Августфест. О генетике белорских магичек

Приветствую всех зрителей замечательного фестиваля АвгустФест2024. Представляю вашему вниманию отрывок из романа Ольги Громыко «Верные враги», который проливает свет на происхождение Вольхи Редной. Описанные события происходят за 70 лет до времени действия основной трилогии о Вольхе.

Действующие и упоминаемые лица:
Верес: маг-практик широкого профиля, персона нон грата среди официальных магических властей aka ковен магов
Шелена: оборотень
Марен и Лиара: преподаватели Старминской школы чародеев пифий и травниц
Ксандр/Учитель: бессменный заведующий кафедрой практической магии в той же школе, учитель Вереса, Марена и Лиары, а позднее Вольхи
Рест: ученик Вереса
Мрак: дракон, способный принимать человеческий облик
Вирра: девочка полуэльф
___________________________________________
Вернулся колдун с полным ведром снега, задвинул его поглубже в печь. Снял с полки один из горшков и начал крошить в него веточки малины, призванные заменить чайную заварку.

— Лучше вон тот, черный, возьми — он побольше, — посоветовала я.
— Да нам и этого с лихвой хватит.
— А гостям — нет.
— Каким гостям?!

Наглым. Потому что им вообще-то положено стучаться, а не с размаху дергать за дверную ручку, ругаться, что заперто, и чаровать на покорно поднявшийся крюк. Наша теплая и сытая компания вызвала у двух пришельцев столь же праведное негодование.
— Эй, это наша избушка! — ломким от возмущения голосом возопил мужчина. Между надвинутой до бровей шапкой с завязанными под подбородком «ушами» и поднятым воротником оставалась только узкая щелочка для глаз и кончика носа. Его спутница была укутана еще теплее, напоминая плотненько сметанный стожок в долгополой шубе и пуховом платке.

— Ну и что? — спокойно поинтересовался Верес, проверяя, как там наш снег.
— А вы ее заняли!
— Ну и что?
— А нам что делать?! — Незнакомец наконец-то подобрался к вопросу, ради которого этот дурацкий диалог и затевался.
— Можете в сугробе у крыльца заночевать, — и бровью не поведя, «гостеприимно» предложил колдун, переливая в горшок талую воду.

— Сам туда выметайся! — не сразу нашелся потрясенный его наглостью хозяин жилья. Хотя это еще надо доказать.
— Попробуй, выкинь, — усмехнулся колдун, меняя ведро и горшок местами. Кочергой окружил последний углями, закрыл заслонку и развернулся наконец лицом к гостям. Хотя, кажется, они его и по боку прекрасно опознали…

— А вместе никак не поместимся? — устало поинтересовалась я. — Дверь-то прикройте, дует.

— Проветривается, — сквозь зубы поправил мужчина, — от мрази всякой!
И лишь потом повернул голову ко мне, до последнего не отрывая глаз от Вереса. Видок у меня был, очевидно, тот еще, ибо пришелец тут же закрыл дверь и тоном ниже поинтересовался у колдуна:
— Твоя подруга?
— Поврага, — буркнула я, изучая дно миски в раздумьях — положить еще или сейчас и та порция обратно вернется.
— Знакомая, — невозмутимо «перевел» Верес.
— Она и девочка могут остаться, — милостиво разрешил мужчина. — А вы проваливайте!

Колдун искренне рассмеялся ему в лицо:
— Не лучший выбор, Марен. Лично я предпочел бы заночевать в одной избушке с тобой.
— Не обращайте внимания. — Я неторопливо подпорола ножом повязку на левой руке, комком отодрала присохшее тряпье. С наслаждением покрутила затекшим запястьем, выпустила и, налюбовавшись, втянула когти. — Это всего лишь наши милые вражеские шутки.

