Архивы Эдельвейса. Файл №3. Абберация

Файл №3. Абберация
ᐊ Файл№2 | Файл№4 ᐅ

Взломы программы симуляции не остались без внимания. Вскоре после этого у проекта сменился куратор, а с ним и привычный порядок вещей.
Куратор мог позволить модификанту потерять сознание в симуляции, не торопился с выгрузкой и медосмотром, а если тот не справлялся с заданием, мог прибегнуть и к физическим наказаниям. Он аргументировал превышение полномочий необходимостью поддерживать дисциплину.

А на самом деле просто отыгрывался на подчинённых, боясь потерять эту должность, навлечь на себя гнев начальства и провалить ответственное поручение: Шаттл вышел на старые разработки Эдельвейса, подобравшись близко, как никогда. И сейчас им нужна была борзая для охоты на редкого зверя. Которая будет играть до конца, потому что проиграть нельзя. Именно такую борзую и вверили куратору: пора было выпустить Игрока за пределы симуляции.
***
Неподалёку от третьего сектора СТА, куда никто в здравом уме бы не направил своих людей или технику, был замечен посторонний.

Там, среди заброшенных корпусов сарданского НИИ, откуда во время катастрофы не вывезли всё имущество, был эпицентр аномалии, во время инцидента выплеснувшейся далеко за пределы городка. Сталкеры из местных исключались: мощные электромагнитные искажения аномальной природы не пускали к корпусам даже зверьё и выводили из строя технику. Только растения там приживались вопреки всему.
А значит, это мог быть настоящий спектрал, которые за недостатком подтверждений уже считались очередным мифом Эдельвейса.

Мифом и ключом к сейфам некогда могущественной корпорации. Особым ключом: захватить живого спектрала не под силу даже обученному бойцу с улучшениями. Он ускользнёт сквозь пальцы как вода, как призрак, чей информационный шлейф, существующий доли секунды, способно уловить, схватить, как за хвост, стабилизируя генерируемую спектралом абберацию, лишь другое порождение Эдельвейса. Его суперсолдаты. Среди которых были Игроки. Те самые борзые, созданные в своё время для охоты на спектралов. Попадая в поле искажения, вызываемого спектралами перед прыжком, они должны были стабилизировать и блокировать его. Также были и разработки оружия, способного временно глушить спектралов, ведь, когда проект СПЕКТР потерпел крах и разработка вышла из-под контроля, потребовались меры зачистки. Но среди обезумевших призраков были и те немногие, кто якобы сохранил рассудок и прятался от корпоратов в покинутых после катастрофы деревнях. Для них не существовало никаких преград и они могли помочь остаткам Эдельвейса продолжить свою работу, а Шаттл никак не мог этого допустить.

Это была первая охота. Игрок должен был выследить жертву, оглушить её и доставить живьём командованию.
Некоторое время он бродил по территории комплекса, растерянно сжимая в руке пистолет. Привыкший работать исключительно с техникой и программами, Игрок не имел никакого представления о том, как объект должен выглядеть и что именно с ним делать. Сейчас, ведомый протоколами борзой, он полагался лишь на ощущения и рефлексы. И чем глубже он пробирался к постройкам комплекса, тем ощутимей становились неприятные мурашки, вызванные нарастающей электростатикой. Начинала кружиться голова. Похожие ощущения он испытывал от излучения рамок и сканеров при медосмотрах.
Сейчас модификант был внутри действия поля аномалии, и физически ощущал, как оно сгущается и усиливается ближе к зданию, точно зависшая над ним грозовая туча. Идти туда отчаянно не хотелось, так как он опасался, что не выдержит напряжённости поля. И решил обогнуть корпуса, зайти с другой стороны, что было нарушением инструкции.

Реакция куратора не заставила себя ждать. Модификанту перехватило дыхание, тело вдруг стало деревянным. Его вывели прямо к зданию его же ногами, рискуя сломать кости и порвать жилы. Он ощутил себя марионеткой, лишённой силы противиться кукловоду. А затем, когда в глазах уже начало темнеть, его точно вышвырнуло из невидимого пузыря. Он прошёл лишь потому, что они лишили его как страха, так и воли командным протоколом. Незримым ошейником хватающим за горло, стоило лишь куратору пожелать этого. Борзая должна быть послушной.

Не успев перевести дыхание и осмотреться, Игрок уловил новое искажение в полях аномалии. Более локальное, концентрированное, и как будто даже приближающееся в его сторону. Он замер, фокусируясь на ощущении.
Куратор, тем временем, должно быть, предвкушал победу.
Цель.
Борзая почуяла дичь.
***

Отец запрещал ей лазить сюда. Впрочем, всё, что он мог сделать — это запретить. Слова были тем немногим, что могло послужить ей преградой, но дело принимало серьёзный оборот. Шаттловцы зачастили совать свой нос на территорию НИИ в попытках подобраться к библиотекам, надёжно защищённым аномальными полями. Сестра видела солдат недалеко от третьего сектора на прошлой неделе. Надо бы перетаскать оттуда уцелевшее оборудование и дата-носители, пока они не придумали какие-нибудь очередные подавители и убедители.

Встречи с солдатами Шаттла Глитч не боялась: напрямую в аномальные пятна они не сунутся, а если и попытаются её достать, она уйдёт из-под носа, мелькнув и оставив им вспышку помех.
Однако увидеть кого-то живого прямо возле стен здания она никак не ожидала. Здравый смысл говорил убираться, пока её не заметили, но любопытство пересиливало: незваный гость был в эдельвейсском комбинезоне.

Игрок замер, ощутив на себе чей-то взгляд. По хребту снова побежали мурашки, от статики закололо кожу. Похоже, объект сам вышел на него?

