"Птах", часть 2, глава 4


ГЛАВА IV

Милуш сидел за компьютером в своей комнате, закрывшись изнутри на замок, чтобы никто не мешал ему готовиться к предстоящему сложному и важному экзамену. Собственно, сам прорицатель и его супруга заходить не станут, но вот белокурая голубоглазая бестия Янош Крецу вполне мог забежать безо всякого предупреждения и навести свой порядок, то есть, полное отсутствие оного. Так что лучше принять меры предосторожности сразу.
— Еще немного и надо будет отдохнуть, иначе у меня мозги начнут плавиться, — пробормотал парень.
Рука, потянувшаяся к «мыши» внезапно дрогнула, резко потемнело в глазах, перехватило дыхание. Милуш тряхнул головой, пытаясь избавиться от шума в ушах, взглянул на замигавший монитор. «Он умирает – он умирает», — бегала по центру ярко-красная строка. Преодолевая накатившую дурноту, парень с трудом поднялся со стула и создал портал в Лоредану. «Уже слишком поздно», — промелькнуло болезненной вспышкой, и от этой мысли вновь стало тяжело дышать.
Он ворвался в покои отца без стука, распахнув настежь двери и замер – Микко лежал на полу, протянув руку к разлетевшемуся на осколки кувшину, приоткрыв посиневшие губы и широко распахнув остекленевшие глаза.
— Папа!!! – воскликнул птенец, падая рядом с ним на колени.
Прижался к груди. Сердце не билось, и он понял, что вода уже бесполезна – Микко был мертв. У открытых дверей столпились челядь и гончие. Милуш провел ладонью по лицу князя, опустив тому веки, затем поднял тело на руки и вышел с ним в коридор.
— Чего уставились?! – прорычал он, обводя толпу тяжелым взглядом. – Где вы все были раньше?!
Челядь испуганно отмалчивалась.
— Мы… — нерешительно пролепетал один из гончих, облизав пересохшие губы, — мы ничего не видели и… не ощущали.
— Пошли вон!!! – рявкнул на них наемник.
Дважды приказ повторять не пришлось. Милуш прошел через мигом опустевший коридор, спустился вниз по лестнице, вышел во двор, превратился в птицу, поднялся в воздух, затем опустился, бережно зажал мертвого отца в крепких лапах и полетел в Пограничье.

***
Драгуш метался по своим покоям как зверь в клетке, не находя себе места – он чувствовал, что что-то случилось с младшим братом, и чувствовал, что уже ничем не сможет ему помочь. В двери робко постучались, а затем заглянул бледный как полотно Данко.
— Там Милуш…
Договорить ему господарь не дал, грубо оттолкнул пса в сторону и выбежал на улицу.
— Папа… умер, — только и сумел вымолвить наемник, со слезами на глазах глядя на своего господаря.
Драгуш, не говоря ни слова, помог перенести птаха в гостиную, уложил его на диван, а затем присел рядом, коснувшись кончиками пальцев холодного лба.
— За что? – прозвучал в голове отчаянный голос.
— Ради интереса. Ты настолько необычная нежить, что найти способ уничтожить тебя, было сплошным удовольствием. Конечно, пришлось много чего проделать, но теперь, глядя в твои глаза, я понимаю, что труды были не напрасны. Ты подыхаешь и тебе страшно.
Микко побелел, поднялся на ноги, шатаясь, подошел к столику с кувшином, схватился за ручку и рухнул на пол. Разлетелись глиняные осколки, расплескалась вода. Птах задыхался, беспомощно хватая ртом воздух.
— Мне пора уходить, — вымолвил неизвестный голос, — скоро здесь появится твой выродок и разрушит заклятие сковывающее прислугу и псов. Прощай, нежить, мне понравилось убивать. На очереди твой драгоценный птенец, потом баба и мелкая гарпия.
Сжались пальцы, прервалось дыхание. Дрогнуло и замерло сердце.

— Что ты увидел? – тихо спросил Милуш у открывшего глаза господаря.
— Микко отравили, — хрипло ответил тот. – Но не знаю кто именно. Видение слишком размытое, я даже не понял мужским или женским был голос убийцы. И этот… человек хочет уничтожить тебя, Йону и твою сестру.
Наемник похолодел.
— Мама с Камелией у бабушки, я полечу к ним.
— Привези их сюда, — приказал Драгуш.
— Хорошо.
— Будь осторожен.
Милуш кивнул и удалился.
Господарь шумно вздохнул, пряча лицо в ладонях.
— Боги, за что? – едва слышно промолвил он.
Данко плакал, не пытаясь скрыть слез.

