Куклы Julie Good-Kruger - Амиши, Amish

Амиши (Amish) — христиане, близкие к меннонитам (направление протестантизма). Большая часть амишей проживает в США (основной регион — штат Пенсильвания), где их насчитывается более 200 тысяч.
(информация и фото из интернета)

«Амиши носят старинную одежду и отказываются использовать часть плодов технического прогресса — ездят на повозках, используют плуг. Они все делают вручную: пашут, собирают урожай, доят коров, косят траву.

»Избыток современных удобств и развлечений может подорвать основы обращенного к богу образа жизни", — считают амиши. Им запрещается служить в армии, фотографироваться, водить автомобили и летать на самолётах, иметь компьютеры, телевизоры, радиоприёмники, носить наручные часы и обручальные кольца.

Наиболее консервативные группы амишей США сохраняют в быту пенсильванский немецкий язык (среди американцев известный как «пенсильванский голландский»).

Вот такой чудный народец с большими перспективами — семьи амишей традиционно большие (6-7 детей — норма), и численность амишей удваивается каждое поколение.

Вот еще информация и фото.
Пенсильвания.
В этом американском штате, в городке Ланкастер, а точнее в его районе под названием Берд-ин-Хэнд (в переводе — «птица в руке»), живут амиши — небольшая религиозно-этническая община потомков голландцев-протестантов.
Из-за религиозных преследований амиши начали переезжать из Европы в Америку в XVIII веке.
Самая большая колония осела в Пенсильвании. Остальные разъехались по другим 18 штатам страны, а некоторые поселились в Канаде — в Онтарио и Менитобе.

Между собой они до сих пор говорят на немецком диалекте, а английский язык учат в школах.
Амиши — очень закрытая община, поэтому подсчитать, сколько же их на самом деле очень сложно. Данные социологов за 2000 год говорят, что всего их около 198 тысяч человек.


Амиши давно привыкли к тому, что на них приезжают поглазеть.

Вокруг их поселения находится масса мотелей, которые в выходные дни заполняются до отказа желающими прикоснуться к экзотике.

Чем ближе приближаешься к месту их обитания, тем темнее становятся дороги и улицы. Здесь нет уличных фонарей — амиши не пользуются электричеством.
В каждом окне их домов горит отдельная керосиновая лампа, или же они пользуются электричеством, вырабатываемым ветряными установками. Эти же установки приводят в движение висящие под потолком вентиляторы с большими деревянными лопастями.
В кромешной темноте изредка раздается стук копыт. Припозднившиеся отцы семейств спешат домой на традиционных амишских повозках, запряженных лошадьми.


Единственные признаки модернизации этих транспортных средств — фары и поворотники, которые необходимы для того, чтобы не попасть под колеса автомобилей неугомонных туристов, шастающих по ночам.
Появление женщин-амишей на улицах с наступлением темноты без особых причин считается распутством.
Амиши придерживаются традиционной формы одежды

Амиши — потомственные фермеры. Они выращивают все подряд, делают масло, сыры, творог и продают это на рынке соседней Филадельфии или клиентам, приезжающим со всего штата.

Продукция амишей стоит недешево, потому что считается экологически чистой.
Амиши не признают никакой механизации и отказываются пересаживаться на тракторы. Они все делают вручную: пашут, собирают урожай, доят коров, косят траву.


Кроме частных угодий здесь есть и общественные поля, находящиеся под присмотром Совета старейшин.
На выручку от продажи урожая с этих полей местные жители поддерживают дороги в надлежащем состоянии, платят зарплату школьным учителям и кузнецу.
У каждой семьи непременно есть своя повозка, а у особо зажиточных даже две — летняя и зимняя.
На козлах, как правило, сидят мужчины, а женщины и дети битком набиваются внутрь.

Амиши вежливо здороваются с попадающимися им туристами, но фотографируются крайне неохотно и уж тем более не любят вступать в беседу.
Дети постарше добирались до молельных домов своим ходом — на конструкции, представляющей собой нечто среднее между велосипедом и самокатом. Колеса и руль, как у велосипеда, а внизу между колесами планка, на которой можно стоять одной ногой.


Женщины-амиши обычно носят длинные серые платья и белые чепчики, а по случаю воскресенья к туалету добавились белые накидки. Наряд непременно бородатых мужчин всегда один и тот же — черные или серые сюртуки, белые домотканые рубахи и соломенные шляпы.

От машин амиши отказались в пользу передвижения на лошадях

Молельные дома амишей помимо своего прямого назначения еще являются и местом встречи для молодых юношей и девушек.
Женятся амиши только между собой и прибегают к услугам свах. А узнать друг друга получше будущие молодожены могут после молитвы за куском пирога.
Повивальные бабки здесь не сидят без работы и пользуются у населения большим уважением.
Программы в местных школах утверждаются Советом старейшин. Детей-амишей учат только тому, что в будущем пригодится им на практике: геометрии — чтобы построить дом, механике — чтобы справиться с плугом или починить повозку, английскому языку — чтобы быть в состоянии торговать, и еще некоторым предметам.