Чувство опасности шевельнулось вновь, и она медленно попятилась назад. Предательски треснула ветка.
Сидевший на бревне модификант мгновенно оказался на ногах. Он ещё не обернулся, и она метнулась в прыжок, но было поздно. Пространство не разложилось привычным спектром. Что-то словно помешало уподобиться молнии. Точно она влипла в паутину.

Он ощутил структуру поля, его шлейф, и, подключившись к нему, смог замкнуть его контур, чтобы не дать высвободиться энергии, необходимой для прыжкового импульса, переключить его на себя. Всё это заняло меньше секунды, как при обычном сетевом взломе. Это было похоже на погружение в холодную воду. Первые мгновения надо привыкнуть, затем неприятные ощущения уходят на задний план. А ещё было странным, непривычным и неправильным так взламывать и брать под контроль не технику, а разумного человека. В то же время он действовал по внутреннему алгоритму. Так, точно проделывал это не первый раз.
Капкан захлопнулся.

Вот теперь ей вдруг стало страшно. Но она быстро взяла себя в руки, смело взглянула в жёлтые глаза охотника. Тот поднял оружие, но будто бы засомневался — или ей показалось? Ждёт дальнейших распоряжений? Тянет время? Она с интересом разглядывала его.

Игрок уже собирался выстрелить, с такого расстояния он бы не промахнулся, даже если она рванёт в сторону, но вдруг замешкался. Что произойдёт? Чем заряжено оружие? Одно дело стрелять в мишень или в атакующего противника. Другое — когда перед тобой безоружный, который даже не пытается бежать. Почему он задумался об этом вообще? Надо выполнить приказ!

Он не смог объяснить, что произошло дальше. Потому что она вдруг заговорила. Опередив на этот раз его на долю секунды, когда палец уже напрягся на курке.
— Подожди. Ты правда прошёл сюда через абберацию? Никто не может этого сделать! Как ты прошёл?
Голос врезался в сознание. Гипнотический, как и взгляд голубоватых глаз, будто бы разных по цвету. Как она это делает?
— Прошёл по твоим следам! И сейчас ты пойдёшь со мной!
Она уловила скрытую за жёстким тоном неуверенность. Агрессия часто является признаком страха. Но кого он боится? Не её же?
— Ты не похож на солдат Шаттла. Они другие. Ты похож на пилотов, о которых рассказывал мой отец. Ты пришел меня забрать, да? Они заставляют тебя работать на них? Ты выглядишь устало.

Фразы каплями транквилизатора растекались по оголённым нервам. Почему ее голос, тон ее речи, действует на него вопреки всем протоколам? Рука немеет и он убирает палец с курка. Что происходит? Никто никогда не говорил с ним так дружелюбно и будто бы участливо. При этом не испытывая страха. Да чёрт возьми, никто никогда не общался с ним по-человечески!.. Но это объект операции, добыча, она не должна так себя вести! Она должна убегать или сопротивляться, а не задавать вопросы! А она подходит ближе, улыбается. Что-то блестит.
— Если ты прошёл через аномалию, значит, ты можешь уйти от Шаттла, — хитро произнесла она, щуря разноцветные глаза.
Проклятие!
Блеск металла врезался в сознание вместе с голосом. Точно его взломали.
Гипнотизирующий кулон. Игрок попытался не смотреть на него, ощущая, как внимание его плывёт, и вот-вот ослабнет удерживающее поле.
— Им нужен ключ. — вдруг выпалил он и осёкся.
— Ключ? — девушка вопросительно склонила голову и чуть заметно улыбнулась. Затем, поймав взгляд собеседника, тронула висящее на шее украшение.

Чёртов кулон. Этот странный цветок. Кажется, он значит нечто важное. Настолько важное, что Игрок, вопреки всем протоколам, медленно опускает пистолет.
Эдельвейс.
— Ключ от архивов! И это ты. Я должен принести им ключ. Беги. Убирайся отсюда.
Он сделал над собой усилие, прекращая искажать поле, отпуская невидимые нити.
Но она не уходит. Склоняет голову набок.

— Они не посмеют сюда придти! — Она выдержала небольшую паузу, и её зрачки расширились от внезапного понимания. — Ты тоже… Ты из Эдельвейса? Ты из наших! Ты можешь к нам придти, если хочешь. И…
Виски неприятно закололо, и модификант вздрогнул, услышав её голос в собственном черепе.
«КЛЮЧ У ТЕБЯ! ОНИ НЕ ДОЛЖНЫ ЗНАТЬ!»

Искажение слепит глаза, сдавливает виски, судорогой прокатывается по телу. Игрок успевает лишь осознать, что её больше нет рядом. Прыжок действует на него, как электромагнитный взрыв. В глазах мелькают цветные точки, ноги не слушаются, а затем уже знакомое чувство перехвата контроля собственным телом дёргает его прочь.

Командный протокол металлическим привкусом жжёт в горле, холодными мурашками вцепляется в хребет. Впереди мелькают смутные фигуры. Похоже, предстоит готовиться к худшему.
— Объект Кси-четыре! Какого дьявола цель не отработана?! — раздраженный голос командующего вибрацией отдался в костях. Игрок не ответил. Он едва удержался в сознании от перегрузок и усталости, зрение не фокусировалось.
— На базу. Босс шкуру спустит за провал!
Транспортная капсула, инъекция, забытие.
Он не знал ни куда они ездили «брать цель», ни сколько времени там пробыли, ни сколько заняла дорога. У него снова крали часы и отнимали память.

Длинный и тяжёлый выезд закончился в карцере.

Смотрите больше топиков в разделе: Фотоистории с куклами BJD (БЖД): сериалы, комиксы, сюжеты