***
Старший князь ворвался в дом правителя Пограничья, словно вихрь. Влетел в гостиную, уставился на мертвого птаха, затем подошел, легко подхватил его на руки и зашагал к выходу.
— Куда? – только и сумел выговорить наконец приобретший дар речи Драгуш.
— Куда надо, — огрызнулся Костел.
— А…
— Пойдешь за мной – убью.
Господарь предпочел промолчать и послушаться.
— Интересно, что он с ним собрался сделать? – прошептал не менее потрясенный, чем его хозяин Данко.
Драгуш пожал плечами. Попробуй, пойми его, старшего князя…
Костел перекинул труп нежити через седло своего буланого коня, уселся позади и тронул поводья.

***
Шумел старый дремучий лес, раскачивались на ветру макушки высоких сосен. Господарь расчистил небольшую поляну, достал из ножен на поясе кинжал и начертил сначала круг, затем нарисовав по его краям знаки. После того, как работа была завершена, он перенес в этот круг птаха, положив его посредине, поднялся и вышел за грань. Закрыл глаза, шепча заклятие, а через пару минут круг со знаками вспыхнул язычками пламени. Князь умолк, пристально глядя на проявляющийся силуэт, поймал взгляд огромных синих глаз и опустился на колени, почтительно склонив голову.
— Зачем ты позвал меня? – спросил красивый мелодичный голос.
— Чтобы просить, моя госпожа, — ответил Костел.
— Ты хочешь, чтобы я вернула ему жизнь? – светлая богиня указала на Микко.
— Да, госпожа.
— Любишь его?
— Люблю. Но…
Лоредана приложила палец к губам.
— Ни слова больше. Этого достаточно.
Богиня наклонилась, пропустила через тонкие изящные пальцы прядь русых волос, провела ладонью по землистой коже.
— Я верну ему жизнь, — вымолвила она, — но ты ведь знаешь, что будет тогда?
— Знаю, — тихо ответил ее хранитель, — только… рано ему еще уходить.
— Ты уверен, что хочешь для него такой участи?
Костел кивнул.
— Что ж, пусть будет по-твоему, — вздохнула Лоредана. – Пророчество должно было исполниться. Закрой глаза и не открывай до тех пор, пока я не позволю.
Господарь покорно сомкнул веки, и его окутала тишина.
— Можешь смотреть, — прозвучал, разбивая беззвучие голос светлой богини.
Костел открыл глаза, вздрогнув от увиденного.
— Скоро он очнется, — вымолвила Лоредана. – Мне же пора.
— Благодарю тебя, моя госпожа, — склонившись, ответил хранитель.
Она улыбнулась и истаяла, словно туман на ветру. Зашевелился, застонал очнувшийся Микко. Господарь, не поднимаясь с колен, подполз к нему, попытался прикоснуться, но птах молниеносно перехватил его запястье, сжав так, что Костел не удержался от приглушенного крика. Из приоткрытых порозовевших губ нежити скалились длинные клыки. Микко открыл глаза, затем разжал пальцы и обмяк.
— Скотина неблагодарная, — дрожащим голосом высказался старший князь.
— Прости, — шепотом ответил птах. – Я не думал, что это ты… Что со мной произошло?
— Ты умер.
— Значит, мне это не приснилось…
— Нет.
— Костел, я подняться не могу, — слабо проговорил Микко.
Старший князь без лишних слов поднял его на руки и перенес в седло.
— А коня поднять сможешь? – на ехидство у нежити сил хватило.
— Смогу, — спокойно ответил тот, сев позади него. – Но не буду.
Ехали молча, пока Микко, думающий о чем-то своем, не задал господарю вопрос:
— Меня воскресила Лоредана?
— Да.
Птах затих, потом хмыкнул.
— Любопытно, мне послышалось, или ты действительно сказал светлой богине, что любишь меня?
— Любовь бывает разная, — не обращая внимания на насмешку, ответил Костел. – Но если ты хоть кому-нибудь проболтаешься о том, что видел и слышал в этом лесу, то я тебя растяну на цепях и проучу кнутом так, что мало не покажется.
— Не имеешь права, — вяло огрызнулся Микко.
— Имею, — возразил господарь. – Потому что, во-первых, ты мне жизнью обязан, а во-вторых, если бы ты за проведенные здесь зимы удосужился изучить законы этого мира, то знал бы, что все остальные князья находятся в подчинении у старшего князя, и приказы мои исполняются беспрекословно.
— Сколько ж тебе зим, старший князь? – с усмешкой спросил птах.
— Триста пятьдесят, — ответил Костел.
И Микко прикусил язык, переваривая услышанное.