Однако все чаще и чаще дети амишей заявляют о желании вырваться из общины. По мнению взрослых, постоянные визиты туристов делают свое дело. Автомобили, плееры, фотоаппараты и другие технические новинки становятся объектом желания юных амишей.
Фотографироваться – нельзя, фото на стенах не висят, но висят так называемые «семейные списки».

Вот два из одной семьи. Один список родителей, другой — современной семьи — имя, месяц и год рождения.

Как для примера посетили один дом амишей. Обстановка в доме была очень простая — никаких украшений, но на всем лежала печать заботы и любви.

Дом освещался газовыми рожками (в других домах используется и керосин). На кухне холодильник — газовый. Вообще, кухня оказалась самой большой комнатой в доме.

Это не просто место, где готовят и едят, а своеобразный центр всей семейной жизни: обычно именно в ней читают, шьют, а когда дети были маленькими — там они играли и делали уроки. Есть в доме и свой водопровод, работающий от ветряка.
Их женщины не знают косметики, украшений, даже пуговиц (а как же, тоже вариант украшательства!), фасон платья стабилен последние двести лет.

Платья должны быть однотонными, без пуговиц (если нужно что-то прикрепить – только булавочкой), одного фасона и два-три не более, чтобы все были равными и не выделялись и не чувствовали, что одна богаче другой.
Платья однотонные — синего, фиолетового или тёмно-серого цвета, из тонкой материи, похожей на шерсть, но с обязательным передником: у замужней женщины он черный, у незамужней белый.


Даже свадебное платье шьется однотонным, без украшения, того же фасона, чтобы завтра можно было его одеть на работу.


Мужчины не бреют бород (усы запрещены по закону, они безусые) и не умеют держать в руках оружие. В армии не служат или только в частях, где не держат в руках оружие. Они никогда в своей американской истории не воевали.


Брюки поддерживают подтяжки, пуговиц на брюках нет, их заменяет система крючков, петель и завязочек, как носили моряки.
Зато амиши тяжко вкалывают – простите, в поте лица своего добывают хлеб свой (а также мясо-молочные продукты и всяческие овощи и фрукты) на лоне природы,

рожают детей штук по десять (аборты и презервативы запрещены), по воскресениям ходят друг к другу в гости на протестантские служения – пение хоралов, чтение Библии или на общую веселую трапезу.

В веротерпимой Америке для них разработали специальный вид паспорта – без фотографии: а уезжать за пределы Америки им не нужно да и не на чем – самолет для них запретен, максимум, что они себе позволяют – это самокат и то ехать можно не быстрее одной лошади!
Школы — это особая тема. Школа состоит из одного класса (комнаты), где учатся дети от 7 -15 лет, все вместе. И преподает им учительница лет 15, которая только что сама её закончила.

Амишем нельзя стать по велению сердца. Им можно только родиться. И, конечно, остаться, потому что гуманные анабаптисты всем членам коммуны один раз в жизни, в юности, предоставляют выбор: либо окончательно принять крещение, либо уйти в большой мир. До этого им разрешается попробовать пожить в миру, посмотреть, каково там, в мире-то золотого чистогана. – Самое фантастическое, что от 75 до 95 процентов, поглядев Америку, возвращаются обратно под трудовой, но сытый амишский кров. Только в зрелом возрасте они принимают обдуманный шаг – крещение.
С одной стороны, куда им идти с их образованием, жизненными представлениями и коммунным опытом? С другой, дома никогда не бросят, не выгонят, всем миром подымут, поставят на ноги, не дадут сгинуть и т.д. – Натурально, протестантский такой рай.

У них нет разводов (что понятно), оттого юношам позволяется достаточно свободно общаться с девушками на выданье (свободно – это значит разговаривать, шутить, прогуляться вместе в воскресный день, а совсем не то, что вы подумали. Этого самого до свадьбы там быть не может, а если несчастье случилось, то брак неизбежен и точка).

При всей своей закрытости, они отлично общаются с соседями не-амишами, подчас, при недостатке земли и постоянном приросте населения (а их, между прочим, двести тысяч!), они нанимаются в работники – к радости работодателя, для которого честнее, трудолюбивей и скромнее амиша работника не сыскать. – Они сытно и калорийно (как давние потомки швейцарцев) едят, мало пьют (некогда), не воруют, не сквернословят и любят жизнь, людей, хозяйство простой, здоровой любовью. Они честно платят налоги, поэтому в тюрьмах не сидят.
Звезда на доме говорит о гостеприимстве хозяев. В такой дом можно постучаться и переночевать

На кладбищах стоят одинаковые надгробные плиты с датой рождения и смерти. Никаких более улучшенных памятников нет, все смертные одинаковы!

Гроб стоит в доме умершего три дня, наполовину закрытый, чтобы кто захочет проститься успели приехать, а скорость передвижения не превышает скорости одной лошади!

