Мисс Бейбики 2018 - Необычная Красота - О Софе и ее маме

Софа — одна из героинь конкурса красоты мисс Бейбики 2018. Мне показалось, что будет любопытно рассказать еще и историю девушки с необычной внешностью.
Первый топик был посвящен родителям девушки:
babiki.ru/blog/konkurs/121401.html
Второй топик — брату и сестре:
babiki.ru/blog/konkurs/121700.html
В новом же рассказ продолжится, и коснется взаимоотношений девушки с мамой.


Спустя годы после развода и раздела детей Елена Николаевна, чопорный нотариус и человек рассудка, встретилась с дочерью. Молодая девушка поразила ее зрелостью, самостоятельностью и рассудительностью. Но признать то, что воспитание бывшего мужа Леонида оказалось достойным, было выше сил женщины. Она восприняла взрослую дочь лишь подругой и наперсницей, с которой можно не таясь делиться любого рода секретами. Мы помним, что именно Софа помогла решиться Елене Николаевне на брак с Толиком. Но даже после этого отношения матери и дочери не охладели, и они нередко гуляют вместе или сидят в кафе обсуждая жизнь. Попыток примирить и сблизить сестер Елена Николаевна не делала, ведь так куда удобнее обсуждать в том числе и Настю.
Прошло два года.

Это аватарка на страничке Насти в социальной сети. Из самой страницы можно было почерпнуть множество информации о девочке: и об крайне негативном отношении к курению, и о том, что она любит котят и несколько современных фильмов и красавчиков из них. Не забыла упомянуть и о музыкальной школе по классу скрипки, а главное, о том, что состоит «в отношениях». Правда с кем — было непонятно.
На этой страничке и появился душераздирающий пост:
Мне плохо!

Всем привет!..
Славные дни, не правда ли? А у меня не славные. Я долго терпела и никому ничего не рассказывала. Словом… папа и мама хотят расстаться. Конечно, Анатолий Владимирович мне вовсе и не папа. Но мне он очень нравился, хоть с самого начала я и была против. Но он ведь такой замечательный!.. И очень красивый. Но они с мамой начали постоянно ругаться. И то, что он лежит на диване. И что ему от жизни ничего не надо. Наезжала чаще всего мама… Но и он не терпел ее, а отвечал…
Я переживаю это уже второй раз. Когда то она расходилась с папой. Но папа был другой. Он не мог постоять за себя. А Анатолий Владимирович может. Из за этого эти скандалы длятся, дляться… Они могут ругаться даже до ночи, мешая всем вокруг.
А теперь они заговорили о разводе. Тихо так, на кухне. Как о решенном деле. Меня, конечно никто не спрашивал и ни во что не посвящал.
Мамааа..!!! Оставь мне хотя бы этого папу!.. Я хочу кричать и плакать, как маленькая. Я не отстояла своего отца, потому что была маленькой. Но этого я хочу оставить дома, со мной. Чтобы мы были семьей, а не какой то ерундой.
Вот и как теперь…
Я так не хочу ни скандалов, ни развода…
Позорище, блин, а не мама..

Друзья не откликнулись на пост. Лишь накидали каких то картинок о том, что нельзя плохо говорить о матери, стихов о том, что мать на свете только одна и однажды умрет, и тогда автор поста обо всем пожалеет. В реальности же у нее был Сашенька. Который слушал ее переживания, терпеливо бродя с ней вокруг одной и той же клумбы, раз за разом. Но и он не мог придумать разумных ответов на такие переживания. Его родители были всегда вместе и обязательно мирились после ссор.


Итак, у Елены Николаевны и Анатолия Владимировича назрел развод. Они разошлись, прожив вместе едва ли два года.
По этой причине Толя отправился искать новую счастливую жизнь, мечтать о собственном самолете, гигантском пентхаусе и новой машине. Развод был мирным и без претензий. Общий детей в этой семье не родилось, общего имущества тоже нажить не успели.


Новый эпизод. Мамин праздник.