***
Данко, заранее почувствовавший приближение господаря, первым выбежал во двор, взглянул на воскресшего приятеля, сползшего с седла, и крик радости застрял у гончего в горле. Подошедший следом Драгуш застыл у него за спиной.
— Что-то не так? – настороженно спросил у них Микко.
— Увидели ожившего покойника, — сказал Костел, выразительно оглядывая всех, кто столпился возле дома.
— Д-да, — выдавил Данко со странной улыбкой, больше походившей на болезненную судорогу.
— Ему нужна купальня и пища, — громко проговорил старший князь, и слуги, отмерев, кинулись выполнять распоряжение.
— А где Милуш? – тревожно спросил птах, не увидев сына.
— Отправился за Йоной и Камелией, — ответил Драгуш.
Микко коснулся его и жены сознанием, убедился, что все в порядке и кивнул.
— Леа осталась без присмотра, — сказал он. – Мне надо ехать…
— Нет, — вымолвил Костел, — я оправил туда брата. А ты пока останешься в Пограничье.
— Как скажешь, — не стал спорить птах.
Господарь усмехнулся в усы.
— Исправляешься. Ладно, дальше разбирайтесь сами, а я должен возвращаться в Красту.
Драгуш и Данко задумчиво посмотрели вслед удаляющемуся старшему князю.

***
Через пару часов вымытый и накормленный Микко сидел в каминном зале, неторопливо цедя вино и пересказывая то, что случилось:
— Убийцей была женщина, темноволосая, темноглазая, немногим младше Йоны. Кто-то из челяди впустил ее в дом, и как только она переступила порог, зачаровала людей и псов — они не видели и не ощущали ничего вплоть до того, как пришел Милуш. А сам я даже пошевелиться не мог, скованный чарами, сидел в покоях на кровати, наблюдая за тем, как убийца заходит и высыпает яд в кружку с водой. Она сняла с меня заклятие оцепенения только после того, как опоила… — князь поморщился от неприятных воспоминаний. – Я попытался добраться до чистой воды, но не успел. Эта женщина – сильный маг и очень опасный. Боюсь, что до моей семьи здесь она сможет добраться также, как в Леа, зачаровав свору и людей.
— А хранителя? – спросил Драгуш.
— Не знаю, — ответил птах.
— Ты не боишься, что колдунья нападет на твою семью, пока они будут в пути? – сказал Данко.
— Нет. Ей нужно восстановить силы, слишком много их ушло на то, чтобы удержать в путах всех. Думаю, на это уйдет не меньше седмицы.
— Но как-то надо защитить вас, — промолвил господарь.
Микко не ответил, с тяжелым вздохом опустив голову. Мыслей как это сделать, у него пока что не было.

***
Милуш привез сестру и мать в Пограничье на следующее утро. Его отец отсыпался, восстанавливая силы после смерти и воскрешения, и потому их встретил Драгуш.
— Мне… показалось, что папа ожил, — неуверенно произнес наемник, глядя в глаза хозяину.
— Так и есть, — улыбнулся тот.
— Микко жив?! – воскликнула Йона.
Вид у нее, уже мысленно простившейся с мужем и проплакавшей почти всю дорогу, был измученный и скорбный.
— Жив. Сейчас он отдыхает.
Милуш прикрыл глаза, вздохнул, улыбнулся.
— Хвала богам! – прошептала княгиня.
— Только, я хочу предупредить вас… — господарь запнулся.
Йона и птенец, вопросительно глядя на него, ждали продолжения.
— Микко… он… выглядит несколько необычно… — старательно подбирая слова, ответил Драгуш, — и Костел просил пока об этом молчать.
— Хм… а что папа не заметил этих изменений? – удивленно спросил Милуш.
— Зеркало я убрал, — сказал князь, — а сам он, похоже, еще не совсем пришел в себя…
— Хорошо, если так надо… — растерянно пробормотал наемник.
Йона в ужасе молчала, не зная, чего же ей ожидать.
Птах проснулся ближе к полудню, распорядился, чтобы к нему в покои принесли воду для умывания и завтрак, а потом, зевая, выполз в каминный зал. Милуш, потягивающий из кружки пиво, поперхнулся и закашлялся. Йона зачарованно уставилась на своего мужа, и только маленькая Камелия, заулыбавшись, потянулась к отцу. Тот, улыбнувшись в ответ, взял дочку на руки.
— Как же я по всем вам соскучился, — сказал Микко.
— А… мня… мы-ы… по тебе тоже, — пролепетал наемник.
— Что не так? – спросил князь, глядя на странные выражения лиц жены и сына.
— Н-нет, все в порядке, — Йона тряхнула головой, — просто мы очень рады, что ты снова с нами.
— Да? – недоверчиво проворчал птах. – Мне почему-то казалось, что радость выражается несколько иначе.
Княгиня обняла мужа, заглянула ему в глаза.
— Ты думаешь, нам было бы лучше, если бы ты умер? – выгнув брови, строго спросила она.
Микко смущенно хмыкнул.

