Гори.гори.ясно...

Всем кто читал мой рассказ «Таежные игры», «Предатель», сказки " Куриные истории" и «Каникулы феечки» Представляю вам свою новую повесть.
Часть 11

Алексей вернулся домой один. Войдя в дом, он посмотрел на Персея, который лежал перевязанный на своем коврике. Собака подняла голову, повиляла хвостом, но не встала. Не раздеваясь Алексей подошел к шкафу и достал бутылку. Налил рюмку и залпом выпил. Позже он долго лежал на диване с открытыми глазами. В голове вперемешку мелькали сцены аварии, знакомство с Тоней, похороны. Свою жену он почти забыл. Он очень старался запрятать все воспоминания подальше в самый дальний угол. И теперь с трудом вспоминал свадьбу. После похорон он уехал на строительство электростанции. Ему было так больно и чтобы пересилить и заглушить эту боль, он лишил себя всякого комфорта и уюта. Было очень тяжело работать в дождь и мороз. Алексею хотелось истязать себя и подавлять, как старцы, которые надевали на себя власяницы. Это такая грубая и жесткая одежда из шерсти, которую надевали на голое тело. При носке она сильно кололась и доставляла жуткий дискомфорт. Еще они стегали себя розгами и ходили босиком по снегу. Он с удовольствием бы себя отстегал или исполосовал ножом. Если бы его кто-нибудь убил — он был бы рад. Переболев и постепенно возвратившись к обычной жизни, он долгое время никого близко к себе не подпускал. Были просто одиночные встречи и непродолжительные общения. И вот теперь Тоня. И он опять виноват… Как все исправить пока он не потерял ее? А может уже потерял… Простит ли она его?
Алексей приходил навещать ее в больницу. Она лежала бледная и молчала. На вопросы отвечала «да» или «нет». Видя, что Тоня не готова вести диалог, Алексей замыкался. Когда ее выписали, он привез домой на такси, хотя больница была недалеко. Усадив ее на диван, Алексей поставил чайник. Персей, увидев свою хозяйку, поднялся со своего коврика, прихрамывая и виляя хвостом медленно подошел к Тоне.
— Моя собака! Персюшка! — гладила его Тоня. – Как ты тут без меня? Мой мальчик! Как ты себя чувствуешь? Как твоя лапка?
— Как видишь. Хромает немного. А так выздоравливает. Рана совсем затянулась. Можно уже не перевязывать. Аппетит хороший. Гуляет в палисаднике под моим присмотром.
— Спасибо тебе Леш. – Тоня отпустила собаку и та легла около дивана, положив морду на ее ногу.
Алексей заварил чай и поставил перед Тоней переносной складной столик. Пока она пила горячий чай, Алексей сидел рядом и рассматривал ее. Бледная и похудевшая, она еще больше стала похожа на лесную нимфу. Он принес пакет с курагой и хурмой.
— Вот купил тебе, как врач рекомендовал. Будем гемоглобин повышать.
— Спасибо. – Тоня улыбнулась.
— Антонина, ты почему мне про беременность ничего не говорила? — осторожно спросил Алексей.
— Я сама не знала. Не было никаких задержек. Так бывает.
— Ты сможешь меня простить? – спросил он дрогнувшим голосом.
— Леш, ты ни в чем не виноват. – Тоня держала кружку двумя ладонями.
— Виноват! Надо было найти деньги и отдать этому уроду. – психанул Алексей.
— Это ничего бы не решило. Он их прогулял бы и опять к тебе пришел.
Алексей помолчал.
— Наверно ты права. Я тоже так полагал и что вышло?! Больше я вас одних не оставлю. Буду провожать и встречать тебя с работы.
— Что всю жизнь? А он может еще что-нибудь придумать. Например- спалить нам дом.
— Я виноват в смерти моей жены и в том, что с тобой случилось. А на него я напишу заявление в полицию.
— Ты не виноват. Это был несчастный случай. Виновен тот водитель. Он же хотел проскочить на желтый. Бутылка пива, это не бутылка водки. И потом свидетелей нет. Никто не видел, как тот меня ударил. Мы даже не знаем, как его зовут и где он живет. Это не выход. Только еще больше разозлишь его.
— Убью эту тварь! – Алексей ходил по комнате. – Тебе надо уехать отсюда.
— Опять?! Я не хочу никуда уезжать отсюда! Есть другой способ. – Тоня сделала большой глоток чая.
— Какой же?
— Тот наш дом в деревне.
— Что ты хочешь этим сказать?! – Алексей остановился и смотрел не нее.
— Их надо заманить туда в полнолуние.
— Антонина! Это же убийство! – опешил он.
— Ты только что хотел сам это с ними сделать. Или ты предпочитаешь, чтобы они убили нас?
Алексей нервно заходил по комнате. Тоня наблюдала за ним.
— Надо подумать. – сказал Алексей после десятиминутного молчания.
— Подумай. – Тоня поудобней улеглась и накрылась пледом.