Развод между Еленой Николаевной и Толей все-таки произошел. Елена Николаевна прошла процедуру гордо, и все время испытывала эмоциональный подъем. До разговоров с дочерью в процессе она не снисходила. Ей казалось, что она и так понимает все что нужно. А сверх этого информацию давать и ни к чему. Наконец, процедура была позади. И Елена Николаевна торжественно пригласила дочь в хороший ресторан, отпраздновать это событие. Были заказаны дорогие изысканные блюда, а Настю мама нарядила в парадное платье.
Но девочка не радовалась маминому «празднику». Она сумрачно облокотилась на кресло и старалась отвернуться как можно дальше от матери. В ее понимании она разрушила семью, уже в который раз. Во всех семейных драмах она винила только ее одну. Сейчас ей казалось, что даже на первый развод, с настиным отцом, у нее раскрываются глаза.
— Ну что, дочь, теперь мы снова одни. Мы свободные люди и дальше можем стоить свою жизнь, — спокойно и примирительно сказала мама.

— Посмотри на меня, — продолжила она, а Настя села прямо и со вздохом посмотрела на мать, — Ты не должна переживать из за нас с Толей. Из за Толи тем более. Он тебе не отец, он просто случайный человек в нашей жизни. Да, у нас с ним действительно была любовь. Но того взаимопонимания больше нет. Я, пойми, дочь, я верила, что это теперь навсегда!.. Может быть, я совершила где-то ошибки, где то не думала о тебе. Но сейчас я хочу забыть об этом и начать сначала. Начать именно с тобой вместе, поэтому мы и тут.
На мне больше нет кольца. Может быть, ты не знаешь, но я отдала этот кусок золота на благотворительность. На сирот. Вот так я хочу начать наш новый мир. Уютный мир, где я смогу больше уделять внимания в первую очередь тебе, Настенька. Ведь ты не глупая девочка, и давно видела, что с Толей ничего не получилось.

— Да, мама, — выдохнула Настя с облегчением. И, наконец, опустила глаза на поданное блюдо. Это был замечательный легкий фруктовый салат в розоватом домашнем йогурте. Кроме того, он был подан в совершенно необычной тарелке. Тут было от чего забурлить в животе под розовым платьем в блестках. Насте стало легче. Мама любит ее, мама все делает ради нее – так давно ее не посещало это чувство взаимопонимания и любви с мамой.
— Выглядит неплохо, правда?, — кивнула Елена Николаевна на салат, приступая к еде.
Некоторое время они занимались им молча

— Но все же, как? Я не могу понять, как вообще люди умудряются жениться, любить. А потом расставаться. Ведь если любовь есть, то она и есть. Куда все девается у таких людей?.. Мне грустно. Грустно, что это всегда так бывает. А Толя – он был все таки похож на настоящего папу, мне нравилось с ним быть. Мама, почему?.. Почему люди всегда расстаются?, — говорила она, чуть ли не со слезами вспоминая Сашу. Вспоминая. Что они давно не виделись и что его мобильный постоянно отключен. А на него странице в соцсети поселилась печальная надпись:

Мы обнаружили на странице Нюниуса подозрительную активность и временно заморозили её, чтобы вырвать из рук злоумышленников.
Если у Вас есть возможность связаться с Нюниусом, сообщите ему, что его страница в безопасности, но нуждается в разморозке.
Настя честно пыталась связаться. Но телефон то был тоже недоступен.

Елена Николаевна с интересом смотрела на повзрослевшую дочь. Ей казалось странным, что она может говорить такие взрослые и прочувствованные вещи. В голову закрадывались мысли о том, что Настя – уже не тот ребенок, которого нужно постоянно пасти и покупать новые трусишки. Что Настя превращается в девушку.
— Это ошибки, доченька, — сказала она нежно.
Настя вопросительно взглянула на мать, в глазах как будто закипали слезы.
— Их все совершают. И ты совершаешь, мы же люди. Люди могут совершать ошибки. Никто не идеален.
— Но я любила его.
— Толика?, — нахмурила лоб мама.
— Да нет же, — нетерпеливо тряхнула головой.
— Ты сможешь общаться с ним, если захочешь. Другое дело, что нужно ли тебе это? Толя – чужой для тебя мужчина. Молодой мужчина. Кроме того, он говорил, что планирует уехать в другой город.
— Нет. Моего парня. У меня ничего не получается.
— Получится, маленькая моя. Другое дело, чего ты хочешь? Сейчас тебе рано думать о замужестве. Поэтому я не понимаю, в чем дело? Если не получается с этим мальчиком, то просто брось его и все. Тебя никто не станет за это ругать. Это не будет плохим поступком. Расставаться тоже нужно уметь. Я имею ввиду, расставаться вовремя и без лишних слез.
Настя только горько покачала головой. Ей не хотелось продолжать этот разговор. И они просто вспоминали хорошую жизнь с Толиком. Как они встретились с мамой, как Настя впервые узнала о нем. Как постепенно они подружились. Словно перелистывали семейный альбом с красивой историей. Только история уже закончилась. И повторить ее можно было только в собственном воображении.