***
Птах со своей семьей, как и было велено, остался в Пограничье под присмотром Драгуша и его своры. Люди и псы разыскивали убийцу, вынюхивали, расспрашивали о ней жителей ближних и дальних княжеств, поселений и деревень, но никому такая не встречалась.
— Я думаю, у нее есть тайное убежище, — устало вымолвил Данко, вернувшись после очередных безрезультатных поисков. – В твоем доме остался ее запах, но мы нигде его не чувствовали. То лицо, что ты нарисовал, тоже никто не видел.
Микко вздохнул. Он нервничал, переживая не столько за себя, сколько за жену и детей.
— Убийцу надо найти, — ответил господарь.
— Мы постараемся, — сказал гончий.
Но слова его прозвучали совсем безнадежно.
Птах кивнул, поднялся и направился в опочивальню. Ему необходимо было побыть одному.

***
Микко стоял возле начерченного мелом круга с тайными знаками, беззвучно шепча слова вызова. Он прекрасно видел все, что делал старший князь и хорошо это запомнил. Лоредана откликнулась на зов.
— Чего ты хочешь? – спросила она, с любопытством разглядывая посмевшую потревожить ее нежить.
— Защиты, — тихо промолвил князь, опускаясь перед богиней на колени.
— Хорошо, я огражу твою семью от ведьмы. Она не тронет их. Но себя ты должен будешь защитить сам.
— Как прикажешь, — покорно ответил Микко.
— И никому никогда не рассказывай о знаках и словах призыва, — строго добавила Лоредана. – О них может знать лишь старший князь.
— Обещаю.
Светлая богиня улыбнулась.
— Хочешь стать моим хранителем наравне с другими князьями? – спросила она.
Микко поднял голову, изумленно взглянул в синие глаза.
— Но я ведь… нелюдь.
— Это не имеет значения. Просто дай мне свой ответ.
— Сочту за честь, — сказал птах, и добавил, низко склонив голову, — моя госпожа.
— Да будет так.
Вспыхнуло и угасло лазурное пламя, Лоредана исчезла, оставив нового хранителя наедине с собой и в глубоком раздумье.

***
— Моя семья теперь будет под защитой светлой богини, — гордо сообщил Микко за ужином, обведя взглядом удивленно воззрившихся на него Милуша, Йону и Драгуша.
— Ты говорил с ней самой? – спросил его старший брат.
— Да.
Господарь усмехнулся.
— Стал ее хранителем?
— Стал, — подтвердил птах.
— Добрая весть. Хоть за Йону и за племянников буду спокоен, — вымолвил Драгуш.
— А что насчет тебя? – опередила вопрос сына княгиня.
— Себя я должен сберечь сам.
— Тоже правильно, — согласился князь.
— Да.
— Только будь осторожнее, брат. Мне очень не хочется потерять тебя второй раз и навсегда, — сказал Драгуш.
Йона и Милуш поддержали его согласным сопением.
— Какие же вы все… сентиментальные, — ехидно оскалился Микко.