— Пошли отсюда, Марен, — впервые подала голос женщина — порядком охрипший, но приятный. — Не связывайся.
— Моя жена в сугробе ночевать не будет! — патетично, хотя не шибко уверенно, возразил тот, по-прежнему топчась на пороге. Дров мы не жалели, и у ног наших гостей успело натечь по солидной луже.
— Тогда кончай валять дурака и раздевайся. Шелена, позволь представить тебе моего бывшего друга Марена, боевого мага третьей степени…
— Уже второй. — Мужчина наконец развязал «уши» и снял шапку. М-да… если бы он сразу это сделал, я бы над его претензиями тоже лишь посмеялась. С такой добродушной, немного рассеянной физиономией только перед оборотнями права качать и отлученных колдунов из избушек выкидывать. Блондин, точнее — белобрысый, даже брови пшеничного цвета. Лицо длинноватое, еще чуть-чуть — и сказала бы «лошадиное», а так просто запоминающееся. Обаятельное. Тип «вечного мальчишки» — может, двадцать пять, а может, и сорок лет.

— Вон там крючки за дверью есть, — мотнул головой Верес.
— А кто, думаешь, их приколачивал? — огрызнулся Марен, сначала помогая снять шубу жене и лишь потом раздеваясь сам.
— Лиара, маг-практик четвертой степени, — не глядя вынырнув из рукавов, представилась дама. Сразу стало ясно, кто в их семье главный. Как и в большинстве, впрочем. Под пышными мехами обнаружилась миловидная, худощавая, но отнюдь не хрупкая женщина с обрезанными по плечи волосами необычного золотисто-рыжеватого цвета. — А вы, я так понимаю, тот самый Верес Шаккарский, известный создатель боевых заклинаний и отлученный от Ковена некромант-убийца?

— Которого бездоказательно обвинили и осудили, лишь бы не искать — а может, и прикрыть — истинного преступника, — в тон ей добавил колдун.
— Ну да, конечно, — Магичка глядела на Вереса с любопытством травника, обнаружившего новый вид белены. — И сейчас вы сидите на моем любимом стуле вовсе не в компании оборотня?
— Это ничего не значит. — Я всё-таки положила себе добавку. — Я тоже не испытываю от его общества ни малейшего удовольствия.
— Прошу! — Верес галантно освободил стул, пересев ко мне на лавку
Лиара мне сразу понравилась. Во-первых, не зная обстоятельств дела, ополчаться на Вереса она не спешила; во-вторых, относилась к той приятной категории магов, с которой можно договориться полюбовно, — например, поделить гонорар, если оборотень просто уберется подальше от почему-то невзлюбившей его деревеньки (разумеется, лишь в том случае, когда его грешки ограничиваются воровством кур и невинными шуточками вроде загнанного на дерево рыцаря в полных доспехах, которого теперь непонятно как снимать). Да и Марен, как ни старался, не мог заставить себя действительно разозлиться. Скорее обижался, что за годы дружбы Верес не соблаговолил поставить его в известность о своей черной и подлой натуре, и это стало для него нешуточным ударом.
— Есть-то как хочется! — непосредственно заявила магичка, обшаривая взглядом стол.
— Там, в ларе, крупа лежала. — Марен сунулся было проверить.
— Не беспокойся, мы нашли.
Мага это почему-то не утешило, и он мрачнее тучи прислонился к печи, не желая делить с нами лавку — других свободных мест не было.
— О, каша! Горяченькая! — возрадовалась Лиара, без спросу запуская ложку в горшок. Муж сглотнул слюну, но неподкупно остался на месте.

— Что вы здесь делаете? — Верес тоже старался не смотреть в ее сторону.
— Не твое дело, — огрызнулся Марен и тут же, не утерпев, жадно поинтересовался: — А вы?
Верес только усмехнулся.
— Проверяем одну занятную информацию. — Лиара задумчиво покачивала взятой за кончик черенка ложкой. За вроде бы шутливым тоном скрывались напряжение и предельная сосредоточенность, словно магичка готовилась отразить внезапный удар. Марен тоже выпрямился и как-то нехорошо подобрался. Не «классическая стойка», коей некогда потешил меня Рест, но весьма похоже. — Якобы здесь, на пустоши, завелись некие твари. Невидимые. С во-о-от такенными пастями. Забавно, да?