Многое перевернулось в мире Насти. Образ мамы, словно бы перестал быть идеальным. Вдруг сомнению подверглись ее решения. Нужно было многое переварить и о многом передумать. Как была, в торжественном платье, она бросилась на свою кровать. Почему то не давали покоя мысли о папе, которого столько времени она звала «бывший папа». Он не был идеальным человеком, это правда. Но Насте стало вдруг больно за него. Вдруг не по себе от того, что и он, может быть, до сих пор любит ее маму. А она просто восприняла его очередной своей «ошибкой». Настя нашла в телефоне его номер. Он когда то просил записать, когда приходил в гости. Правда, это давно было, еще до появления Толика. Но номер оказался рабочим…
— Слушаю, — немного встревожено ответил Леонид, он не знал номера Насти.
— Здравствуй, папа, — голос Насти запинался и дрожал.
— Кто это? Сонечка?
— Нет, папа, это Настя. Настя!
— Какая? — почти в раздражении.
— Ну, Настя, папочка, твоя Настя.
— Настенька…
— Понял?
— Конечно. Что же тебя заставило вспомнить обо мне?
— Прости меня. И маму прости. Прости, пожалуйста. Я много думала о тебе сейчас и поняла, что…. Что очень перед тобой виновата!
— Что ты такое говоришь? Ты ни в чем не виновата. И мама тоже. Я очень люблю и тебя, и маму.
— Любишь?
— Конечно. И всегда о вас переживаю.
— Больше, чем Софку?
— Нет.
— Почему? Ведь если ты любишь меня, то ее любить не должен. Она такая ведь гадкая. Я тебе могу такое рассказать и про нее, и про эту ее подружку-готушку.
— Не надо. Вот этого не надо. Я ценю, что ты помнишь обо мне. Но Софа – тоже моя дочь, как и ты. Она твоя сестра. Не нужно пытаться ее очернить.
— Не поверишь?
— Не поверю.
Повисло неловкое молчание.
— Настенька, ты тут? Расскажи лучше про себя что-нибудь. Чем ты увлекаешься?
— Не буду, — буркнула полная обиды Настя.
— Как неловко вышло. Может быть, нужна какая то помощь?
— Нет. Ничего не нужно. Вообще пока, -и она сама положила трубку.


Леонид был так рад этому звонку. Настя вспомнила о нем и сама позвонила. Конечно, до последнего оставались подозрения, что это мать, зачем то подослала ее. Но она говорила так тепло и искренне, что отцовское сердце согревалось. Он готов был мчаться туда, где она. Решить все ее проблемы и закидать подарками, только за то, что дочь вспомнила о нем. Даже если не сама. Но как же неловко закончился этот разговор!.. Девочка погрязла в обсуждении других, в женских интригах. Неминуемо в голову приходило сравнение: Софа никогда не позволяла высказываться в резком ключе о других людях. И никогда не передавала сплетен. У них с отцом это было просто не принято.


Спустя несколько дней...
Елена Николаевна ожидала встречи после рабочего дня. Встреча была важная. Постукивание наманикюренным пальчиком по обшивке дивана выдавало волнение женщины. Она пришла несколько раньше времени, в тот же ресторан где праздновала свой развод. Тут она перевела взгляд синих глаз на дверь заведения – она в очередной раз открылась, пропуская…

— Долго ждешь?
— Не особенно. Присаживайся, поговорим, — и женщина раза два стукнула рукой по месту рядом с собой.