***
А рано утром сквозь мирный сон птаха пробился прорицатель.
— Воскрес, княже? – с довольной ухмылкой сказал он.
— Как видишь, — все еще в полудреме отозвался Микко.
— Ну и замечательно. Тогда поднимай свой зад с кровати и дуй сюда. Дело есть.
Нежить криво усмехнулся.
— Ты, смотрю, совсем обнаглел: ради своих дел готов меня не то, что из кровати – из могилы поднять.
— Дело не совсем мое, — невозмутимо ответил Октябрь, — скорее, твое. Так что, подъем, и ко мне. Жду.
Князь нехотя вылез из-под одеяла, наскоро умылся и создал портал в Беркшир. Кофе можно попить и у прорицателя. Вернее, только у него и можно – здесь о таком напитке даже не слышали.
— Н-да, — сказал Октябрь после нескольких секунд полной тишины.
— Да что вы все, мать вашу, на меня так пялитесь?! – не выдержал Микко.
— А ты себя в зеркало видел, светлый князь? – вопросом на вопрос ответил ему приятель.
— Что я, девка – по дому зеркала разыскивать и в них любоваться? – огрызнулся птах, только сейчас поняв, чего не хватало в зале у Драгуша.
— Но ты все-таки сходи, полюбуйся, — посоветовал прорицатель. – Зеркало там, в холле.
— Я в курсе, — проворчал птах и отправился в указанном направлении.
— …!!! – через несколько минут донеслось из холла. – Лучше б я сдох!
Октябрь расхохотался.

***
На этот раз взяли машину прорицателя, и он сам сел за руль. Князь судорожно курил, держа сигарету в дрожащих пальцах.
— Да ладно тебе, было б о чем переживать, — попытался утешить приятеля Октябрь.
Птах глубоко затянулся.
— На меня теперь всегда так смотреть будут? – обреченно спросил он, когда они остановились на светофоре, и на князя через полуоткрытое окно откровенно и недвусмысленно уставилась немолодая женщина.
— Забей, — сочувственно посоветовал прорицатель, нажимая на газ.
Октябрь остановил «Бентли» возле лесной дороги.
— Это там, дальше, — сказал он Микко.
— И что тебя в сию глушь понесло? – поинтересовался князь.
— Ты же знаешь, я люблю иногда летать на вертолете, а здесь места красивые. Вид сверху нравится. Вот и сегодня утром решил, как только солнце взошло. Небо чистое, тумана нет, самая летная погода. Ну, и увидел сверху эту хрень. Фотки на всякий случай сделал – мало ли что, но подумал, что тебе это самому увидеть надо будет.
Микко кивнул. Приятели вышли из машины, и князь, осмотревшись по сторонам, стянул с себя футболку. Переоделся он сразу же, как только оказался в доме прорицателя, и теперь остался полуголым, в синих джинсах и кроссовках на ногах. Октябрь подался вперед, с интересом наблюдая за редким явлением частичной трансформации, когда Микко не превращался в птицу полностью, а лишь раскрывал широкие пестрые крылья за спиной. Зрелище было красивым. Особенно теперь, с нынешней его внешностью: гибкий, мускулистый, с идеальной гладкой матовой кожей и точеным тонким лицом. Взгляд лазурных глаз из-под длинных густых темных ресниц, шелк вьющихся русых волос и крылья… Князь был похож на прекрасную фарфоровую куклу, созданную гениальным мастером.
— Офигеть! – выдохнул прорицатель, когда птах поднялся в небо, игриво подмигнув застывшему приятелю.

***
— А ведь действительно хрень, — задумчиво вымолвил Микко, опустившись на землю, спрятав крылья и снова одевшись. – Интересно, как ей удается ходить между мирами?
— Она же маг, — напомнил прорицатель, — и, похоже, очень многое про тебя знает.
— Угу. Только, блин, откуда?
В лесу на выжженной поляне был начертан круг с письменами.
— Знаешь, что это за язык? – спросил Октябрь у князя.
— Хаттский, — помедлив, ответил тот. – И эта зараза проводила обряд на моей крови.
— Плохо, — сказал прорицатель.
— Да уж, ничего хорошего, — цинично ответил на это замечание Микко.
— Что делать будем?
Птах не ответил, кусая костяшки на руке.
— Поехали в храм, — сказал он через некоторое время.
— Ты же не крещенный, — съехидничал Октябрь.
— Да без разницы. Мне нужна только вода. С ней и вернемся. Хочу проделать кое-что с этой штуковиной…
— Как скажешь, — пожал плечами прорицатель.

***
В храме птах набрал воду в купленную по дороге флягу и вышел на улицу, провожаемый завороженным взглядом молодого послушника.
— И чем она тебе поможет? – поинтересовался у приятеля Октябрь.
— Она мне поможет бороться с демоном, — ответил князь.
— Окропить хочешь?
— Угу. И не только. Знаешь, что эта ведьма умудрилась сделать?
— Что? – с любопытством спросил прорицатель.
— Она вызвала не просто демона, а демона двуединого. То есть, одна его часть обитает в ее теле, а вторая разгуливает на воле, не теряя связи с первой. С помощью этой твари маг получает огромную силу и может ходить сквозь пространство и время, но все же иногда демон начинает слабеть и его необходимо подкармливать.
— Кровью, — догадливо высказал Октябрь.
— Именно. Но не просто кровью, а мертвой. Убийца забирает ее у своих жертв после их гибели, а затем проводит ритуал, и демон вновь набирает силу, чтобы… — Микко не договорил, резко побледнев и схватившись руками за голову.
Прорицатель нажал на тормоз.
— Что с тобой? – испуганно спросил он.
— Не останавливайся, езжай быстрее, — прохрипел князь.
Октябрь послушался.
— Тот демон, что живет отдельно, сейчас пытается прорваться в Лоредану в дом Драгуша, но не может, — через силу проговорил птах. – Вторая его часть здесь, на Земле.

***
Прорицатель помог князю вылезти из машины, и поддерживая его под руку довел до ритуальной поляны. Птах опустился на колени, водя по каждому знаку чуткими пальцами, а затем окропляя их святой водой. Клинопись горела белым пламенем и затухала, исчезая. После того, как был стерт последний знак, Микко почувствовал себя гораздо лучше — голодный демон отступил, так и не сумев пробить защиту светлой богини.
— Микко!!! – крик прорицателя ударил по натянутым нервам.
Князь поднял голову и вздрогнул – перед ним, скрестив на груди руки, стояла его убийца.
— Ну и ну, — протянула она, — вот уж кого не ожидала здесь увидеть, так это тебя.
Птах встал с колен, выпрямился.
— Зато я ожидал этой встречи, — холодно ответил он.
— Магда, — прошептал Октябрь, — так это… ты?
— Ты ее знаешь? – удивленно спросил Микко.
— Она моя бывшая, — медленно проговорил прорицатель, — но мы были вместе совсем недолго и до того, как я женился на Бэт.
Женщина хмыкнула.
— Променял меня на смазливую девчонку, — презрительно процедила она. – Ну, конечно, я не была столь богата.
— Дело не… — Октябрь кашлянул. – Уже не важно.
Микко и Магда стояли друг напротив друга, неотрывно глядя глаза в глаза, не меняя поз, и оба словно натянутые струны. Продавшая демону душу ведьма и нежить. Она ткала заклятие, а птах, видя каждую ее нить, менял ее, незаметно вплетая свой узор.
— Что ж, — насмешливо сказала ведьма, — не убила тебя в прошлый раз, так добью в этот. Жаль, конечно, такую красоту уничтожать, но придется.
Магда резко взмахнула руками, но в ту же секунду пронзительно вскрикнула, забившись в невидимых сетях, и замерла, накрепко прижатая к стволу дерева.
— Доигралась, ведьма? – почти ласково улыбнулся князь.
— Тварь, — с ненавистью прошипела Магда.
— Это не новость, — птах оскалил клыки, а затем опустил голову, заинтересованно разглядывая торчащий из кармана джинсов ведьмы длинный узкий пузырек. – А что это тут у нас?
— Не смей! – голос стал хриплым от страха.
— Даже так, — вымолвил Микко, вертя в пальцах стекляшку со знакомым ядом. – Сама делала? Скольких людей ты убила за время его создания, скормив их кровь демону? Двоих. И одним из этих людей был ребенок.
— Отдай…
— Разумеется, — согласился птах, — мне чужого не надо.
Он открыл пузырек и высыпал яд во флягу, в остатки святой воды.
— Интересно будет понаблюдать за его эффектом со стороны, — задумчиво промолвил князь.
Октябрь отвернулся, чтобы не видеть того, что будет здесь происходить.
— Нет… Нет! Нет!!! – дико завизжала ведьма, но затем крепко стиснула зубы.
— Открой ротик, — нежно проговорил Микко, — будь хорошей девочкой.
Магда мычала, пытаясь высвободиться из магических пут.
— Что же, ладно, – птах дернул плечом, — не хочешь – заставим.
И зубы ведьмы разомкнулись через силу с помощью чар. Так же, как она проделала с ним самим.
— Вот и хорошо, — прошелестел Микко, заливая ей в рот приготовленную отраву, — и тебя не будет и демона твоего тоже не будет.
Магда смотрела на него полными отчаяния и слез глазами.
— Ничего, скоро все закончится, — пообещал князь, не отводя взгляда.

***
Прорицатель молча вел авто. Птах курил и смотрел в окно.
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты очень жестокий? – нарушил тишину Октябрь.
— Говорил.
— Интересно, полиция опознает труп? И что они на это скажут?
— Самовозгорание, — хищно улыбнулся нежить. – Дьявольский огонь.

***
Через несколько дней Микко с женой и дочкой вернулся в Леа, а Милуш отправился в Англию выпрашивать разрешение на пересдачу экзамена.
— В связи с форс-мажором, — печально сказал господарев наемник.

***
Князь пристально рассматривал вытянувшихся по струнке челядь и гончих.
— Ты и ты, — кивнул Микко сначала на тощего паренька, и затем на одного из псов, — выйдите вперед.
Дождался выполнения приказа и продолжил, обратившись к холопу:
— Завтра будешь казнен за то, что был в сговоре с ведьмой, которая покушалась на мою жизнь, и за то, что впустил ее в дом.
Парень побелел и грохнулся в обморок.
— А тебе, — князь указал на пса, — сотню плетей за то, что мог и предупредить об этом сговоре.
— Хозяин, я не думал, что они серьезно и… — проблеял тот.
— В следующий раз будешь думать, — грубо оборвал его Микко. — Падаль – в темницу! Этого туда же, как отлежится после порки – выпустите, — велел он своим гончим.

***
— Господарь, к тебе гонец от старшего князя прибыл, — доложил вбежавший в зал мальчишка.
— Пусть войдет.
Пес с поклоном вручил Микко свиток, и тот, развернув его, прочел послание: «Через прореху пришли новые твари, их больше сотни, сами не справляемся. Жду с подмогой».
— «Целую, князь», — пробормотал птах, вспомнив слова из русского мультфильма, который недавно смотрел с сыном Октября. — Как всегда лаконичен.
— Ты отдохни, и возвращайся обратно, — сказал он гонцу, — а я собираю свору и отправляюсь немедля.
Птах вышел во двор, окинул взглядом серых псов, запрыгнул в седло и тронул коня. Очередная совместная охота.


Floyd

Ямогу: С удовольствием сошью для Ваших мсд девочек (и не только) трусики, колготки, чулки, шортики, гольфы, носочки, лосинки, леггинсы, кофточки, худи и тд.

Yanny

Ямогу: Шью обувь для кукол и модную одежду, а также колготочки, гольфики, белье…


Комментарий (10)

Ну закрутила)))
Как теперь жить то?!
Я только не понял что стало с его внешностью…
Будет какое-то описание более подробное?
Я с начала главы весь в напряжении, что ещё автор с внешностью птаха придумал?))))
  • avatar
  • EGOR
  • +1
Ну так оно ж было…
нее, это очень скудное описание по отношению к тому, как на него стали реагировать…
он стал просто прекрасным? так он вроде бы и так был красавчик))))
чего на него так родные то среагировали?
Ну, например, если брать птаха и Октября, то Октябрь был красивее. Птах был просто такой нормальный молодой мужчина, привлекательный, но не более того. А тут он стал красивым как кукла. Потому и реагировали.
ну вот я и говорю — акцента на это мало…
это мне так показалось…
много реакций людей, но нет отражения в тексте…
не обижайтесь)))) может, просто, это я ждал более эмоционального описания новой внешности)))))
Да я тоже думала, что же с ним стало… Но предполагала обратное. А тут красота необыкновенная! Очень люблю красивых людей рассматривать! ))) Но они редко встречаются, даже в многолюдном метро! )) Один из сыновей у меня очень симпатичный, но вот не прям чтоб красавец ))
Спасибо большое! Сегодня читала прям с упоением! ))
Ох, ё… я почему-то сразу представила Микко в бжд-формате ;))) пойду читать продолжение!
Я тоже, у меня тогда даже фото куклы было.
Ааа, поняла теперь, я не читала эту главу!