— И откуда же вы знаете о здешних «волчишках»?
— Загрызнях, — поправила магичка, деловито скребя ложкой по стенкам горшка. — Единственный уцелевший житель Болотищ называл их именно так. Он возвращался с охоты когда на опушке леса его собака уперлась всеми четырьмя лапами и заскулила. Мужик бирюком жил, псинке больше людей доверял: обошел деревеньку с подветренной стороны, заглянул осторожненько через частокол, а там… В общем, попятился везучий охотничек — и ходу, благо лес как свои пять пальцев знает. Через пять дней вышел к Витягу, в первой же корчме надрался в дым и такого нарассказывал — в городских лавках за один вечер все охранные амулеты размели. Что самое интересное, здешний маг-наблюдатель всё отрицает. Уверяет — мол, в его ведомстве тишь да гладь, никаких загрызней, а мужик, дескать, местный придурок, окончательно в своем лесу рехнувшийся. Дошла, разумеется, эта история и до Совета Ковена. В виде шутки — вот как надо торговлю оберегами налаживать. Только Ксандру, как обычно, шило в… штанах покою не дало — самолично отправился в Витяг побеседовать с тем мужиком. А тот как в воду канул. Причем вещи на постоялом дворе лежат, собака с подбитой лапой у ворот скулит, а «шутника» нету.

— Так что, вполне возможно, и в воду… — мрачно поддакнул Марен.
— Вот и отрядил нас сей могучий чародей всё вызнать да выспросить, и ему, человеку занятому, но бдительному, доложить, — нараспев протянула Лиара.
— Меня отрядил, — поправил ее муж, — а у этой красавицы шило еще длиннее Учительского.
Магичка лукаво прищурилась в его сторону.
— Ну да, вот так просто взять и отдать родного супруга на растерзание нежити! Не то чтобы жалко, но уже привыкла к нему как-то, да и ребенок расстроится…
— Которого ты с легким сердцем оставила на растерзание свекрови, — поддел ее Марен.
— Скорее он ее до ручки доведет, а свежий деревенский воздух и домашняя колбаса еще ни одному дитяти не повредили. Ты-то вон какой румяный в своих Топлых Редах вымахал!

— Так ты уже отец? — непритворно обрадовался за бывшего друга Верес. — И сколько лет малышу?
— Полтора года. Малышке, — гордо поправила Лиара. — Последние десять поколений в нашей семье рождаются исключительно девочки, причем — фамильная черта! — золотисто-рыжие и сероглазые!
— И это несмотря на такую же фамильную тягу к блондинам, — наконец-то оттаяв, рассмеялся Марен. — Разбавляем-разбавляем вашу породу, да всё без толку!
Жена поддразнивающе показала ему язык.

— Он до сих пор наивно ожидает мальчика, представляете? — И погладила себя по еще почти незаметному животику. Когда же атмосфера в избушке окончательно перестала напоминать погоду за окном, Лиара посерьезнела и пристально поглядела на Вереса. — Откровенность за откровенность?

Колдун задумался. Я разделяла его сомнения, за годы двойной жизни убедившись, что симпатия еще не повод для доверия. Ладно, Верес лучше меня этого Марена знает, пусть сам решает, что ему можно сказать, а о чем лучше промолчать или приврать.
Маг тем временем молча развернулся и пошел к двери.

— В сугроб? — изысканно вежливо поинтересовалась я. — Может, вам хоть подушку с собой дать?
— Нет, лыжи в сени внесу… — растерялся блондин. И, видя, как Мрак с Рестом честно пытаются не хихикать, Вирра даже и не пытается, а Верес привычно делает мне «страшные» глаза, поинтересовался у него: — Она что, всегда такая?
— Нет, что ты. При вас она еще сдерживается.

Смотрите больше топиков в разделе: АвгустФест: фестиваль кукольных театров и спектаклей