраивать, или же оно само даст мне знать, когда будет готово. Я не работаю с фотографиями или чем-то подобным. Я могу вырезать статьи, которые меня вдохновляют, но я никогда не смогу сделать портретную куклу. Я недостаточно технически подкована для этого».

Макаслан и её фарфоровые детища приобрели преданных поклонников всего за шесть лет. На протяжении всего своего творчества она получала восторженные отзывы критиков. С 1992 по 1995 год один из её проектов ежегодно номинировался на премию Dolls Award of Excellence. В 1992 году Томми был номинирован в категории «Фарфор» стоимостью от 251 до 500 долларов; Пайпер была номинирована в 1993 году в категории «Фарфор» стоимостью от 301 до 550 долларов; Мэгги получила признание в 1994 году в категории «Фарфор» стоимостью от 150 до 300 долларов; а Нелл 1995 года была номинирована в категории «Фарфор» стоимостью от 301 до 550 долларов. Такая череда наград – настоящий подвиг для кукольницы-самоучки. Макаслан наслаждается признанием коллег: их поддержка и благодарность помогают ей продолжать, и она особенно ценит похвалу своих поклонников.

«Я обожаю играть в дантиста, чищу зубы своим куклам», – поддразнивает МакАслан. «Чтобы любить наших кукол, нужно обладать чувством юмора».

Мы основали совершенно новый клуб коллекционеров, и в нём уже больше 100 участников», – говорит МакАслан. «Это приятный сюрприз. В нашем клубе нет членских взносов; мы рассылаем членам подарочные наборы, в которых нет ничего особенного. Они не цветные, а представляют собой буклет со всеми статьями о нас и ксерокопию бумажной куклы, которую я сделала для журнала Dolls два года назад (Элис в майском номере за 1994 год). Участники клуба могут купить у нас одежду и аксессуары. Мы также планируем выпустить рождественскую куклу только для членов клуба. Скорее всего, она будет виниловой».

Если упоминание о виниле вас насторожило, вы не одиноки. МакАслан понимает, что благодаря этому нововведению 1996 года совершенно новое поколение коллекционеров сможет расхватать её творения по значительно более низким ценам. Патрисия Парк, коллекционер из Нью-Йорка, была в восторге, когда впервые услышала слухи о том, что Макаслан выйдет на виниле. «У меня всего два фарфоровых изделия МакАслан, но теперь, думаю, меня ничто не остановит. Я уже положила глаз на четыре виниловых. Это определённо более доступная упаковка». Почему Парк так нравится МакАслан? «Мне нравится её некрасивость. Они напоминают мне настоящих детей с липкими, покрытыми мороженым пальчиками. Они милые и с добрыми сердцами, но вы бы не захотели, чтобы они сидели на диване в вашей гостиной».

У Грейс О’Хара, коллекционера из Голливуда, штат Флорида, похожая реакция на винил. У неё уже есть фарфоровая кукла МакАслан — Стеффи и Стаффи. О’Хара купила Стеффи, потому что «предпочитает грустных кукол весёлым». Она признаётся, что долго думала, прежде чем купить её. «Она была таким грустным ребёнком. Но потом я поняла, что в детстве грусть приходит глубоко и очень быстро уходит».

Недавно О’Хара приобрела три виниловые куклы МакАслан. «Я купила Синди, Холли и Шарлотту. Шарлотта — моя любимица из-за её ярко-рыжих волос и сжатых губ. Все три виниловые куклы стоят рядом. Кажется, они разговаривают и, кажется, получают огромное удовольствие от происходящего», — размышляет она. «Кроме того, переход художника с фарфора на винил обычно несёт убытки, но не в случае Сэнди».

Художница по куклам была бы рада услышать эту критику. Она и её муж трудились месяцами, чтобы гарантировать отсутствие заметного снижения качества. Единственное заметное различие между фарфоровой и новой виниловой линейкой — это высота. Виниловые куклы имеют высоту 18 дюймов (45 см). «У виниловых кукол точно такие же мохеровые парики, как и у фарфоровых. Готовые парики делали их слишком похожими на всех остальных кукол на рынке. Конструкция их конечностей идентична фарфоровым, за исключением использованного материала, и у обеих мягкие тканевые тела», — утверждает МакАслан. «Я рисую рот и брови первой виниловой куклы, а затем по моей работе изготавливается трафарет. Затем трафаретная печать применяется ко всем остальным куклам этой серии, и они раскрашиваются аэрографом по моему оригинальному рисунку. Однако глаза каждой виниловой куклы я рисую вручную, рисую слёзные протоки, затем подкрашиваю все веки и наношу тени на губы. Поэтому я до сих пор сама прорабатываю такие детали».

Практический подход МакАслан к своим виниловым куклам позволяет ей сохранять этот особый, тщательно продуманный вид. Хотя винил может вызывать ассоциации с безликими сборочными линиями, МакАслан никогда не допустит, чтобы это произошло с её творениями.

Энн Розелл, владелица The Doll House в Эдмонде, штат Оклахома, разделяет добродушие МакАслан. «Сэнди и Джим — два замечательных человека. С ними очень приятно общаться, и характер Сэнди раскрывается в её куклах. У них такой характер, что они вызывают улыбку у меня и моих покупателей».

Розелл продаёт куклы McAslan уже почти пять лет. Она считает, что они отлично продаются благодаря «их реалистичным выражениям». Она предсказывает, что виниловые куклы будут пользоваться огромным спросом, потому что «они выглядят точь-в-точь как фарфоровые. Она ничего не потеряла при подмене, даже в глазах, которые всегда такие выразительные».
Глаза МакАслан всегда выделяются, потому что она вкладывает столько времени и труда в их создание. На создание фарфоровых глаз уходит 12–15 слоёв краски и глазури. Виниловые глаза покрыты пятью–шестью слоями краски и глазури. МакАслан признаётся, что неравнодушна к глазам своих кукол. «Прорисовка глаз — моя любимая часть. Именно глаза оживляют их. Многие коллекционеры передают нам не только выражение лица кукол, но и их ощущение движения. Технически, для этого есть причина. Лица всех кукол несимметричны, и ни одна из моих кукол несимметрична. Глаза намеренно смещены, а рты искривлены — это и придаёт им такую ​​подвижность. Создаётся впечатление, будто они постоянно меняют выражение лица. Когда смотришь на них, твой взгляд подсознательно пытается уловить разницу. Именно твои глаза двигают черты лица».

Многие коллекционеры и владельцы магазинов постоянно используют термин «реальная жизнь» в связи с работами МакАслан. Лу Камиллери, владелица магазина Dear Little Dollies в Беллморе, штат Нью-Йорк, считает: «У Сэнди полностью проработаны настоящие дети. Она вкладывает в их выражения характер. Её куклы милые, но всё же преувеличенные. Это прекрасная коллекция для дома».

В доме кукольницы, который также служит её студией и штаб-квартирой клуба, история её развития как художницы хранится в укромных уголках. Она всегда хранит по одной кукле каждой куклы для своей личной коллекции. «Я храню своих любимых отдельно от каждого выпуска. Иногда в выпуске появляется 50-й номер, который мне что-то говорит. После всех созданных мной кукол, должна признаться, меня до сих пор удивляет, когда я отхожу в сторону и вижу их всех как единое целое. У меня до сих пор возникает странное чувство, что я их не создавала. Они как бы сами себя создали».

Смотрите больше топиков в разделе: Куклы Sandy McAslan (Сенди МакАслан): Precious Heirloom, винил