Прошло три дня. Тоня вышла на работу. Она отлежалась дома под присмотром и окончательно выздоровела. Хоть она и не ждала ребенка и не собиралась рожать, ей было обидно, что так произошло. Она мысленно представляла кто это мог быть мальчик или девочка. Представляла на кого мог быть похож ребенок. На работе женщины сочувствовали и утешали что это не приговор, что почти у каждой был аборт или выкидыш и что после этого все смогли родить детей. Алексей каждое утро провожал Тоню на работу и встречал с работы вместе с Персеем. Тот окончательно выздоровел. Рана на шее зарастала шерстью и только лапа немного прихрамывала.
Однажды, когда Тоня вышла из здания почты Алексея не оказалось. Она набрала его номер телефона. В ответ она услышала длинные гудки. Тоня встревожилась. Не зная как поступить, она пошла домой. По дороге она снова и снова набирала номер. Алексей не отвечал. Тоня шла быстрым шагом. Погода была морозная. Снег в ту пору не спешил засыпать дороги и асфальт был голый. Местами замерзшие мелкие лужицы хрустели и лопались под Тониными ногами. Подойдя к дому, она увидела темные окна. Алексей утром уехал в город, проводив ее до почты. Он обещал к концу работы успеть приехать. Может не слышит, может в вагоне электрички шумно. Тоня вошла в дом и выпустила собаку в палисадник. На душе у нее было тревожно. Она снова набрала номер. Опять гудки и тишина. Тоня не знала что ей делать. Ждать дома или идти на станцию. Прошло полчаса. Она вышла на крыльцо и позвала собаку. На дороге освещенной фонарными столбами было пусто. Вернувшись в дом с собакой, она еще раз набрала номер. Длинные гудки.
— Или телефон сел или что-то случилось. – Тоня ходила по дому не переодеваясь в полной растерянности. Она не находила себе место.
Приближалось рождество. Люди закупали украшения для дома и подарки. В воздухе витало праздничное настроение. Украшенные магазины перемигивались разноцветными лампочками и красовались большими снежинками на стеклах витрин. На центральной площади поставили большую красивую елку. Только у них в доме вместо праздника царили тревога и отчаяние.
Вдруг Тоня услышала шаги на крыльце. Она выскочила в темную прихожую и увидела силуэт Алексея. Он шел медленно нетвердой походкой.
— Господи, пьяный что ли? – мелькнуло у нее в голове.
Открыв дверь в гостиную, она ахнула. У Алексея было все лицо в крови, куртка порвана и кисти рук содраны. Кровь на них смешалась с грязью. Алексей выйдя из электрички, встретился с Валеркой и его дружками Длинноносым и еще какими-то двумя на станции. Завязалась драка.
— Я же говорила тебе, что разговаривать с ними бесполезно! Они отморозки! Четверо на одного. Сволочи! – ругалась Тоня, промывая раны.
Заклеив пластырем бровь и скулу, она осторожно сняла окровавленный джемпер и вместе с курткой отнесла в стирку. Алексей лег на диван. Снимая с него футболку, Тоня увидела темно-розовые гематомы по всему телу.
-Господи! Они что тебя ногами били?
Алексей тихонечко стонал, когда Тоня помогала ему переворачиваться.
— Вот скоты! Они не успокоятся, пока нас не изувечат! Надо действовать. Так нельзя больше терпеть! Решайся! Скоро полнолуние.
Тоня ворчала и ругалась весь вечер. Ночью она плохо спала потому, что Алексей стонал. У него поднялась температура. Утром Тоня вызвала врача. В больницу он ехать отказался. Врач ушел, наказав Тоне в случае ухудшения сразу его вызывать. Еще врач сказал, что должен будет сообщить в полицию об избиении. Тоня поменялась сменами и целый день ухаживала за Алексеем. Гематомы превратились в фиолетово-черные синяки. Алексей с трудом переворачивался и вставал в туалет. Тоня злилась и ворчала.
— Слава Богу что совсем не убили! Леш, а может сделаем рентген? Вдруг у тебя ребро сломано?
Позже пришел участковый полицейский составить протокол. Алексей рассказал, что нападавших было четверо, что у них был кастет, что их он не знает и приметы сообщил не совсем точные. После того, как полицейский ушел, Тоня начала уговаривать Алексея осуществить задуманный ею план.
— Леш, ты пойми, их нельзя жалеть. Это нелюди. Сколько ты говоришь у него сроков? Три?! Это уже рецидив. Такие уже не могут жить среди нас. Они снова и снова попадают туда, где им уже привычно. Там их дом родной, а не здесь. Он на тебя взъелся и не отстанет.
— Все -то ты знаешь. – Алексей повернул голову. – Согрей чай пожалуйста.
Тоня поставила вскипятить чайник.
— В моем доме в соседнем подъезде такой же жил. Из тюрьмы не вылезал. Кто хочет жить нормально, тот завязывает с такой романтикой. Ну бывает натворит дел, отсидит. Ну бывает второй раз сажают по наговору или подставляют. И если это по дурости, то люди уезжают и начинают новую жизнь. А этот?! Это он сюда приехал начать новую жизнь? Да он опять сядет! И может быть за убийство, за наше.
— Но ты мне тоже предлагаешь убийство. – Алексей посмотрел на Тоню.
— Он уже убил нашего ребенка и убил нашу Марысю. – Тоня заплакала. Слезы полились так неожиданно. Она давно не плакала, и вся эта боль и переживания выливались слезами.
Больше она ничего не говорила. Остаток дня она молчала, замкнувшись в себе. Через несколько дней Алексей начал поправляться. Синяки еще не прошли и тело болело, но он мог уже сидеть за компьютером и работать. Народ праздновал рождество. Весь их небольшой городок радовался. В центре на площади вокруг елки Дед Мороз развлекал детишек.
Однажды после рождества, когда Тоня была на работе, в дверь постучали. Персей зашелся лаем. Выйдя на крыльцо Алексей увидел Валерку, Длинноносого и еще одного. Их было трое.