Софа удобно плюхнулась на диван. Взгляд выражал усталость и нетерпение.
— И как тебе это удается?, — Елена Николаевна, казалось, оценивающе смотрит на дочь.
— Чего-чего?
— Выглядеть так стильно. При всей дикости, вон, этой сумки, — она кивнула на гробик, который Софа все еще нежно обнимала, не решаясь пристроить рядом.
— Не знаю, просто я знаю, что мне идет, — девочка пожала плечами, как бы смущаясь.
— Даа… Насте такой никогда не стать. Ведь я так и покупаю ей одежду. Сложно. Сложно мне представить, во что она вырядится, если я отпущу ее одну по магазинам.
— Так и отпусти, а?
— Посмотрим. Я, кстати, заказала нам пиццу. А пока можно развлечься коктейлями.

Елена Николаевна взяла свой коктейль, как бы приглашая последовать ее примеру.
— Но я тебя, зачем позвала?.. У меня опять намечаются крутые перемены. Конечно, про мой развод ты уже в курсе. Это для тебя не новость. Я тебе благодарна за все, что ты делала для нас с Толей. Но он оказался, увы, и снова не моим мужчиной. Слишком пресный. Серый. Скучный. Обычный, — от этих резких слов у нее пересохло в горле, и она сделала большой глоток холодного коктейля. Льдинки качнулись и звякнули.

Софа протянула руку к коктейлю. Все-таки ей было неловко пить с мамой. У них давно сложились неформальные отношения. Но каждый раз это резало восприятие.
— Так что же тебе нужно?
— Баланс сил, Сонечка. Понимаешь? Здоровая середина.
— Это сложней всего. Как правило, именно середины в природе не существует. Ты можешь найти любое отклонение в человеке. Любое. Оно может быть заметным, или едва ощутимым. Но будет. В человеке и в отношениях. Так что ты ловишь воздух руками.
— Ты говоришь очень умные вещи, но… я запуталась.
И женщина уткнулась в дно коктейля, словно среди кусочков лайма хотела найти ответы.

— Я вообще тебя теперь не понимаю. Папа для тебя был витающим в облаках. Мы с тобой это уже по сто раз обсудили и закрыли тему. Ты не любишь творческих людей. Да мало кто их любит, в самом деле!.. Они может говорят, что любят. Да только жить с ними под одной крышей не смогли бы никогда.
— А как ты живешь?
— Я это я. Для меня это большая закалка на будущее. Я это так и воспринимаю теперь. Любить и беречь – и может быть мне придется быть рядом с кем то еще более сложным. Но речь о тебе в конце — концов.
— Да, да. А Толик чересчур простой. Но мне снова кажется, что я нашла себя. Это все не просто так, развод этот. Мы жили бы и дальше под одной крышей, он мне не мешал, в конце — концов. Да и Насте полезен образец хотя бы, какого то, дядьки под носом. Но я встретила мужчину. Еще… очередного, наверное… — голос женщины скатился в глухую неуверенность.

Тут хорошенькая официантка принесла пиццу. И улыбчиво скрылась. Дыхание Софы перехватило изумление. Она даже не удостоила взглядом кулинарное чудо.
— Как мужчину? Да сколько можно? Сколько их уже: мой папа, потом Толик. Нет, сначала был вообще Джек. – сглотнув, она стала загибать пальцы, больше половины пальцев одной руки оказались прижатыми к ладони.
— Ты презираешь меня?
— Не знаю. Это, по крайней мере, глупо.
— Еще ничего не решено. Мы просто встречаемся. Послушай, Софа, он не так плох.
— А Толя был просто идеалом…
— Нет, нет, никаких розовых сопелек. Он вдовец, довольно состоятельный. Человек творческий, фотограф. Но при этом без перегибов и полетов диванной фантазии. Прагматичный делец, но с душой. Кроме того, он умеет вертеться по жизни. У него трое детей, трое!.. И он поднимает сейчас всех троих. Совершенно один. Деткам нужна женская рука, в конце-то концов. Я смогу пожалеть бедных крошек, им всего то по девять. Это близнецы.
— Тройняшки, что ли?
— Нет-нет, там еще старшая девочка. Ровесница вам с Настей.
Атмосфера диалога нормализовалась. Елена Николаевна больше не оправдывалась перед Софой за нового мужчину. И они приступили к пицце, продолжая обсуждать новую жертву обольстительного нотариуса.

Смотрите больше топиков в разделе: Новости конкурсов: план на год, анонсы и награждение