Город, которого нет на карте. Как поймать Коровью Смерть - часть 1

Всем всего, и побольше! Вот и прошли шумные зимние праздники, и мы снова возвращаемся в Лысогорск, где, как всегда, опять чего-то происходит непонятное. Остановились тут, и теперь начинаем новое приключение!

Новогодние праздники как-то незаметно сменились рабочими буднями. Дни стали ощутимо длиннее: утренняя пробежка Яны и Олега заканчивалась теперь при розовеющем от лучей восходящего солнца небе, да и вечер наступал не так рано и внезапно, как всего месяц назад. На Святках установилась морозная ясная погода, снег сверкал бриллиантовой пылью, сугробы выросли до весьма впечатляющих размеров, и в заповеднике стало невозможно пробираться без лыж.

Зато на лыжах можно было совместить работу с просто катанием с горок, хотя у Яны каждый раз сердце замирало от перепада высот. Вот и сейчас она задохнулась то ли от ужаса, то ли от восторга, то ли от летящего в лицо воздуха – и когда Олег лихо затормозил с разворотом рядом с ней, ощущение никуда не делось.

— Как-то мне беспокойно, — призналась Яна.
Олег посмотрел на неё сразу и вопросительно, и встревоженно: после истории с броганом даже Влад дёргался, если Яна вслух заявляла, что ей беспокойно.

— Не пойму, в чём дело, — пояснила Яна на его немой вопрос, — ощущение, что надо спешить, а куда, зачем – не могу понять.

— Тогда давай дойдём до домика Рийн, — предложил Олег, — спросим у неё, как тут обстановка, она обычно в курсе всех событий.
Идею Яна одобрила, и они свернули с проложенной лесниками лыжни в нехоженый снег.

Домик хюльдры когда-то занимал лесной обходчик, но такой должности в заповеднике давно не было, да и сторожка была лет пятнадцать назад построена новая и поближе к проезжей дороге. Рийн от общения по большей части уклонялась, исключение делая вот разве что для Яны и Олега, которые, впрочем, не злоупотребляли её гостеприимством.

— Её нет дома, — сказал Олег с удивлением, — и уже не первый день!
На трубе наросла снежная шапочка, которая по морозной погоде должна бы два раза в сутки таять от горячего дыма, а раз не тает, значит, печку не топят. А кто будет сидеть в мороз в нетопленой избе? Следов вокруг избушки тоже не было, разве что на крыше, но это наверняка отметились сороки, хотя издали отпечатки сильно смахивали на следы босых ступней.

— Странно, — сказала Яна, — я почему-то уверена, что она дома. Давай заглянем всё же, мало ли, вдруг что случилось?
В избушке было темно – в сенях совсем не было окон, а в жилом помещении единственное окошко снаружи было погребено под сугробом, а изнутри затянуто плотной коркой инея.

На потолке и стенах тоже топорщились причудливые игольчатые «украшения», и вообще казалось, что внутри домика холоднее, чем снаружи. Сходство с холодильником усиливалось ещё ритмичным посвистыванием и похрипыванием, как при работе вентилятора морозилки.

— Рийн! – окликнул Олег.
Никто не ответил, но тут Яне показалось, что куча барахла на нарах у стены шевельнулась, и оттуда вырвалось облачко пара. Рийн, в самом деле, оказалась там, и одного взгляда хватило, чтобы понять, что дело скверно. Хриплое с присвистом дыхание, на лбу, несмотря на холод, капли пота, глаза закрыты, и на гостей хюльдра никак не отреагировала. Совы тоже нигде не было видно.
— Затапливай печку, — велела Яна, — иначе мы все тут замёрзнем, а я позвоню Владу, чтобы приехал за нами – попробуем её отсюда забрать!

Через два часа, когда в избушке стало заметно теплее, а Яна сломала всю голову, но так и не сумела понять, что же случилось с хюльдрой (обычной простудой или, скажем, гриппом хюльдры не болеют), как стукнула входная дверь, в сенях завозилось что-то большое, треснувшееся головой о низкий потолок и неразборчиво выругавшееся, а потом в избушку шагнул Ярослав Лютый.

— Привет, — сказал он, — что у вас тут? Мне Влад позвонил, попросил вас захватить в город, раз уж я всё равно здесь сегодня оказался. Что это с Рийн?

