Старшеклассница
Первого сентября гуляла по городу.
Из школ по домам возвращались дети от шести до восемнадцати — «красивые, злые и несчастные, как анимешные демоны» — моё определение.
Проще всех было готам — выражение лиц не спорило с одеждой.
А это mooqla Лиза-Эльза в аутфите моей работы «на заданную тему».
Аутфит уже давно у другой хозяйки.
А я очень люблю эти сентябрьские фотографии с места, где любят тусовться сбежавшие с уроков подростки.
Пиза
Солнце жжет высокие стены,
Крыши, площади и базары.
О, янтарный мрамор Сиены
И молочно-белый Каррары!
Все спокойно под небом ясным;
Вот, окончив псалом последний,
Возвращаются дети в красном
По домам от поздней обедни.
Где ж они, суровые громы
Золотой тосканской равнины,
Ненасытная страсть Содомы
И голодный вопль Уголино?
Ах, и мукам счет и усладам
Не веками ведут — годами!
Гибеллины и гвельфы рядом
Задремали в гробах с гербами.
Все проходит, как тень, но время
Остается, как прежде, мстящим,
И былое, темное бремя
Продолжает жить в настоящем.
Сатана в нестерпимом блеске,
Оторвавшись от старой фрески,
Наклонился с тоской всегдашней
Над кривою пизанской башней.
Николай Гумилёв 1912
Смотрите больше топиков в разделе: Куклы Мукла (Mooqla) Полины Волошиной: легенды, фото, БЖД
Из школ по домам возвращались дети от шести до восемнадцати — «красивые, злые и несчастные, как анимешные демоны» — моё определение.
Проще всех было готам — выражение лиц не спорило с одеждой.
А это mooqla Лиза-Эльза в аутфите моей работы «на заданную тему».
Аутфит уже давно у другой хозяйки.
А я очень люблю эти сентябрьские фотографии с места, где любят тусовться сбежавшие с уроков подростки.
Пиза
Солнце жжет высокие стены,
Крыши, площади и базары.
О, янтарный мрамор Сиены
И молочно-белый Каррары!
Все спокойно под небом ясным;
Вот, окончив псалом последний,
Возвращаются дети в красном
По домам от поздней обедни.
Где ж они, суровые громы
Золотой тосканской равнины,
Ненасытная страсть Содомы
И голодный вопль Уголино?
Ах, и мукам счет и усладам
Не веками ведут — годами!
Гибеллины и гвельфы рядом
Задремали в гробах с гербами.
Все проходит, как тень, но время
Остается, как прежде, мстящим,
И былое, темное бремя
Продолжает жить в настоящем.
Сатана в нестерпимом блеске,
Оторвавшись от старой фрески,
Наклонился с тоской всегдашней
Над кривою пизанской башней.
Николай Гумилёв 1912
Смотрите больше топиков в разделе: Куклы Мукла (Mooqla) Полины Волошиной: легенды, фото, БЖД






Обсуждение (10)
Она очень пластично вливается в образы. )))))
И я обожаю!
Классные фото!
Спасибо!
*
Это кажется, у Кинчева…
Вроде бы… ))))
Верю.
У Кинчева другая, вспомнила.