— Ну что? Поговорим? – Валерка стоял вызывающе, засунув руки в карманы куртки.
— Сейчас. – Алексей взял из прихожей дубленку и закрыл поплотней дверь, чтобы собака не выскочила. Персей не переставал лаять и скреб лапами дверь.
— Когда бабло отдашь? – спросил Валерка. Остальные двое не спускали глаз с Алексея.
— Я тебе уже говорил. Денег нет. У меня большой кредит. Могу тебе предложить старые иконы.
Все трое оживились.
— На кой хрен мне твои иконы?! – Валерка хмыкнул. – Я молиться и в монастырь не собираюсь. Кому я их понесу?! Мне бабки нужны. Вот их сам продавай и бабло отдай.
— Ну на это время нужно. Скорей всего только после праздников получится. Их надо оценить. Найти специалиста. Потом покупателя.
— Слыш кореш, у меня есть один. Можно ему слить, если чо. – ткнул в бок Валерку третий. Он был небольшого роста, рыжий, с красным лицом.
— По-другому никак. Денег все равно нет. Работы сейчас у меня мало. Сижу на биллютене. — Алексей подогревал интерес. – Недалеко есть еще одна заброшенная деревня. Там можно по домам посмотреть.
Валерка мялся и плевал в снег.
— Если хочешь, могу показать. Икон штук пять и одна в серебряном окладе. Все деревянные, старинные.
При фразе «в серебряном окладе» у Валерки забегали глаза.
— Ну и где они?
— В деревне Чураево. Это часа полтора на машине.
Кто-то из троих присвистнул.
— Ты что баклан?! Прикалываешься?! Это в такую даль переться?! Ты меня за лоха держишь? – Валерка начинал злиться и материться.
— Как хочешь. Денег у меня все равно нет.
— Меня не колышет где ты их возьмешь! Хоть из-под земли вырой. – завелся он. – Пусть девка твоя найдет, а то придется с ней еще раз побазарить!
У Алексея заходили желваки.
– Если что-знай. На тебя заявление в полиции лежит.
— Видал я твои заявы знаешь где?! – Валерка грязно матерился.
Атмосфера накалялась. Алексей с трудом сдерживал свои эмоции. Он понимал, что драться сейчас бессмысленно. Надо было уговорить его любым способом.
— Давай так. – предложил Алексей. – Часть иконами, часть деньгами. Я там одному мужику помогал, думаю он одолжит мне. Можно поехать послезавтра. – воспользовавшись небольшой заминкой, еще добавил. – Послезавтра жду вас в 9 вечера. Я вызову такси.
— У нас своя тачка. – процедил Длинноносый.- Нам свидетели не нужны.
— Вот и договорились. – Алексей повернулся и вошел в дом.
— Ничего не договорились! — крикнул Валерка вслед и снова проматерился.
— Ты чего?! Да ладно тебе, сгоняем. Может еще что нашарим. – услышал уже за дверью Алексей.
Два дружка уговаривали раскипятившегося Валерку. Войдя в гостиную, Алексей повернул голову к окну. Около крыльца уже никого не было. Вечером он встретил Тоню с работы и за ужином сообщил.
— Так Антонина, готовься. Послезавтра днем едем в Чураево.
— Как?! Ты решился?! Ты с ним виделся? – у Тони екнуло внутри.
Алексей кивнул.
– Надеюсь договорились. Разговор был конкретный. Должен повестись. Ему деваться некуда. У него, похоже, ломка. Городок небольшой. Здесь его скоро каждая собака знать будет. Он долго здесь не проживет. Надеется денег взять и свалить. Поедем туда днем. Надо слазить на чердак и достать, как ты говоришь, «артефакты».
— На всякий случай прочитаем заклинание. – Тоня почувствовала, что у нее ноги стали ватные.

продолжение следует…

Смотрите больше топиков в разделе: Болталка и разговоры обо всем: жизнь, общение, флудилка