Веселый сапожник

Здравствуйте, дорогие сохоббиты!
Давненько меня тут не было, но пропустить Августфест я никак не могу)
Под катом — очередная итальянская сказка!

Жаркий августовский полдень прорезал звонкий детский крик:
— Мое!
— Нет! Мое! Дай! Аааа! Мая малинаааа!

Владо тут же выглянул из комнаты, которую он уже почти закончил обивать вагонкой.
— Что за шум, а драки нет?


— И драка есть, у нас тут все есть, прям как в Греции, — Белка появилась в проеме, сжимая в руке корзину с ягодами, которые она уже почти закончила собирать.
— Да что ж такое?! Я же специально положила в одну кружку малину для Миши, а в другую — клубнику для Яси… Она же никогда не ела малину…
— Расширение пищевого интереса, — резюмировал Владо.
А драка была как раз в самом разгаре. Яночка уже было совсем отвоевала себе кружку с малиной, но, потеряв равновесие, плюхнулась со стула на пол. Миша философски вздохнул и, подвинув кружку к себе, принялся поглощать её содержимое.

Спустя пять минут, когда Яночку подняли с пола и усадили обратно за стол, а малину раздора поделили пополам, Владо сказал:
— А жадничать вообще-то нехорошо. Знаете, что из-за этого может случиться?
Дети как по команде повернули головы, потому что поняли, что папа сейчас снова будет рассказывать сказку.

Жил на свете сапожник с большим-пребольшим горбом.

— А то это?
— Кто такой сапожник? Это такой человек, который делает обувь. Вот так, смотрите.

Было у него семеро сыновей. Звали их Перротто, Джианотто, Ринальдотто, Эрминотто, Арриготто, Амброджиолотто и маленький Пеппино. Да ещё семеро дочерей. Звали их Нинетта, Джилетта, Джованетта, Эрмеллинетта, Лауретта, Гелизетта и маленькая Кателлина.
Сосчитайте-ка – семь да семь, это будет четырнадцать детей.

— Какой, однако, темпераментный был сапожник! — усмехнулась Белка.

— Просто у него была слишком красивая жена, он ничего не мог с собой поделать. А сколько же у этих детей ног? Ух ты, целых двадцать восемь. А сколько же нужно башмаков? Думаете, двадцать восемь? Как бы не так. А самого сапожника и его жену сосчитали? На всю семью нужно тридцать два башмака. Вот сколько!

— Могу спорить, на то, чтобы сшить башмаки самому себе, у него никогда не было времени!
— Само собой. Он был самый настоящий сапожник без сапог:) Ну так вот…
Сапожнику приходилось тачать так много башмаков для своей семьи, что едва хватало времени шить на заказ. Поэтому семья ела один день хлеб с водой, другой день – воду с хлебом.
Но сапожник не унывал. Это был очень весёлый сапожник. Работает – поёт, отдыхает – пляшет. Он и песенку про себя придумал:
Я молотком стучу – тук-тук,
Не покладая рук.
Работу кончу и тотчас
Пущусь в весёлый пляс.
Однажды весёлый сапожник сшил три пары башмаков и решил их продать в соседнем городке на ярмарке.Сложил он башмаки в мешок, мешок закинул за спину и зашагал по дороге. Идёт, а башмаки — стук-бряк по горбу, стук-бряк по горбу.

«Всё бы хорошо», – думает сапожник, – «только горб мне ни к чему».
Пришёл на ярмарку – с одним поговорил, с другим посмеялся. И забыл про горб.
Башмаки у него мигом расхватали. На вырученные деньги сапожник накупил кучу подарков своей семье, сложил их все в мешок, закинул за спину и пустился в обратный путь.Идёт, а мешок с подарками — стук-бряк по горбу, стук-бряк по горбу.

«Нет», – думает сапожник, – «всё-таки горб мне ни к чему».

Тем временем начало смеркаться. А до дому ещё далеко. Решил сапожник свернуть в лес и пойти к своему селению прямиком.
И вот в лесу на пеньке сапожник увидел… Кого бы вы думали? Лесную фею.
— Фея!!! — ожидаемо пришла в восторг Яночка, — Какая касииивая!

Владо с любопытством заглянул в сознание дочери.
Она была маленькая-маленькая. Фея сидела на пенёчке и плакала.
– Отчего ты плачешь? – спросил её сапожник.
– Мне скучно, – ответила фея.