— Если бы я знала, — уныло ответила Яна, — в человеческих болезнях я худо-бедно разбираюсь, и могу примерно предположить, что у Рийн пневмония – но хюльдры ничем таким не болеют!
— Ну, тогда я тебя обрадую: у вас в штате с сегодняшнего дня есть колдомедик! – сообщил Ярослав.

— Круто, — удивился Олег, — где только удалось добыть? Редкая специальность, особенно в нашей глухомани.

— Злате осточертели студенты, — пояснил Яр, — ну и то, что я мотаюсь на работу за двести километров от дома, тоже. Мы перебрались в Лысогорск. Будем теперь вашими соседями через овраг – улица Туманная, дом два.
— Отличная новость! – обрадовалась Яна, — Ну, что, давайте как-нибудь забирать отсюда нашу больную!
— Я машину тут недалеко оставил – ехал по круговой дороге, как раз вчера кстати трактор прошёлся, — сказал Яр, — хоть тащить недалеко!

Пока шли до машины, Яна жалела, что на территории заповедника не работает почти ни одно приличное транспортировочное заклинание, кроме левитации. Проще всего было бы взять Рийн в охапку (ну, пусть не ей, но Олег бы вполне справился, хюльдра была небольшого роста и весила, наверное, не больше полусотни килограмм) и аппарировать вместе с ней в Лысогорск, но не тут-то было: близость геомагического перекрёстка искажала большинство заклинаний до неузнаваемости, особенно это касалось телепортации и аппарирования – могло зашвырнуть невесть куда.

А ещё Яна порадовалась, что приехал за ними Ярослав, а не Влад – в УАЗе лесничего был полный комплект сидений, и задние даже раскладывались, так что Рийн разместили с максимально возможным удобством. По дороге задумались, куда её лучше везти, и Яна постановила:
— К нам! Мы живём удобнее всех, до нас отовсюду недалеко, и присматривать за больной сможем и мы сами, и, скажем, когда мы на работе, то Лиля или вообще Вилька – она всегда дома!
— Да и Злата будет прибегать, — пообещал Ярослав.
— А мне интересно, куда делась сова, — задумался Олег.
— Какая сова? – удивился Яр.
— У каждой хюльдры в спине дупло, как в стволе дерева, — пояснила Яна, — и в этом дупле кто-нибудь живёт, у Рийн это сова. Причём когда совы нет поблизости, сознание тоже отсутствует…ой! – сказала, и сама сообразила, что частично это ответ на вопрос о состоянии Рийн.
— Так что главная проблема: потеря совы, — резюмировал Олег, — приедем, сдадим Рийн доктору и надо звать Тамару Дмитриевну в качестве консультанта по хюльдрам – от самой Рийн толку нет, рыться в библиотеке долго, да и сомневаюсь, что Тамара Дмитриевна знает меньше, чем разрозненные книжные источники – она всё-таки выросла среди хюльдр!

Злата осмотрела больную и нахмурилась. В ней боролись сейчас азарт исследователя, столкнувшегося со сложным случаем, и сострадание врача к тяжелобольной.
— Паршиво, — вынесла наконец она вердикт, — жар можно сбить, можно заставить её дышать хоть принудительно – но пока не вернётся сова, всё это бесполезно.

— Сколько у нас времени, чтобы отыскать сову? – уточнил Олег.

— Сутки, — мрачно предрекла Злата, — это по самому оптимистичному сценарию. Если начнётся отёк лёгких, то… — она не договорила, но без того все поёжились, словно в тёплой комнате потянуло вдруг сквозняком.

— А следов навроде детских вы там не видели? – спросила вдруг Тамара Дмитриевна.

— Нет, — хором ответили Олег и Ярослав.
— Видели, — одновременно с ними сказала Яна, — на крыше.
— На крыше? – удивились мужчины.

— Да, а разве… — и тут Яна поняла: она видела следы, потому что была эмпатом, — Коровья Смерть, — догадалась она.
— И я о ней подумала, — кивнула Тамара Дмитриевна.

— Разве Коровья Смерть может навредить другим магическим существам? – спросил Олег, — Я думал, она только для животных опасна!

— Хюльдры не зря считают корову своей прародительницей, — заметила Злата, — и Коровья смерть для них делает исключение. Я как-то сразу не подумала, что здесь они тоже водятся.