А книги!.. Библия – прекраснейший текст, но никогда в жизни не прочесть ни одной светской строчки?! Не услышать светской музыки?! Импрессионистов не увидеть? И даже не знать, что все это можно хотеть видеть и слышать…
В общем, проникшись ужасом и состраданием к этим святым созданиям, мы отправились на рынок – с ними знакомиться. И я была до корней души потрясена их сияющей, слепящей, фантастической красотой этих самых молодых женщин в чепчиках в форме сердечка и наглухо закрытых старушечьих платьях.

Как они улыбаются, обслуживая туриста. Какие у них глаза, когда они нас, современных, стильных, ярких, не похожих на них ни капли, рассматривают – без тени зависти или негодования, а просто – с интересом и приязнью. Несколько минут общения буквально перевернули мои представления о женской прелести. Та аура любви к ближнему, которую они излучают, действительно красит их лучше царских одежд.

Неотъемлемой частью интерьера дома амишей является одеяло из лоскутков — называемое куилт (quilt), а также деревянные вещи — сундуки, стулья, кровати, кресла-качалки.

Детские игрушки — простые, самодельные: тряпичные куклы, деревянные паровозики, кубики.

– Ни секунды, разумеется, не хотела бы жить в этом раю, но то, что он возможен, реален, счастлив и вдохновен, – не вызывает у меня никаких сомнений. Даже при всей его искусственности, неискушенности и благоприятных исторических обстоятельствах.
А для всей остальной Америки амиши – это такой популярный романтический бренд, «чужие среди нас» – за ними наблюдают, их продукция, благо натуральная и вкуснейшая, расходится на ура.

Сыры и мёд пробовала – действительно, объедение.
Выращивают табак, хотя сами не курят.
Амиши, не боясь глобализации, спокойно и не оборачиваясь по сторонам строят свой земной Новый Иерусалим. И самая большая их проблема на данный момент – высокий процент родственных браков.

Но при общем числе в двести тысяч… надеюсь, что проблема решаема. Пусть себе живут нам на загляденье.
По словам самих амишей, скоро им, вероятно, придется ограничить контакты с внешним миром для того, чтобы сохранить численность и свой многовековой образ жизни."
Всю эту информация я нашла в интернете, читала, сортировала, подбирала фото.
Вы спросите- зачем?
А вот из-за этой куколки.

Купила я куклу на евау, пожалела.Кукла выглядела не очень, ее долго никто не покупал.
Лот постоянно обновляли и я решила — куплю, а то еще выбросят!
Когда кукла приехала, я ее вымыла, все выстирала и куколка преобразилась!






Тогда я еще не знала о сайте babiki.ru, а уж о таком знаменитом авторе как Джулии Гуд – Крюгер и слыхом не слышала!
Так и стояла моя куколка без имени.Впрочем, потихоньку я звала ее Золушкой.Уж очень наряд у нее невзрачный!
Но вот, почти два года тому назад, я нашла наш сайт! Стала потихоньку читать о куклах.
В один прекрасный день вижу топик Вики izymenko220 «Попрыгунья по лужам! Кукла Julie Good-Kruger».
Рассматриваю чудесные фото Викиной куклы.

И кажется мне, что я уже видела это лицо.Дочитала топик, стала читать комментарии, смотреть фото
других кукол этого мастера и вдруг… по-ня-ла!
Моя Золушка сделана этим мастером.Быстро раздела куклу и увидела надпись на фарфоре.
Написала в комментариях Вике, она подтвердила, что кукла от Джулии Гуд Крюгер.Но вот помочь в опознание не могла.
Мир не без добрых людей, другая милая девушка Юлия Yustina
помогла мне: «Марина, если девочка фарфоровая, то это Сара из серии Amish Blessings 1993г.»
Спасибо огромное вам, Юля и Вика!
Так моя кукла обрела имя — Сарочка!
А несколько позднее я нашла ее в продаже у нас на сайте.
Марина allfordoll продавала Сару.
Эти фото принадлежат Марине.

Глядя на них я поняла, как должна выглядеть моя Сарочка

и что у нее должно быть в руках.

Спасибо, Марина.
Я продолжала искать кукол из этой серии Amish Blessings 1993г.
И вот нашла Ребекку.



Потом еще одну куклу.Она без имени.Композиция называется «В молитве » или «Молящаяся».




А совсем не так давно увидела на евау мальчика.



Зовут мальчика Адам.Он мастерит домик для птичек.



Вот еще такую куклу видела на евау.

Зовут ее Ruth.


Эта куколка шьет традиционное лоскутное одеяло.

Вот так благодаря моей Саре, я узнала о серии Amish Blessings 1993г, созданый автором
Julie Good-Kruge.
Сразу же напишу, из этой серии у меня только Сарочка, остальных кукол я
только планирую купить.
Приглашаю в гости фарфоровых куколок от этого замечательного автора Julie Good-Kruge!

Смотрите больше топиков в разделе: Куклы Julie Good Kruger (Джулия Гуд Крюгер): винил, Ashton Drake