– Скучно? А вот мне никогда скучно не бывает.

И он запел:
Я молотком стучу – тук-тук,
Не покладая рук.

Работу кончу и тотчас
Пущусь в весёлый пляс.

Фея утёрла слёзы и улыбнулась.

– Но это ещё не всё, – сказал сапожник. – Слушай дальше:
Тружусь, танцую — столько дел,
Что некогда скучать...

Кто башмаки мои надел,
Тот будет век плясать.

– Так сшей мне скорей башмачки! – воскликнула фея.
– Мигом сошью, – ответил сапожник.

Он сорвал два листика подорожника, вместо дратвы в дело пошёл сухой стебелёк, вместо иголки – сосновая хвоинка.Скоро башмаки были готовы. Фея начала их примерять. Сапожник посмотрел, а феи нет.
– Ой! — послышался голосок из левого башмака.– Они мне, кажется, велики.

– Да, немножко велики, – сказал сапожник. – Ну, ничего. Я сейчас сошью тебе другие.
Он нагнулся, сорвал два маленьких листочка клевера и сшил башмачки точно по ножке феи. Только она их надела, как сапожник запел свою песенку, и фея пустилась в пляс.
Тем временем взошла луна и осветила полянку, чтобы им удобнее было плясать.

Всю ночь танцевали фея и сапожник. А когда занялась заря, фея сказала:
– Ох, и наплясалась же я! Славно ты меня повеселил. Скажи, что тебе дать за это?


– Дать? – удивился сапожник. – Да мне ничего не надо.

Потом он подумал немножко и сказал:
– А не можешь ли ты у меня кое-что взять? Я бы с удовольствием избавился от моего горба.
– Так за чем же дело стало! – ответила фея.

Она вскочила и дотронулась волшебной палочкой до горба сапожника.

Горб мигом исчез, словно его и не бывало.

– Вот спасибо! – воскликнул сапожник, расцеловал фею и отправился домой.

— Самое время, потому что его жена наверняка всю ночь сходила с ума от беспокойства за мужа!

Владо уже начал было придумывать какой-нибудь остроумный ответ, когда ясно услышал в своем сознании звонкий голос сына:
— Но ведь сапожник не жадничал?

С удовлетворением отметив внимание и концентрацию сына, а также тот факт, что дочь заснула, а значит, во-первых, воспитательный эффект сказки будет достигнут только наполовину, а во-вторых, он больше не сможет наслаждаться образами, которые каждый раз подсматривал в сознании дочери, Тодорович-старший продолжил рассказывать:
Едва он вошёл в селение, навстречу ему попалась старуха соседка. У неё тоже был горб. Только не сзади, а спереди. Увидела она сапожника, и глаза у неё разгорелись от зависти.
– Э, куманёк! Ты это или не ты? Где твой горб?
Тут сапожник рассказал старухе, как всё произошло. На следующую ночь старуха отправилась в лес.
– Как хорошо, что ты пришла! – закричала фея, увидев старуху. – Мне не с кем сегодня поплясать.
– Только у меня и заботы, что плясать с тобой, – сердито ответила старуха..
– А сапожник со мной плясал, – сказала фея. – Но если ты не хочешь, давай споём песенку.
– Ещё что выдумала! – проворчала старуха.
– А сапожник со мной пел, – сказала фея.
– Бездельник твой сапожник, да и ты бездельница. Вам бы всё петь да плясать. Поработай лучше своей волшебной палочкой.
– Хорошо, – согласилась фея. – Только знай: моя палочка может дать, может и взять. Так что же – дать или взять?
«Скажу – взять!» – подумала старуха. Раскрыла рот и крикнула:
– Дать! Дать! – Недаром она слыла самой жадной женщиной в селении.
– Ну что ж! Получай, – усмехнулась фея.
Она вскочила на пенёк и дотронулась до старухи волшебной палочкой. На спине старухи мигом вырос горб.
Старуха и кричала, и бранилась, – ничего не помогало.
Так и осталась старуха жить с двумя горбами — один спереди, другой сзади.

— Отличная сказка, а теперь — тихий час, — объявила Аннабель.
Ответом ей послужил громкий раскатистый смех мужа, который только что услышал мысленный вопрос сына:
— И теперь эта тетя — верблюд? У нее же два горба!

Спасибо за внимание!

Смотрите больше топиков в разделе: АвгустФест: фестиваль кукольных театров и спектаклей