Коровьей Смертью называли одну из разновидностей вампироподобных существ, известных также как чупакабры. И это вовсе не зелёный человечек с большими глазами, и не лысая собака с козьими копытами и растущими из боков рогами, а вполне привлекательная темнокожая светлоглазая девушка, впрочем, похвастаться тем, что видел Коровью Смерть вблизи, мало кто может. Эти существа весьма искусно умеют прятаться, в том числе от магов и даже направленного магического поиска.

Олег припомнил, как в его первую зиму в Лысогорске они с Владом прочёсывали заповедник, гоняясь за Коровьей Смертью, уничтожавшей лосей и косуль, а она словно в насмешку водила их кругами. Когда они, наконец, смогли её засечь и развоплотить, то закружились так, что нипочём не выбрались бы, если бы не умение Олега оборачиваться птицей. Нынешняя ситуация виделась с одной стороны немного проще – теперь в команде магов была Яна, умевшая видеть многое невидимое её коллегам, но с другой стороны, Коровью Смерть в этот раз надо было прежде всего поймать: Злата предупредила, что при развоплощении может пострадать и сова, а тогда шансов на выздоровление у Рийн не останется.

— Зачем вообще она это делает? – спросила Вилька, имея в виду Коровью Смерть.
Сама Вилька пришла вместе со Златой, потому что как раз была у неё в гостях – увидела свет в окнах прежде нежилого дома и зашла познакомиться.

— На то она и вампирского рода, — пожала плечами Тамара Дмитриевна, — надо же и им что-то есть. Вот Коровья Смерть ест жизненную силу животных, а, скажем, броган поглощает любую магию, до чьей дотянется.
— Я имею в виду, зачем ей сова? Ведь судя по тому, что Рийн ещё не умерла, Коровья Смерть сову не съела, а только поймала и унесла.
— Или напугала так, что та улетела фиг знает, куда, — дополнил Олег.

— Хюльдры очень не любят этих существ, — задумчиво проговорила Тамара Дмитриевна, — после Войны их расплодилось много, как и другой нечисти, и я помню, как раскладывали костры вокруг коровников – а для хюльдр корова священное животное…Очень может быть, что Рийн первая напала на неё, да силы оказались неравными. Сова же не сидит постоянно в дупле, особенно в такой обстановке, когда надо кого-то ловить, драться или убегать: она летает кругами, увеличивая для хюльдры расстояние, на котором можно выследить врага или добычу. Впрочем, и не сова, а лиса или белка ведут себя сходным образом. Поймать животное или птицу Коровьей Смерти легче, чем целую хюльдру, а вот почему она сразу не свернула сове шею – этого я не могу сказать. Об этих существах не так много известно. Говорят, что Коровью Смерть проще отпугнуть и прогнать, если она ещё не начала убивать, потому что если начнёт, остановить её не удастся, пока жива хоть какая скотина. Поэтому продвинутые современные люди и считают Коровью Смерть персонификацией болезней скота. Когда стали регулярно прививать коров и овец, то на какое-то время этих созданий вправду стало очень мало. А потом, в девяностые, когда всё рухнуло, в том числе сельское хозяйство, и Коровья Смерть опять объявилась. Да и вообще много нечисти развелось, и численность всё растёт: чем нестабильнее обстановка в мире, чем больше страха и ненависти – тем больше всякой нечистой силы…
— Она простым Хельсингом нормально убивается, – проворчал Олег, — Мы с Владом четыре года назад выслеживали одну тут, в заповеднике: на лосей и косуль повадилась.

— Угу, — буркнул Ярослав, который тоже это помнил, — поголовье сократилось в три раза в итоге. Горы отчётов написали! Типа того, ящур… — он передёрнулся.
— Кстати, Олег, а ты как себя чувствуешь? – поинтересовалась Злата.

— Я хюльдрэ только наполовину, — покачал головой Олег, — у меня иммунитет ко всей этой дряни. К тому же, — он кривовато улыбнулся, — я всё-таки маг! Ну, что? Кто со мной искать сову?
— Я, конечно! – вызвалась Яна.
— Ты ещё не устала? – удивился Олег, — Может, я лучше Влада позову, а ты дома посидишь?
— Влада так и так надо звать, — заметила Яна, — а то обидится. А без меня вы долго искать будете – как ты опознаешь именно сову Рийн? И потом, я вижу следы Коровьей Смерти без лишней траты магии, в любом случае пригожусь. И не спорь!

Продолжение следует!

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории