Мастерская Йолли Зеф Ир, ученик Рена

— Какие мы с тобой страшные, просто кошмар…
— Ффффф, — обиженно прошипел ЗефИр.
Рикерт протянул руку, и погладил складки шкуры под нижней челюстью ящера. Тот блаженно зажмурил лавандовые глаза и замер.





Люди считали ЗефИра холодным и жестоким, полузверем, боевой машиной, не способной на привязанность, словно дроид и даже хуже дроида. Причем зачастую так считали как люди, увидевшие Зефа в первый раз в жизни, так и те, кто вырос вместе с ним.
Люди были неправы. Зачастую они просто не умели различить, что свою привязанность и теплоту трандошанин проявляет не так, как человек.
Рен не знал… Да и сам ЗефИр понятия не имел, куда летел корабль с его семьей и кем были те т-дошшк — воинами, охотниками или рабовладельцами. И был ли корабль сбит или случилась какая-то бытовая катастрофа теперь узнать было совершенно невозможно; корабль просто рухнул на небольшую планету с единственной маленькой колонией людей, веривших в Хромого Бога. Когда люди добрались до разбитого звездолета, единственным живым существом в нем был детеныш-трандошанин в искрящем неисправном инкубаторе. Он выжил единственный из кладки, а первые два дня, когда маленькие трандошане обычно сражаются между собой за право выжить и за первую победу, ЗефИр вынужден был есть тела своих братьев, так что нашедшие его люди сочли ящера очень плохим.
(Странно, что вообще забрали, а не пристрелили. Наверное Хромой Бог запрещал убивать детей.)
Рен встретил Зефа первый раз уже когда тот превратился в ладного подростка-ящера и не смог сдержать восхищенного «Вот это красавец!», глядя на розовую с рельефным черным крапом шкуру и удивительные глаза. ЗефИр, «победитель» на языке т-дошк, косо глянул на чужака с его молодняком, но не подойти все-таки не мог, очень уж было любопытно. Он вырос среди людей, ежедневно выслушивая, что слишком сильный, слишком груб с окружающими, «холодная кровь», и совершенно равнодушен к чужим бедам, и при этом был самым лучшим охотником злосчастного поселка, самым лучшим механиком и самым лучшим связистом — хуже чем Кардо и Унш, но только потому, что учителя попались неважные. Сам по себе ЗефИр старался стать самым лучшим — самый умелым, самым знающим, самым опытным — так вечные понукания и проповеди извратили обычную для трандошанина волю к доминации над окружающими.
Рен, учуявший в Победителе еще и средней мощности форсера, едва не истек слюной. Тем более, что «холодный» ящер, пусть и не имел привычки обниматься по малейшему поводу, как принято у местных, но дважды отставил от края стола кружку, которую Легерт все норовил снести локтем, а потом размешал Рену сахар в напитке, хотя напиток готовил совсем не он. Его «теплота» выражалась не в касаниях и словах, а в поступках, непривычному в глаза не бросающихся.
Жаль (а может и к лучшему), что прямо в тот вечер ЗефИр не решился улетать с Рыцарями Рена — он хотел пройти церемонию совершеннолетия там, где вырос. Рен обещал вернуться за ним через год… и не вернулся, потому что его тело осталось гнить на камнях забытой Богами планеты.
Год шел за годом, взрослели выжившие Рыцари Рена, и только через семь лет страшно матерящийся физический и материальный Рикерт Рен ободрал с «Искателя» лишнюю зелень, и погнал корабль даже не к бывшим ученикам (теперь ученикам таллза Пушистого, так что еще месяц до встречи потерпят, даже Младший), а к розовому ящеру, которому давал слово. Тем более, что Сила настороженно шевелилась и подгоняла Рена чуть не пинками под зад — что-то с Зефиркой происходило плохое, даже очень плохое.
Сесть на планетку оказалось сложно — там, видите ли, начался сезон гроз.
Поселок, знакомый Рену, оказался пуст, а находка в одном из домов, труп, покрытый голубой ватной плесенью, вызвал у Рена острейшее желание взлетать вот-прямо-сейчас — уж он-то на своем прежнем теле прочувствовал все «прелести» неизвестной и неизлечимой болезни. Но вместо того, чтобы улетать, Рикерт Рен быстрым шагом обошел оставшиеся от поселка строения и потом — здание башни связи. Да, вот там и нашелся Зефирка, синий от плесени. Его, видите ли, воспитатели и прочие сородичи по поселку оставили подавать сигнал для взлета старому кораблю на котором эвакуировались. Вернее, Зеф вызвался подавать сигнал сам, но забирать его никто не собирался.
Ох, как Рен матерился, волнами прогоняя через себя Силу, чтобы не заразиться плесенью самому, и утаскивая пушистого от этой мерзости ящера в корабль. Ох, сколько извел дезынфектора, обмывая по сорок раз на день существо, способное еле-еле шевелиться. Ох, как провонял «Искатель» спиртами и спиртосодержащими снадобьями, потому что неведомую пакость брал в основном банальный С2Н5ОН… И с каким непередаваемым ощущением Рен проветривал кораблик, когда стало понятно, что умирать ящер уже не собирается, а плесень на нем больше не растет. Наверное, именно это разумные называют счастьем.

Так вот, Рен был счастлив, что теперь у него есть такой спутник и товарищ, как ЗефИр, и именно поэтому Рикерт терпеть не мог когда его замечательного ящера обижал какой-нибудь кретин, даже не способный вообразить, насколько старательный из Зефы падаван (а иначе и не скажешь, Зеф с удовольствием называл наставника Мас-стером и чуть преувеличенно его слушался — судя по «Пути джедая» многие мастера древности тоже позавидовали бы)…



Да, признаю честно — Зефа-Зефирка-Зеф Ир мне нравится ничуть не меньше, чем его беспокойному Мастеру.
И не знаю, что он думает относительно меня, но своего Мастера считает самым храбрым джедаем на всю Галактику и старается стать самым лучшим учеником, какой только может быть — он же трандошанин, а трандошане обязаны быть самыми лучшими.

Смотрите больше топиков в разделе: Лепка авторских кукол: полимерная глина, паперклей, процесс