Печать смерти (18+)

Немного ранее...

Качало. Ксану слегка подташнивало с непривычки, но жаловаться она не хотела.

— Что у вас стряслось?- спросила она, едва берега Новомаковки растворились, и чайку со всех сторон объяла пенная морская панорама.



— Увидал баро суть невесты своей. Случайно открыл всю правду, уж венчаться хотели ехать. Использовала его девка.

— Использовала? Это зачем?



— Мы из зажиточных… Понимаю, тебе не верится, цыгане же как-никак. Инморы — бережливое племя, притом за золото не держатся. Другие трясутся над каждой цепочкой, а наши по сто раз продавать или перепродавать могут, если выгодно. Скопили капитал… Девку эту мамка ещё в детстве настропалила: ищи где мужик побогаче! Зацепись! Оседлай! Сделай так, чтоб дышать без тебя не мог! Она и постаралась. Уж так влюбила в себя нашего, он все прежние любови напроч забыл… Пытались сёстры глаза ему открыть, ведь видели все, что не сам он девке нужен… Впустую. Он мальчик честный, согрешил с нею до свадьбы- так уж не отступался. И вот, накануне венчания, как приехал Богдан…

Радмила наклоняется к уху тёти Ксаны и что-то приглушённо шепчет. Та схватывается за голову. Видала тётушка на своём веку вертихвосток, ох видала. Но таких циничных…



— … Её теперь уж нет на острове… Везли в город арестанткой, вместе с Богданом. А в порту пришёл приказ: отпустить! Оказалось, Петша той порой записку королеве прислал: невеста невиновна, вина его… Сам больной лежит, а гляди… Вон как любит свою Ловису.

Ксане жаль мальчика. Жестоко и несправедливо обошлась с ним жизнь! Но отчего понадобилось срочно вызывать артисток домой? У них, можно сказать, судьба фильма решается, для обеих это первая большая роль… Бросать всё и мчаться, сломя голову, утешать старшего брата?.. Ксана начинает подозревать, что ей чего-то недоговаривают. Об этом говорят и поджатые губы тётки Радмилы, и взгляд, которым она обменялась с Леонтием.

… Когда спустя шесть часов чайка подходит к берегу острова, бедная Ксана уже не знает, какого она цвета: синего? Зелёного? Сер-бур-малинового?.. Ох и уболтало…



Тем не менее, она храбро улыбается, подходя к цыганскому лагерю. Её привезли сюда в надежде на помощь и совет, нельзя тут же раскисать и кульком валиться на тахту… Тем более, что… тут вообще есть тахта?.. Одни пёстрые шатры кругом.




— Как больные? — С тревогой спрашивает Радмила, едва расцеловавшись с родственниками.
— Тот — дрыхнет… Двигал сегодня ногой, так что, я думаю, нет там перелома. Максимум- трещина.- Буркнула деловито снующая вокруг костра девушка с длинными косами.- А вот Петша- плохо. Не ест…
— Садитесь, покушайте хоть вы! Ведь с дороги…



— Кормите гостьюшку, — Радмила направилась к шатру, что побольше.-Я — к Петшеньке.
— Нет уж,- Вмешалась Ксана,- иду с тобой! Зря что ли торопились? Поглядим вместе, как и чего…




В шатре было четыре человека. Арестант, спящий в углу на коврах, цыганка(одна из тех, что первый раз встретили Ксану на чайке), угрюмый мальчонка и молодой парень, безучастно смотревший куда-то в пространство. Вроде бы спокойным был его взгляд, лицо… ну ничего такого в нём… Но почему-то при взгляде на это лицо стало Ксане страшно. Будто, ну… ну глядишь на человека, а он и не человек, а тень уже. Чашка кофе, стоявшая подле парня, давно опрокинулась, каша остывала нетронутая.
— Что это?- простонала тётушка, дёрнув за рукав спутницу.



— Печать смерти,- Печально шепнула Радмила.- Видела когда-нибудь такое?
— Ооот мамки слыхала…
— То-то… С моим мужем было, когда уж неделька оставалась… Я и не знала ещё, что оно означает. Сгорает человек, бывает, за пару дней… Нам ещё повезло. Сегодня глаза открыл-стало быть, есть время…
— Время… А разве… Можно вытащить?..
— Старые люди говорят, обречён тот, на ком Печать… Но не побороться?.. — Она сбросила с себя гнетущую мысль, быстрыми шагами подошла к больному:
— Как ты, сынок?



— Нн-ничего,- Парнишка отвечал будто едва понимал, что именно спросили.- пустяки, это… Не стоит, тётя. Уж и не понимаю, что это было: пошлая комедия? Водевиль? Настоящая страсть?
— Не прикидывайся. Все видели, как она тебе дорога… Вот что, — Радмила повернулась к мальчонке и менявшей компресс на голове арестанта Латиффе:- Сходите погуляйте, молодёжь! А мы потолкуем.



Она уселась рядом, пристально всмотрелась в лицо обречённого:
-Тебе бы выговориться, родной… Меня при вас не было, когда судили да рядили, кто виноват, да когда с Михеем ссора вышла… И не знаю точно, от чего так больно тебе. Излей душу.
Он долго молчал, и сперва Ксане казалось — не заговорит. Но слова полились внезапно и неудержимо. Разыгравшаяся драма предстала перед гостьей во всём своём бесстыдстве и безобразии.
-… Когда Богдан кричал, что моя невеста пыталась его соблазнить, я сперва подумал- ошибка… Она порой любила странно шутить… А Богдан- мужик серьёзный, может, просто не понял…






-… Потом поверил. Поверил, но не хотел разрыва. Уверен был, погорячилась! Минутная слабость… Может быть, жалеет сама… Во всяком случае, это — её переменчивое настроение, страстная натура… А то, что между нами- настоящее, ведь я знаю… Семья не примет?.. Значит, придётся уйти из семьи… Я готов… Ей сказал, всем нашим сказал и пошёл собирать пожитки…



— … вошёл. А там, в шатре — Ловиса… И вот он…- Петша махнул рукой в сторону храпящего арестанта и опустил голову.




Казалось, прямо здесь прозвучал насмешливый голос «жрицы любви», поднявшей на жениха дерзкий, беспощадный взгляд:
— Ну вот… все точки над «и» расставили.




— Тяжело пережить предательство,- раздался в повисшей тишине спокойный Радмилин голос.- Но надо. Надо ради тех, кому ты ещё нужен! Оглянись… Ведь мы с тобой. Нас много, и все- мыслями рядом… Все хотим, чтобы ты одолел тоску.

Он и так это знал. Но что-то мешало сделать последнее усилие, стряхнуть повисшую над ним тень…

— Может, покушаешь всё-таки? Ну хоть чуть-чуть?..
— Оставь,- Петша резко тряхнул головой.- Не лезет. Я… потом.
— Две ложечки?
— Мутит, тётя.- Он поморщился.- Сказал же, не приставай с едой.
— Да что ж это такое!- Наконец не выдержала Ксана.- Али ты маленький совсем?! Тётенька измучилась уговаривать, а он всё нос воротит! А ну-ка, милый, открой ротик! За папу!




Оторопевший Петша машинально повиновался.
— Ам! Теперь за маму! Мамку твою как звали?
— Тсэрой…
— Вот, давай-ка… Чтобы с облачка смотрела на сыночка и радовалась! А то, ишь!.. Рано к ней захотел!.. И лучше не капризничай, веселей дело пойдёт. Сейчас кашку съедим, сразу настроение улучшится. Может, и поспишь ещё, а на свежую голову думается лучше! А то сидишь целый день, как сыч…
— А вы простите,- Петша, не сумев увернуться, проглотил ещё ложку каши,- Вы ккто?..
— Считай что приёмная мамаша. Так что, покуда не придумал, что возразить, придётся меня слушаться!




Петша не придумал. А может, просто не старался. Напор тёти Ксаны сначала сбил его с мыслей, потом рассмешил. После завтрака он и правда заснул часов на пять. До вечера прошутил с обеими тётушками. А ночью рядом с ним снова не было никого… И кажется, страшное, нависшее над ним, воспользовалось этим временем.




— Сознание уходит…
— Петша! Эй! Петша! Поговори с нами!
— Брат, не отключайся… Может, врачей из Новомака вызовем?
— Не успеют доехать…



— Выйдите все.- Радмила побледнела как снег. Голос звучал повелительно, резко.- Семь трав принесите. Воду ключевую… Из водостока не набирать. Сбегайте к источнику! И свечей побольше…

— Шатёр спалишь…
— Не до шатра сейчас.





Продолжение следует...

Смотрите больше топиков в разделе: Игровые куклы разных производителей (Разное): редкие бренды, новинки